Хайдарали Усманов – Гости (страница 5)

Аккуратно осматривая территорию, я понял, что следы этого креата ведут далеко в сторону. Он не высаживался возле этого аванпоста! Он высадился где-то в стороне, и пришёл сюда своими собственными ногами. Отлично помня о том, насколько опасно здесь передвигаться самостоятельно, я понял, что имею дело с очень опасным бойцом. Даже мой наставник, когда высадился на этой планете, в день проходил максимум пару сотен метров, прежде чем возвращался весь ободранный, и даже пораненный. На этом же старике не было даже живого места. Он просто истекал кровью. Валявшаяся немного по соседству с его телом полевая мобильная аптечка, которая была мне знакома, по тому что такая же была у старого наставника, мерцала красными огоньками, и давала понять, что полностью израсходовала свой запас картриджей. А значит, спасать его было просто нечем. Да я и не понимал того, зачем мне это нужно делать. Тихо усмехнувшись, я уже намеревался отползти назад, когда этот старик пошевелился…

– Кто здесь? – С трудом прохрипел он, кое-как разлепив свои залитые кровью глаза. – Выходи! Я всё равно смогу сражаться!

Задумчиво усмехнувшись, я медленно поднялся над краем этого небольшого оврага, и спрыгнул вниз. Упрямство этого старого воина вызывало у меня некое уважение.

Израненный креат медленно открыл глаза, и посмотрел. Было видно, что он еле держится, буквально на своей собственной наглости и упрямстве. Попытавшись пару раз дернуться, он снова рухнул на дно этого небольшого оврага. Слишком большая потеря крови давала себя знать, и видимо у него просто кружилась голова. Но упрямство продолжало толкать его на безумные поступки. Раз за разом, он пытался встать, до тех пор, пока хоть как-то, уткнув один из мечей в землю, всё же не встал, шатаясь и кашляя кровью.

– Откуда ты взялся здесь? – Прохрипел он, пытаясь разглядеть меня, сквозь кровь, обильно залившую ему лицо. – Мне сказали, что здесь живёт всего лишь один колонист! А я буквально сразу наткнулся на тебя! Кто же ты такой?

– Ну, скажем так, не сразу ты на меня наткнулся… – Тихо усмехнулся я, медленно и плавно спускаясь на дно укрытия, где прятался этот израненный креат. – Судя по твоему внешнему виду, тебя очень сильно потрепали местные твори! Дай угадаю…Ты наверняка наткнулся на стаю чикалов! Они могут любого удивить тем, как слажено действуют при нападении на своих врагов. Мне всегда нравилось с ними сражаться… чувствуешь себя как на ладони, при этом отлично понимаешь, что можешь просто не успеть…

– Это те самые твари, которые со всех сторон и толпой нападают? – Сузив глаза, посмотрел на меня креат, перехватывая рукояти своих мечей, и раздвигая, чтобы стоять уверенней. – Если ты имеешь в виду их, то мне удалось отбиться от четырёх стай! Так что мне есть чем похвалиться!

– Похвалиться? – Медленно вращая правой рукой свой костяной меч, я внимательно осмотрел то, что осталось после этих столкновений от бывшего четырёхрукого бойца, и задумчиво хмыкнул. – То, что тебе удалось отбиться от их группы, еще ничего не значит! Вот если бы ты сумел найти и уничтожить вожака… это было бы уже другое дело! Но вряд ли ты сумел бы это сделать! Вожак этих тварей не так уж глуп, чтобы подставляться под прямые удары мечей. Чтобы его найти, нужно очень постараться. А тебе было некогда этим заниматься! Так что можешь мне не рассказывать о своих подвигах. Меня это не интересует. Меня больше интересует, зачем ты вообще появился на этой планете? Если ты расскажешь, что здесь жил, я в это не поверю! Иначе бы ты отлично бы умел справляться с этими тварями. Так что давай, рассказывай…

– Если ты этот самый колонист, который показал идентификационный браслет этим идиотам со станции, то я пришел по твою голову! – Прохрипел он, поднимая свои мечи, чем вызвал у меня некоторое удивление. – Никто не давал тебе права ворошить прошлое, и напоминать мне о нём! Ты ответишь за свое преступление!

