Хайдарали Усманов – Калейдоскоп миров (страница 41)
На мгновение все в командной рубке замолчали. Даже ИИ будто взяли паузу. И Кирилл даже почувствовал, как воздух стал плотнее, будто в нём сгустилось напряжение. Где-то в глубине сознания вновь всплыл тот холодный голос:
“
– Подтвердите координаты.
– Координаты зафиксированы. Объект находится на тринадцать миллионов километров глубже в секторе, в пределах гравитационной ямы центрального астероидного облака.
На голограмме вспыхнула миниатюра второго объекта – та же пирамидальная конструкция, только меньшего размера. Её контуры слегка дрожали, как будто она колебалась между существованием и небытием. А вокруг медленно формировалось слабое электромагнитное поле – знакомый след активности наноструктур.
– Вот же чёрт… – Выдохнул Кирилл.
– Командир. – Подал голос основной ИИ. – Второй объект, судя по показаниям, активируется. Вероятно, в ответ на сигнал первого.
Теперь Кирилл уже не просто чувствовал тревогу – он ощущал чужое присутствие. Слабое, далёкое, но слишком уж отчётливое. Как если бы кто-то – или что-то – взглянуло на них из глубины этого гравитационного тумана.
– Установить дистанционное наблюдение. – Сказал он наконец. – И готовить “Троян” к манёвру ухода. Нам здесь больше нечего делать. Передать на “Рассекатель” сигнал тревоги. Пусть подготовится.
– Подтверждаю. Маршрут выхода уже проложен.
Корабль плавно разворачивался. Двигатели загудели – не громко, но низко, с гулом, напоминающим сердцебиение. И когда “Троян” начал уходить, Кирилл краем глаза заметил, как на экране пирамидальный корпус, оставленный позади, едва заметно повернулся. Не физически – а будто само пространство вокруг него исказилось. И в ту же секунду новый сигнал, очень слабый, но узнаваемый, прокрался в эфир:
“
ИИ мгновенно блокировал канал, вырубив весь приём. Но Кирилл сидел, не отрывая взгляда от монитора. Потому что он понял главное. Второй объект не просто отозвался. Он проснулся.
А первый корабль – пирамида, казалось бы, окончательно мёртвый и лишённый всякого следа сознания, вдруг вздрогнул. Кирилл сначала подумал, что это просто гравитационный сдвиг в глубинных слоях обломков, в которых тот застрял. Но на тактическом экране что-то пошевелилось. На схеме чёрным силуэтом показался тот самый корабль – древний, почерневший от тысячелетней тьмы, корабль-кокон для чужого разума, покрытый множеством непонятных структур и изображений. Его структура, ранее такая монолитная и правильная, теперь была подобна сплетению корней и хитиновых пластин, начала медленно шевелиться.
Поначалу движения были вялыми, словно в нём догорали последние импульсы жизни. Но уже через минуту датчики зафиксировали слабые тепловые и энергетические выбросы. Как будто в его глубине снова начали пробуждаться остатки ядерных или биоплазменных контуров. Там, где когда-то находились живые, теперь бурлила неведомая энергия – чёрная, серая, вязкая, словно сам мрак, поглотивший разум корабля, вдруг попытался вспомнить, что такое движение.
Пробудившийся корабль начал разворачиваться. Огромные пластины обшивки, которые за тысячелетия сплавились в единый монолит, разошлись с противным металлическим скрежетом, пронзившим даже безвоздушное пространство. Корабль “вдохнул” – воздух или вакуум… Это было непонятно… Но в глубинах его корпуса что-то дрогнуло, раздались звуки, похожие на крики умирающих машин.
– Чёрт! – Резко выдохнул Кирилл. – Только этого нам не хватало…
На экране, в искажённой проекции сенсоров, древний корабль высветился красным – враждебная активность. Его корпус не просто двигался. Он перестраивался. Секции, словно отдельные организмы, отделялись друг от друга, формируя что-то вроде автономных модулей, каждый со своим набором двигателей и обломков вооружения. Казалось, сам корабль пытался воспроизвести забытый инстинкт – разделиться, чтобы охотиться.
Дроны Кирилла, наблюдавшие с внешнего периметра, первыми ощутили угрозу. Один за другим их сигналы начали обрываться. На экране отображались короткие вспышки – как будто что-то прорезало пространство с нечеловеческой точностью. Остатки старых дронов, уцелевших с прошлого столкновения, явно считались этой штукой врагами.
Один из фрагментов древнего корпуса, похожий на переплетённые металлические ветви, выдвинул длинные, тонкие, как щупальца, спицы и выпустил импульс – волновой, хищный. Корвет Кирилла содрогнулся. Его системы засекли энергетическое сканирование, настолько глубокое, что пробовало добраться до самих биосигнатур экипажа.
– Сканирует нас. – Тихо произнесла Сейрион, наблюдая за пульсирующими линиями на тактическом поле. – И, похоже, не просто так. Оно нас… Идентифицирует.
