Хайдарали Усманов – Коварство благородных (страница 14)

– Да кто вы такие, чтобы требовать от меня каких-то объяснений? – Наконец-то в ответ на эти обвинения взорвался криками старый жрец, который видимо уже понимал, что ответить на эти вопросы просто не сумеет. – Я не обязан ни перед кем отчитываться! Я сам решаю, что здесь происходит! А вы не имеете никакого права даже задавать мне подобные вопросы! Кто вы такие? Какое ещё Откровение? Может быть и вам было Откровение? То-то вы почти сутки сидели возле колокола, и молились? И что вы вымолили? У кого? Думаете боги-покровители вас услышали? Да кому вы нужны! Вы даже мне больше не нужны!

Видимо приняв какое-то решение, старший жрец вскинул руки, и призвал к своей силе. Скорее всего, больше он не намеревался никого терпеть. Ему просто надоело, или же ответов у него просто не было. Да и какие у него могли быть ответы? Ведь все факты, которые перечислил старший боевой жрец, говорили напрямую о том, что бывший наставник, и ныне старший жрец храма, действительно творил какие-то свои дела. Иначе понять то, что он делал, было просто невозможно. А значит, нужно было действовать. И действовать быстро. Так как было видно, что его руки начинают светиться силой Света. Этого нельзя было просто проигнорировать. Этот старый жрец был самым сильным среди них. Но ему противостояло сразу трое боевых жрецов. Которые практически сразу объединились в треугольник. Два жреца, стоявшие сзади старшего, положив руки ему на плечи, начали накачивать своего товарища силой, при этом все увидели, что браслеты одетые на руки этих жрецов засветились ярким светом, создавая вокруг своих носителей своеобразное защитное поле. Это было настолько неожиданно, что даже и сам старший жрец Гиркам просто растерялся.

– Что это? – Его выпученные глаза и трясущаяся челюсть, явно свидетельствовали о том, что он испугался, видимо не ожидая от своих бывших учеников того, что они сумеют использовать артефакты, которые раньше были обычными и никому ненужными побрякушками. – Что вы сделали? Как вы это сделали? Этого не может быть? Боги-покровители отвернулись от вас!

– Они отвернулись от тебя! – Сосредотачивая свою силу Света, и ту силу, которую ему давали товарищи, старший боевой жрец Самбур вытянул вперёд уже фактически раскаленные до бела руки, которые готовились выпустить силу, собранную воедино. – А мы, молясь богам, сумели призвать их на помощь! И их сила с нами! Предатель, да будет наказан!

Яркий луч Света сорвался с рук боевого жреца, и возился в забившегося в жутких конвульсиях тело старого жреца, который до последнего мгновения не верил в то, что произошло. Но это было уже неважно. Сила трёх боевых жрецов, объединённая воедино, уничтожила любую защиту, имеющуюся у старика. Да и какая защита у него могла быть, кроме своей собственной? Никакой! Ведь он не молился богам от чистой души, не просил о помощи… Не был с ними наедине! Когда яркий свет погас, на том месте, где стоял старый жрец, лежали обугленные останки, которые иначе как пеплом, назвать было невозможно. Действительно, от старого жреца не осталось даже костей. Только несколько браслетов, и колец с драгоценными камнями, которые не пострадали.

– Вот, истинная сила Света, и сила Светлых богов-покровителей! – Словно ставя печать на окончательном приговоре, в гробовой тишине произнёс старший боевой жрец Самбур, который теперь вынужден будет занять место своего бывшего наставника. – Веру нельзя купить или продать! Вера должна быть! И те, кто верит, всегда будут сильнее тех, кто живет ради собственного блага. Храм должен быть сосредоточением Веры. А не сосредоточением Алчности. Собрать все браслеты, которые вы намеревались продавать прихожанам, и отнести к колоколу. Я сам буду молиться, чтобы эти предметы набрали в себя силу богов. Всем молиться! Жрецы, которые не умеют молиться, будут наказаны! Служкам приказываю, немедленно обыскать весь храм! Вы должны выяснить, куда предатель дел останки тёмного мага! Мы должны знать, что он задумал? Кроме того, мне хотелось бы знать, что это был за сразз, на приеме у него сегодня утром? Что он опять задумал? Кроме того, мне хотелось бы знать, что произошло в городе, пока мы молились… И не надо мне рассказывать, что вы не собирали информацию для этого предателя! Не поверю!

Быстро разбежавшись во все стороны служки, а также и жрецы, тут же принялись наводить в храме порядок. Наконец-то, в храме раздались звуки молитвы, которую жрецы уже давно не слышали.