– Странно… хотелось бы узнать, какое же я преступление совершил? – Медленно подняв руку, я снова показал браслет, висящий у меня на руке. – Если ты имеешь в виду вот этот браслет, то его мне на руку повесил мой наставник. И это было практически после моего рождения. Так что в данном случае обвинять меня в том, что я пытался что-то нарушить или кого-то обидеть, ты не можешь. Предъявляй любые претензии моему наставнику… только ты вряд ли его сможешь найти… он мертв. Мёртв уже несколько лет! Но он мне говорил, что только один разумный отреагирует с яростью и ненавистью на появление этого браслета на территории Содружества… честно говоря, я не думал, что встречусь с тобой здесь!

Перехватив мечи поудобнее, я напряженно вглядывался в лицо этого креата, про которого уже знал. Это был тот самый мастер-креат, который намеренно убил младшего брата моего наставника. Этот браслет был памятью, которую старый креат носил с собой, словно напоминание о коварстве и предательстве представителей своего собственного народа. Его младший брат был отдан в обучение мастеру, который считался одним из лучших бойцов. Всё-таки он считался двуруким! Даже по меркам этих четырехруких бойцов считалось, что подобное практически невозможно. Родители молодого креата, несмотря на сопротивление старшего брата, знавшего то, на что способен его будущий учитель, отдали младшего своего сына в обучение. И буквально на следующий день получили известие о его гибели. Естественно, что все они были удивлены и поражены случившимся. Ученики бойцов Ордена креатов никогда не погибали во время обучения. За это отвечали сами мастера. Считалось, что они просто не допустят подобного. Ведь обучение и весь план подготовки учеников был отработан сотнями лет. Они даже во время вооруженных поединков не могли использовать оружие, которое могло нанести смертельную рану. А тут такое! Уже потом, когда проходило следствие, все узнали, что мастер, который должен был обучать младшего отпрыска этой семьи, дал ему приказ перейти по шесту через ущелье. Подобное испытание входило в экзаменационную программу при поступлении в Академию Ордена. Ребёнок же был всего лишь учеником. Тем более, учеником, который буквально только что поступил на обучение. Естественно, что ребёнок, не справившись с подобным заданием, просто погиб. А мастер отказывался принимать вину на себя. Он начал обвинять родителей в том, что это они плохо подготовили ребёнка. В этот момент старший брат погибшего находился на задании, которое ему дало руководство Ордена. Опытный воин воспринял всё произошедшее как одну большую ловушку для его семьи. Ведь он считал своего младшего брата более сильным бойцом в потенциале, чем он сам. А значит они намеренно пытались ликвидировать того, кто мог в будущем стать Верховным магистром Ордена. Понимая всё это, мой наставник забрал как память браслет своего брата, и исчез. Конечно, он рассказывал мне о том, что потом происходило с ним. Но к этому делу все эти рассказы отношения уже не имели. Я сейчас отлично понимал, что передо мной находится как раз тот самый убийца, который видимо потом всю свою жизнь пытался отмыться от грязи и памяти пролитой детской крови. Судя по всему то, что происходило потом, уже после случившегося, очень сильно потрепало его. Ведь иначе он не стал бы рваться на эту планету, и высаживаться на неё где попало. Это было понятно по его внешнему виду и по тому, что следы вели откуда-то в далеко сторону. Слишком эмоциональное поведение для опытного мастера-креата. У меня была возможность сравнить настоящего мастера с этим подобием, которое я сейчас перед собой видел. Несмотря на два меча у него в руках, я понимал, что этот мастер слишком эмоционален. Возможно он из-за всех этих нервных потрясений уже перешёл границу и стал тем самым чёрным креатом, про которых мне так же рассказывал наставник. Он говорил о том, насколько это опасные бойцы, которых нужно опасаться. Понимал, и поэтому знал, что несмотря на все эти раны, и общую свою усталость, убийца младшего брата моего наставника всё ещё является очень опасным бойцом. Именно поэтому я не спешил нападать на него, чтобы рассчитаться за обиды семьи моего наставника. Это было опасно, так как он мог смертельно удивить любого своего врага. Ведь не зря же даже мой наставник опасался его, рассказывая мне про способности этого бойца. Сейчас я мог пользоваться тем, что он не будет на меня нападать. По той причине, что находился немного в стороне от меня. Для того, чтобы достичь меня, ему нужно было сделать не меньше десяти шагов вперёд. Общее состояние этого креата не позволит ему сделать подобный бросок. А если он его и сделает, то не факт, что успеет со мной справиться одним ударом. Для меня будет достаточно всего лишь отпрыгнуть назад, разорвав расстояние.

