Хайдарали Усманов – Игры благородных (страница 61)

В кабинах челноков даже стало тесно от сдержанных вздохов. Так как каждый чувствовал, что они всё же нашли её. Они наконец нашли то, ради чего столько дней рыскали по этим мёртвым джунглям.

Но облегчение не успело родиться, как экраны снова ожили. Чуть позади беглянки, словно в её тени, двигалась вторая фигура. Она не пробиралась сквозь ветви – они будто сами склонялись перед её шагами. Движения были ровные, прямые, слишком точные. И эта фигура выделялась из местного ландшафта своей гуманоидной формой тела. Чётко видимые руки и ноги, вытянутая осанка, и чётко видимая голова. Но более чёткие черты разглядеть с такой дистанции из-за воздействия аномалий было просто невозможно.

– Вижу ещё одно… – Сорвался голос второго пилота. – Существо… Но что это такое… определить невозможно из-за дистанции и аномалий!

Тварь или нечто иное? Она не бросалась, не нападала, а просто шла за девушкой. Но именно эта неспешность, эта уверенность каждого шага, насторожила всех больше, чем любое внезапное нападение.

В челноках повисла тишина, тяжёлая, как свинец. Бойцы вглядывались в экраны, пальцы сами тянулись к оружию. Словно каждый из них чувствовал – радость встречи слишком поспешна. Этот мир не отдаёт своих пленников так легко.

В кабинах челноков стояла напряжённая тишина, как перед ударом грома. Каждый следил за приборами, за мелькающей фигуркой девушки, за тенью, двигавшейся следом.

– Объект двигается прямо к нам… – Голос пилота был натянутым, как струна. – Носитель маяка подтверждён. Это точно она.

– А второе существо? – Тут же спросил боец, сидящий у смотрового люка, сжимая парализатор так, что суставы пальцев побелели.

На экране тень продолжала идти. Неспешно, уверенно. В её движении было что-то бесконечно чуждое и даже хищное.

– Если мы ударим по площади, зацепим её тоже. – Заметил один из операторов. – Вряд ли она выдержит такой разряд без последствий.

– Но если промедлим… – Тут же перебил его ветеран, сидящий ближе к двери, его лицо было жёстким, морщины врезались, как ножом. – Если эта тварь возьмёт её первой, мы потеряем и её, и шанс понять, что происходит.

Старший офицер в челноке нахмурился. Он смотрел на экран, где две точки – бегущая к аванпосту девушка и существо – неумолимо сокращали расстояние до условной линии перехвата.

– Что-то в ней… не так… – Вдруг выдавил один из молодых бойцов. – Смотрите: она идёт неровно, будто спотыкается… но сигнал маяка стабилен. Слишком стабилен.

– Нам не о чём спорить. – Резко сказал ветеран. – Вы хотите, чтобы оно подошло ближе? Чтобы мы посмотрели, как оно ломает ей шею?

Несколько секунд длилось молчание. Треск приборов, дрожь корпуса, гул моторов – всё сливалось в один пульсирующий звук.

– Действуем! – Наконец сказал офицер.

Два челнока синхронно развернули установленные на их борту излучатели. Воздух загудел, словно его пронзили тысячи невидимых струн. Секунда – и вся зона впереди озарилась невидимой волной парализующего удара.

На экранах было видно, как бегущая сквозь лес девушка вздрогнула, словно её ударили в грудь кулаком, и мгновенно обмякла. Скафандр стукнулся о камни, и её тело покатилось вниз по склону, как сломанная кукла.

Позади неё существо тоже пошатнулось. Его шаги прервались, руки взметнулись в воздухе, и оно, сделав ещё несколько шагов, словно лишившись костей, рухнуло на землю. Неподвижное. Беспомощное. В кабинах раздались облегчённые вздохи.

– Есть. – Прошептал один из пилотов. – Оба одним ударом накрыты.

Но облегчение было зыбким. Никто не радовался по-настоящему. Потому что даже лежащее без движения, то существо продолжало тревожить – будто его неподвижность была лишь новой формой ожидания. Челноки тут же с тихим свистом скользнули вниз, к ближайшей полянке. И практически сразу их люки с шипением приоткрылся, впуская внутрь утренний туман планеты. Влажный воздух хлестнул по лицам, пахнул тяжёлой сыростью и чем-то железным, словно сама земля дышала кровью.

– Вперёд! Быстро! – Бросил офицер, и первый ряд бойцов ступил на почву. Их шаги вдавливались в мохнатую землю, под ногами что-то хрустело, как кости, скрытые в почве. Лес вокруг молчал – слишком молчал, будто всё живое затаилось, выжидая. Казалось, что даже воздух глядел.

Двое бойцов подбежали к неподвижному телу девушки. Её скафандр был разодран, визор треснул, а лицо за мутным стеклом казалось неузнаваемым. Та, кто когда-то была блистательной дочерью Великого дома, теперь выглядела как обгоревшая кукла, выброшенная на свалку. Один из воинов склонился, приложил руку к шее.

– Жива! – Выдохнул он, с какой-то почти детской радостью. – Слабый пульс, но есть.