– Покровители, я надеюсь, что вы слышите нас… – Медленно подняв голову вверх, жрец Самбур осенил себя символом Светлых богов, и приложил ладонь к груди. – Мы сделаем всё, чтобы больше не нарушать ваших догматов… Мы будем стараться слышать вас! Даже если ваши Откровения придут не через наших жрецов… Помогите нам, нести ваше Слово среди простых прихожан, которые доверяют нам свои души и чаяния… А мы, будем стараться оправдать ваше доверие…

Решительным шагом старший жрец направился в кабинет старика Гиркама, и принялся проверять всё то, что там находил. Как и говорил этот странный парень Максим, этот кабинет ничем не напоминал обычное помещение жрецов храма. А уж про спальню старшего жреца и говорить не приходится. Довольно большая кровать с красивым балдахином, была застелена дорогими тканями. Всё-таки, парень был действительно прав. Старший жрец Гиркам увлекся мирскими играми и интригами, что его и погубило. И едва не погубило весь храм. Этого допускать было больше нельзя.

– Старший брат Самбур, разрешите войти? – Аккуратно заглянувший в помещение молоденький служка, заметив короткий кивок жреца, просочился внутри словно вода, и замер перед ним, виновато склонив голову. – Как вы и говорили, я пришел чтобы рассказать про происшествия в городе. Простите меня, но старший брат… Вернее предатель веры Гиркам, приказывал мне собирать все возможные слухи среди мирских жителей… Так вот… Вчера, в резиденции барона Прагнар было объявлено о том, что молодой охотник Максим, который так интересовал предателя веры, на самом деле не простолюдин… Он дворянин, из Заликарского Калифата! Приехал сюда по личным делам… Поэтому, барон решил объявить его своим другом и соратником. Более того, барон объявил, что этот молодой дворянин теперь, по его просьбе, и по собственному соглашению, будет наставником и опекуном Наследника… до совершеннолетия. Когда я рассказал это предателю, он очень сильно нервничал. Видите, в углу лежит разбитая бутылка вина? Он кинул её в меня, я с большим трудом увернулся… Видимо всё это действительно каким-то образом шло вразрез с его планами! А больше я ничего не знаю… Но другой брат, сейчас стоит за дверями ждёт вашего приёма… Вроде бы он знает о том, кто был утром у предателя? Мне его позвать?

Коротко кивнув, жрец Самбур подтвердил решение служки, что ему нужно выслушать и второго разумного, который также стараясь выслужиться перед предателем, выполнял его поручения, которые не имели никакого отношения к службе в храме. И это было действительно недопустимо.

Когда и второй служка покинул этот кабинет, боевой жрец нахмурился. Известие о том, что делал здесь тот самый странный сразз, не пролило света на то, для чего он мог понадобиться предателю? Проблема была в том, что этот сразз был одним из охотников. который выполнял приказы предателя. Возникает только вопрос, что именно мог ему приказать бывший старый жрец храма? Что он хотел от охотника? Зачем ему с утра пораньше понадобился тот, кто максимум может раздобыть какую-нибудь дичь на территории баронства? Неужели он хотел заказать ему какую-то добычу себе на ужин? Подобное вообще выходило за любые рамки понимания! Жрец не должен был себя так вести! Но если это было и так, то это было дополнительным пунктом в приговоре предателя, который действительно не смог никоим образом отрицать обвинений предъявленных ему. Хуже всего, что сам новый старший жрец храма понимал, что в данном случае, всё то, что произошло, случилось благодаря именно Откровению снизошедшего на простого охотника, который оказался не таким уж и простым…

Задумчиво усмехнувшись, жрец Самбур подумал о том, что ему придется встретиться с этим парнем и поговорить. Нужно некоторые вещи сохранить в тайне. Нельзя, чтобы о том, что произошло здесь, узнал кто-то ещё. Можно будет объявить, что старший жрец Гиркам просто сложил с себя обязанности, и взял на себя обет отшельничества, закрывшись в самых глубоких кельях храма. Такое обычно уважают. А значит, можно будет через какое-то время заявить о его смерти, что и немудрено, так как он был достаточно стар. Но этот молодой парень, может кому-нибудь рассказать о своих подозрениях. Надо ему объяснить, что в данном случае ничем хорошим это не закончится. Сами жрецы храма постараются в ближайшее время исправить все свои упущения. Артефакты, которые не содержат силу богов-покровителей, будут заменены. Сами жрецы постараются сделать все возможное, чтобы теперь храм стал сосредоточением Веры и Силы. А не Алчности. Если местный дворянин, или же его товарищ, объявленный опекуном Наследника, по какой-либо причине захотят помочь храму, то жрецы не откажутся. Но теперь всё должно быть именно только добровольно. Вынуждать никого нельзя.