– И кто же твой наставник? – Видимо всё-таки выделив нужное зерно в моих словах, старый креат попытался выяснить настоящее имя своего врага. – Случайно, не Лким Наиру? Я бы не удивился, если бы это был он! Но его слишком давно не было слышно… И тот слабак всегда боялся со мной встретиться! Даже когда мы учились вместе в Академии, он всегда опасался сталкиваться со мной даже в учебных поединках!

Наблюдая за этим клиентом, я задумчиво усмехнулся. Даже сейчас этот старик пытался самоутвердиться за счёт оскорблений моего наставника. Зачем это было ему делать, мне было непонятно. Но при этом я понимал то, что скорее всего он делает всё это намеренно. Видимо надеясь таким образом вывести меня из состояния равновесия. Это было всего лишь прямым подтверждением моей теории. Этот мастер действительно уже стал чёрным креатом. Мастера-креаты, имеющие отношение к Ордену, так не поступают. Они просто не могут вести себя подобным образом. Обучение не позволяет! А тут такое хамство? Нет, тут уже всё было понятно! Он действительно стал чёрным креатом. Видимо известие о появлении браслета его погибшего ученика и было той самой каплей, которая переполнила сосуд его эмоций. Это было понятно по тому, что он скорее всего не стал дожидаться возможности встретиться со мной возле аванпоста в тот момент, когда я к нему приду. Я отлично понимал, что максимум он провел на этой территории несколько дней. Об этом мне говорил весь его потрепанный вид, и общая усталость. Ведь у него с собой была походная аптечка. Она должна была дать ему возможность использовать стимуляторы, и залечить свои раны. Хотя бы поверхностно. Однако его кровь лилась даже сейчас. А значит в крови уже не было лекарств. Аптечка была выброшена, а значит он её нес собой больше по привычке. Она была уже достаточно давно пуста. Одна обрубленная рука, на которой не хватало кисти, была затянута медицинским пластиком. Обычно так воздействовала именно аптечка. А вот вторая рука, которой не было по локоть, была замотана какой-то тряпкой, видимо оторванной от балахона. Однако здесь, поблизости от оврага, я не видел никаких трупов убитых тварей. Исходя из всего этого, можно было сделать вывод о том, что столкновение с местными тварями произошло не здесь. Но аптечка была выброшена именно в этом овраге. А значит, можно было понять, что он уже не соображал то, что делает! Ведь иначе он избавился бы от этой аптечки гораздо раньше. Зачем было нести с собой густую аптечку, мне было непонятно? Но это говорило о том, что этот разумный уже полностью не адекватен. Он мог ждать эти несколько дней на научной станции, и таким образом спокойно высадиться на планету в тот момент, когда я подойду к аванпосту. Если он этого не сделал, значит он прибыл сюда без разрешения Совета Ордена. Более того, что-то мне подсказывало, что мне придётся встретиться и с другими креатами. Главное сейчас было справиться с этим уже двуруким бойцов, который всё ещё не сдавался. Его упрямство, и тяга к убийству, действительно соответствовали тем рассказам, которые я слышал, когда был маленьким, от своего наставника. Тот рассказывал мне неоднократно обо всех подобных случаях, а также и о том, чем опасны для обычных креатов подобные бойцы. Они действительно уже не чувствуют боли. Не опасаются за свою жизнь. Идут вперед, словно машины разрушения. Именно поэтому за черными креатами охотятся обычно на количестве минимум пяти, а то и десяти бойцов. Креаты обычно используют понятие звезда. Пять бойцов, старшим среди которых является мастер. Здесь же я наблюдал только одного бойца. Это было не удивительно. Скорее всего, никто больше не желал иметь дело с разумным, который так легко и просто приговорил ребёнка к смерти. Дело в том, что обычно четыре бойца, которые шли с мастером, были его учениками. В этом же случае об учениках не могло быть и речи. А значит, он всегда был один. Это было немного удивительно и необычно. Но я отлично понимал, что в данном случае можно было бы и не удивляться. Достаточно было понять то, что этот старик прибыл сюда, чтобы свести счёты. Креаты обычно так не поступают.