Кирилл стоял молча, наблюдая за графиком. Потом тихо сказал:
– Нет, не идентифицирует. Оно сравнивает. Проверяет, кто мы. Решает, враги мы или нет.
В этот момент древний корабль издал низкий гул, похожий на стон, прорывающийся из самых недр мёртвого металла. Корвет содрогнулся от резонанса. За его бортом пространство словно искривилось – гравитационные датчики показали нестабильные вихри. А Кирилл буквально до скрипа стиснул зубы.
– Уходим. Быстро. Пусть сервисные дроны сами доберут образцы, если смогут. Мы не останемся рядом с тем, что пытается вспомнить, как убивать.
Но, словно услышав его, корабль “ответил”. Из глубин тьмы послышался сигнал – слабый, рваный, похожий на радиошум. Но вскоре в нём появились образы. Всполохи света… Эхо чужих голосов…
“
Голос был синтетическим, но будто сотканным из десятков наложенных одна на другую интонаций. Казалось, сам корабль говорил с ним – срывающимся тоном умирающего существа, которое боится окончательно исчезнуть.
– Оно просит нас… спасти что-то… – Произнесла Ариэль.
– Нет. – Тут же холодно ответил Кирилл. – Оно
Он задумчиво посмотрел на бледное мерцание древнего корпуса, который теперь уже только издали мог напоминать правильную пирамиду.
– Я бы не стал доверять тому, что прожило здесь тысячелетия и всё ещё умеет лгать.
А древний корабль тем временем выдвинул один из своих обломанных модулей, похожий на гигантскую клешню, и направил его в сторону корвета. По внешним сенсорам прошла волна помех. Пространство будто разорвалось, когда корабль издал очередной низкочастотный гул – приглашение или угрозу, уже было не важно.
Кирилл, не отрывая взгляда от экрана, тихо сказал:
– Пора уходить. Этот “мертвец” не хочет быть один. А я не хочу узнать, кого он зовёт себе на подмогу.
Корвет начал отходить, медленно, и даже осторожно. А позади, среди дрейфующих обломков и покорёженных конструкций, древний корабль ожил окончательно – его секции вспыхнули тусклым внутренним свечением, словно вспоминали форму своего прошлого. И когда “Троян” уже разворачивался, чтобы уйти окончательно, казалось, что в темноте за ним кто-то смотрит.
Кирилл не сразу осознал, насколько тяжёлым стал воздух на мостике, когда они наконец вышли из зоны контроля этих древних обломков. Его корвет “Троян” теперь двигался по траектории, выверенной до микронов, оставляя за собой мерцающий след плазмы от его двигателей. За кормой, среди бесформенной тьмы, где сплетались останки тысяч кораблей, всё ещё тлел свет – тусклый, как дыхание угасающего Божества. Он не мигал… Не гас… Он смотрел…
– Гравитационные поля всё ещё колеблются. – Сказала Ариэль, сверяясь с показаниями сенсоров. – Похоже, то, что осталось от этого корабля, пробует нас… отследить.
– Пусть пробует. – Отозвался Кирилл глухо. – Мы уходим туда, где даже ему будет сложно нас достать.
Он обернулся к тактическому столу. Карта, мерцающая в воздухе, медленно перестраивалась – теперь она показывала не только путь назад, но и новый вектор, ведущий к его будущему флагману, тому самому колоссу, который он уже заранее назвал “Рассекатель”. Словно в память тому самому Дредноуту Империи ситхов из Вселенной Звёздных войн, который он так напоминал своим внешним видом. Не говоря уже про вооружение.
Корвет продолжал своё движение, аккуратно покидая зону обломков, скользя сквозь безмолвное кладбище звёздных мертвецов. Дроны, выпущенные для отбора образцов, один за другим возвращались – с обугленными корпусами, покрытыми следами микроскопических ожогов и расплавленного металла. Казалось, само пространство рядом с древним кораблём было ядовито.
– Из шестнадцати дронов вернулись трое. – Тихо сказала Сейрион. – Остальные… либо были разорваны, либо потерялись в поле помех.
– Сожгите их. – Тут же бросил Кирилл, после недолгого размышления. – Всех. Даже тех, что вернулись. Мы не знаем, что именно они принесли… В себе…
Он поднялся с командного кресла. С каждым шагом чувствовалось, как под ногами вибрирует металл – нервно, будто корабль сам ощущал чьё-то присутствие. На внутреннем канале пробежала дрожь электростатического шума, и Кирилл на мгновение уловил короткий, чужой импульс. Как дыхание из глубины, еле слышное:
“
Он резко вырубил канал.
– Если оно ещё раз заговорит – перегони частоты, отсеки сигнал. Не позволю, чтобы этот мёртвый паразит нас тронул.
Спустя ещё час корвет всё же вырвался на сравнительно чистое пространство. На тактическом экране – впереди – уже мерцал массивный объект. Его новый корабль. И, судя по всему, будущий носитель для корвета. Не говоря уже про малые кораблики вроде москитов или челноков.