Хайдарали Усманов – Гомункул. Дилогия (7 – 8) (страница 78)
Маленький и худощавый человечек по имени Комок, являлся воплощением собственной профессии. Он был юркий, чем-то похожий на крысу, и при этом умудрялся проникнуть везде, где ему было только нужно, и достать то, что только мог пожелать его клиент. Ведь он был контрабандистом! И поэтому старался делать всё, чтобы его клиенты оставались довольными. Ведь они платят такие огромные деньги за его услуги! Но даже находясь в на такой должности, которую он сейчас занимал, помощника главы всех контрабандистов Ночной Гильдии, это человек непонятного возраста, не забывал о том, с чего начинал. Ведь он раньше занимался именно продажей дурманящих смесей тем, у кого на это были деньги. За всё время его жизни, у Комока появилась целая разветвленная сеть клиентов, которые буквально везде могли пригодиться Ночной Гильдии. Это были служащие государственных учреждений Империи… Торговцы...... И даже… Жрецы Триединого Бога! Именно они сейчас и должны были принести в руки контрабандистов новые деньги, а заодно и информацию, которая интересовала главу всех торговцев дурманом в этом городе. Ведь не так давно произошло одно очень неприятное событие, связанное с происшествием на складах, где хранились такие же наркотические смеси. Если конечно не считать и остальных складов, на которых было многое другое. Но самого Комока сейчас интересовало в первую очередь то, кто мог посметь украсть
– Слыхали, городе говорят, что в центральном храме Триединого Бога монахи теперь ходят в каких-то странных доспехах! – Какой-то торговец, закупавшийся у представителей Ночной Гильдии контрабандным товаром в виде редких тканей, внезапно непонятно по какой причине, решил поделиться новостью с продавцом. – Честно говоря, когда я вошел в этот храм, даже испугался! Сначала мне показалось, что это стоят с дубинами хваленые тяжёлые пехотинцы Империи! И только потом, когда присмотрелся, понял, что это стоят монахи, которые обычно охраняют алтарь. Они держали в руках вот эти самые огромные свечи! Но сначала, можно было подумать, что это какие-то дубины…
Рассмеявшись, торговец контрабандных тканей многозначительно переглянулся с Комоком и слегка кивнул ему. Всё-таки информация появилась! Эти доспехи были похищены со склада контрабандистов Ночной Гильдии. И они сейчас искали того, кто мог украсть весь этот груз! Теперь становилось понятно, по какой причине жрецы не появляются для покупок дурмана. А зачем им это делать, если они фактически вынесли целый склад подобной продукции? Этого дурмана, который они украли, жрецам хватит где-то на год. А спустя год неизвестно как пойдут дела у самой Ночной Гильдии! Ведь она, благодаря такому наглому нападению на свои склады, потеряла просто невероятно огромные деньги. Но несмотря на полученную информацию, всё-таки было необходимо убедиться самим в том, что всё это происходит на самом деле. Поэтому Комок и этот торговец, который слышал подобную информацию, отправились на следующее утро на очередную службу в храм Триединого Бога вместе. Сейчас они должны были убедиться в том, что происходит то, что они подозревали.