– Забираем. Быстро.

Девушку аккуратно приподняли, её голова безвольно повисла, и только слабый блеск на груди, крошечный сигнал маяка, подтверждал, что это действительно та самая пропавшая.

А потом их взгляды одновременно поднялись – туда, где лежал второй объект. Бойцы пошли медленно, оружие вскинуто, пальцы дрожали на курках. Каждый шаг отзывался в груди, будто земля стучала в унисон с сердцами. И вот они увидели его. Не монстра. Не чудовище… Эльфа…

Точнее – что-то, что напоминало эльфа. Оно лежало на боку. Его дыхание было ровным. Грудь медленно поднималась и опускалась. Тело укрывали куски выделанных звериных шкур, спутанные, грубые, но плотные, как броня. В руках виднелась какая-то странная палка с длинным, изогнутым, почти сияющим наконечником, и тот, кто хоть раз сражался с чудовищами этого мира, сразу понял, что это оружие было не такое уж и простое.

Его лицо было частично закрыто прядями тёмных волос, но главное, что в глаза бросилось сразу – это… Не острые эльфийские уши, а какие-то странные и даже… округлые… И ещё – телосложение. Он не был тонким и хрупким, как у детей великой Империи Эльфов. Напротив, тело его казалось собранным из плотных жил и крепких костей, будто сама земля вылепила его для выживания.

– Дикарь… – Глухо пробормотал один из бойцов, в котором боролись суеверный страх и профессиональная настороженность.

Но сердце у всех ёкнуло одновременно. Этот “дикарь” был жив. Волна парализатора лишь сбила его с ног, но не убила.

– Это… – Один из ветеранов нахмурился. – Это не один из нас… Неужели кто-то местный? И не совсем эльф. Смотрите сами! Уши, черты лица… Похожи на эльфа. Но что-то тут не то.

Тишина вокруг медленно сгущалась. Даже самые храбрые воины чувствовали, как горло стягивает невидимая петля. Они привыкли к чудовищам – когтям, пастям, аномалиям. Но встретить здесь существо, которое так похоже на разумного – это было хуже. Это было непостижимо.

Оглушённую девушку уже уносили к челноку. А они всё ещё стояли, глядя на лежащего дикаря, и понимали, что этот миг изменит всё.

Командир группы первым нарушил вязкую тишину, повисшую над поляной.

– Усилить фиксацию. Он ещё дышит слишком ровно. Не нравится мне это. – Его голос дрогнул, но он прикрыл это сухостью приказа.

Два бойца молча достали переносные генераторы парализующего поля. Металлические диски с мерцающими прожилками легли на землю рядом с телом дикаря. Небольшие щелчки, как треск насекомых в траве, и от дисков растянулись тонкие, почти невидимые дуги. Воздух запах озоном, и воины почувствовали, как волосы на руках встали дыбом.

Дикарь дернулся. Совсем чуть-чуть – пальцы на руке сжимали древко копья, будто даже бессознательно не хотели выпускать оружие. Этого хватило, чтобы у бойцов мороз пробежал по спине. Один из них мгновенно рванул к копью, но, коснувшись его, отпрыгнул прочь. Наконечник всё ещё хранил тепло, будто металл дышал изнутри.

– Отнять. И зафиксировать отдельно. – Прозвучал приказ. Они попытались осторожно отвести оружие в сторону, хотя при этом взгляд каждого был прикован к лицу лежащего. Полусонный, но не сломленный. Даже во сне его челюсть сжималась упрямо. И именно в этот момент… Копьё исчезло. Прямо из рук того, кто попытался его взять…

Слегка отшатнувшиеся в сторону, бойцы тут же активировали второй уровень фиксации. Синеватое сияние легло на тело дикаря, словно кокон из холодного света. Он снова дернулся, губы дрогнули, и на миг показалось, что он вырвется из сна. Но всплеск энергии прижал его к земле.

– Есть! Спит. – Тут же доложил боец. И сразу даже самые закалённые из них вдруг почувствовали, как будто мир вокруг облегчённо выдохнул. Лес снова зашумел, насекомые вернулись к своим делам. Но никто не обманывал себя. Это было не успокоение. Это было ожидание.

Этот странный дикарь, эльф – не – эльф, теперь был их пленником. Но каждый, кто видел его лицо, уже знал, что это не они держат его, а он – держит их тревогу.

Они возвращались обратно – челноки ныряли в воздушные коридоры, словно птицы, несущие добычу в гнездо. Только добыча эта была не зверь и не падаль, а двое существ – один знакомый, почти родной, второй – чужой и пугающе непонятный.

Беглянку уложили на носилки, закрепив ремнями, чтобы во время тряски её тело не соскользнуло на пол. Когда свет в отсеке мигнул, открывая их лица в коротких вспышках красного и синего, никто не мог не заметить, насколько жалким стало её облик. Изорванный защитный скафандр с трещинами, линза шлема треснула, волосы выбивались влажными прядями, а на щеках отпечатался узор от внутренних подушек. Слишком далеки эти черты были от сияющей дочери влиятельного рода, чьи улыбки когда-то украшали балы и приёмы.