Главный храм Триединого Бога, построенный на территории столицы Империи Рикан просто поражал своим великолепием. Сам храм был построен из самых редких сортов мрамора и ценных камней. А уж про породы дерева, которые применялись при его строительстве, и говорить не стоит. Всем было понятно то, что жрецы Триединого Бога не экономили, старательно восхваляя силу и могущество своего Бога. И даже внешний вид этого храма уже давил своим величием и богатством любого разумного, который мог бы к нему приблизиться. Но это было только начало. Вошедшие внутрь главного зала этого храма контрабандисты поражённо замерли, увидев все это великолепие, которое открывалось внутри. Огромные картины, выложенные полудрагоценными камнями, рассказывали историю и демонстрировали Величие деяний жрецов и самого Триединого Бога. Огромные толстенные свечи, которые медленно оплывали жиром от пламени сжигающего их фитиль, говорили о том, сколько денег тратил этот храм на подобное великолепие. Внезапно продавец тканей толкнул Комока локтем, и указал подбородком вперёд. Там стоял алтарь Триединого Бога, перед которым на коленях стояли жрецы, и отбивали поклоны. Контрабандистам пришлось последовать их примеру, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Достаточно было того, что они увидели. Вокруг этого алтаря, с толстыми свечами стояли четыре монаха. Но сейчас в них очень сложно было опознать священнослужителей Триединого Бога. Они были одеты в тяжёлые пехотные доспехи, на которых явно были видны изображения символов Триединого Бога. Точно такие же доспехи не так давно были похищены с главного склада контрабандистов Ночной Гильдии. Вот он вор! Тот самый вор, который набрался наглости, и нанес подлый удар в спину Ночной Гильдии. Аккуратно переглянувшись между собой, контрабандисты кивнули друг другу, великолепно понимая то, что они только что обнаружили ответ на многочисленные вопросы членов Совета Гильдии. Но проблема была в том, что им двоим необходимо сейчас было полностью отстоять эту службу, после чего также необходимо было дать что-либо в дар храму. По-другому бы их просто не выпустили из этого здания! Так как они оба были одеты довольно бедно, то заранее приготовили по паре – тройке серебряных монет. Было понятно, что местные жрецов подобная подачка не удовлетворит. Но что можно было получить от бедных людей? Ведь контрабандисты отлично понимали то, что весь их вид говорит о том, что никакого золота у них и быть не может! Хотя, члены Совета Ночной Гильдии с большим удовольствием заплатили бы не одну сотню золотых монет, чтобы узнать имена настоящих участников нападения на склады. Но сейчас по крайней мере один след был обнаружен. И уже благодаря ему контрабандисты могли хотя бы примерно предположить все остальные последствия произошедшего. Если жрецы не скрывали подобного, то следовало ожидать в ближайшее время обострения обстановки на территории столицы Империи. Как уже говорилось ранее, ни Совет Ночной Гильдии, ни все члены этой организации, категорически не желали подобного. Ведь тогда в первую очередь пострадают дела Ночной Гильдии, и сами её члены. Армия и гвардия Империи не буду церемониться, старательно выжигая каленым железом любые угрозы Императорской власти. А жрецы замахивались именно на неё! Да, сами жрецы скорее всего прячутся в своем храме, и будут надеяться на то, что им удастся отсидеться за спинами своих прихожан. Это было вполне возможно, ведь вера в Триединого Бога была довольно сильна и на территории Империи. Но если Император начнёт принимать радикальные меры, чтобы навести порядок в своем государстве, то ничего хорошего этому храму не светит.
В лучшем случае их заставят покинуть здание, и навсегда отправиться куда-нибудь в отдаленные уголки государства. Если не хуже того!
Вполне возможно, что Император может потребовать от жрецов храма Триединого Бога навсегда покинуть и территорию Империи.
Таким образом он ликвидирует всю централизованную силу этой Веры на территории своего государства. Люди могут продолжать верить во что угодно, но жрецов этого Бога на территории государства просто не будет. Именно поэтому сейчас контрабандистам нужно решить то, на чьей они стороне! Ведь от этого практически зависит дальнейшее существование Ночной Гильдии, а также и самих этих контрабандистов. Речь сейчас не шла о потерях их организации, или же попытке возмещения похищенных денег. Речь шла о выживании. Ведь в этом случае было понятно любому идиоту то, что между молотом и наковальней лучше не становится. В любом случае пострадают те, кто может быть замешан в произошедшем. Если поднимутся волнения в Нижнем городе, армия и гвардия выжгут его, старательно уничтожая всех, у кого может быть обнаружен хоть какой-то намек на вооружение. Кроме того, было понятно и то, что в данном случае хуже всего придётся именно Ночной Гильдии.
С огромным трудом достояв службу, Комок и его товарищ, аккуратно раскланиваясь и семеня, покинули храм, не забыв при выходе высыпать своё серебро в ящик толстому жрецу, который недовольно покосился на нищебродов, посмевших своими грязными ногами топтать Великолепный зал центрального храма. Но выбора не было, ведь жрецы везде кричали о том, что перед Триединым Богом