Хайдарали Усманов – Гомункул. Дилогия (7 – 8) (страница 12)

В этот день совещание Императора и Великого герцога Курраз также затянулось. В последнее время их совещания всё чаще и чаще затягивались до глубокой ночи. Даже попытка вмешательства Наследника не помогла в этой ситуации. Принц Рукар также остался в кабинете своего отца, и принял самое деятельное участие в этом разговоре. Ведь ему нужно было привыкать пытаться планировать различные операции. А сейчас ситуация была такова, что члены Императорской семьи в любой момент могли попасть под смертельный удар. В последнее время враги что-то сильно зашевелились. Не успели раскрыть один заговор, как буквально следом появились следы и другого, более глобального заговора. Ведь если Архимаг Таирус надеялся захватить власть как можно меньше пролив крови, то жрецы Триединого Бога пролитием крови не гнушались. Они готовились к тяжелым затяжным боям на территории столицы. И поэтому как-либо легкомысленно воспринимать то, что произошло сейчас на территории Империи, когда были уничтожены древние монастыри этой религии, Император просто не мог. Но он также был согласен со своим старым товарищем. Им сейчас не хватало свежего взгляда на эту проблему, которым обладал молодой дворянин, который вернулся в своё собственное поместье, чтобы там навести порядок. К сожалению, в этом ему отказать Император не мог. Так как сам одарил этого молодого дворянина земельным наделом и объявил его свободным графом.

Главный храм Триединого Бога

– Что? – Архиепископ Арин резко развернулся, и опрокинул стоявший рядом с ним столик, на котором стояла бутылка какого-то дрянного винца. – Что ты мне только что сказал?

– Мой господин… – Перепуганный слуга упал на колени и стукнулся лбом о каменный пол любимого места времяпрепровождения Архиепископа, которое находилось на самой высокой точке главного храма Триединого Бога в столице. – Мой господин, новости ужасные! Все монастыри на территории Империи… Уничтожены!

– Как такое возможно? – Архиепископ в ярости сжал кулаки, и едва сдерживая себя от желания задушить своими собственными руками нерадивого слугу, посмевшего принести ему такую весть. – Ты уверен в том, что мне сейчас рассказываешь? Неужели никто не выжил? Кто посмел совершить подобное кощунство?

– Мы давно уже не получали известий из близлежащего монастыря, поэтому направили туда одного из наших жрецов, чтобы он выяснил происходящее… – Не поднимая перепуганных глаз на Архиепископа слуга принялся быстро докладывать известную ему информацию о происшествии. – Он обнаружил там обгорелые руины разрушенного монастыря. Все трупы были собраны и сожжены. Но в них можно было опознать бывших монахов. Он опросил жителей по соседству, и все рассказали о том, что однажды ночью монастырь просто запылал. Как и почему это произошло, никто не знает! Испугавшись что что остальные монастыре молчат по той же причине, мы отправили жрецов и в них, чтобы убедиться в том, что всё в порядке. Но оказалось, что все монастыри уничтожены! Более того, кто-то применил там очень сильную магию, полностью разрушив здания, в которых наверняка должны были находиться те самые хранилища древних знаний…

– Ты хочешь сказать мне, что теперь для нас эти хранилища недоступны? – Не сдерживая своей ярости Архиепископ подскочил к слуге, и подхватив его за грудки поднял в воздух. – Ты хочешь мне сказать, что мы сейчас даже не знаем о том, что осталось тех хранилищах? Неужели вся Сила, и вся Мощь, которую собирала наша паства все эти годы, были неизвестно кем уничтожены? Вы уверены в том, что хранилища опустошены, а не просто завалены?

– Этого мы вам сказать не можем! – Прохрипел полузадушенный слуга, пытаясь хоть как-то разжать пальцы Архиепископа, чтобы глотнуть спасительного воздуха. – Если там в хранилищах что-то и осталось, то теперь мы просто не сможем ничего достать. Ведь все эти монастыри были построены пленными гномами. Для того, чтобы разобрать эти завалы, необходимо либо привести туда магов из Гильдии Магии, либо собрать множество людей, чего мы также себе позволить не можем! Ведь если там хоть что-то уцелело, то посторонние узнают о том, чем могли заниматься в этих местах наши монахи!

Отшвырнув в сторону уже хрипящего от недостатка воздуха слугу, Архиепископ Арин резко повернулся и не скрывая своей ярости, вцепился руками в поручень, ограждающий эту площадку. Сейчас его глаза не видели всей красоты столицы, которая открывалась с этой высоты. Так как он пытался увидеть где-то там, вдалеке, того самого наглеца, который посмел нанести удар в спину храму Триединого Бога. Ведь священники Триединого Бога и его жрецы все эти пять тысяч лет наращивали свою силу, чтобы однажды полностью уничтожить всех врагов людей, а значит и Триединого Бога, на территории мира Ринар! Особенно на эти монастыри сейчас рассчитывал сам Архиепископ Арин. Он уже попытался как-то взять под свой контроль деньги, которые находились в казнах этих монастырей. Но согласно древних правил у каждого монастыря была собственная казна для решения своих собственных проблем. И центральный храм Триединого Бога не мог никоим образом как-либо повлиять на эти траты. Но однако, центральный храм был обязан выделять средства для этих монастырей каждый год. Чем они всё это время и занимались. Но сейчас, по до сих пор непонятной для Архиепископа причине, главный храм Триединого Бога оказался в огромных долгах. И им сейчас приходилось даже есть что попало, а не то что хочется. Подхватив с пола упавшую, но не разбившуюся бутылку с вином, Архиепископ прямо из горла сделал три глотка, допив её оставшееся содержимое. Сейчас этот старый жрец даже не обратил внимания на то, что это вино довольно дрянное по своему вкусу. Ему сейчас было всё равно! Он хотел просто напиться! Ситуация, которая складывалась вокруг его правления храмом Триединого Бога была практически катастрофической. Мало того, что куда-то, неизвестно куда, исчезли все деньги, которые находились в казне главного храма, так теперь еще и все четырнадцать монастырей Триединого Бога были уничтожены неизвестными силами. Кое-как успокоившись, и выпив еще целую бутылку вина, Архиепископ всё же выслушал остальной доклад своего слуги. Как и следовало ожидать, новости были не очень приятные.

Выяснилось ещё то, что из-за недостатка средств строительство храмов по территории Империи Рикан, которые старательно везде устраивали жрецы Триединого Бога, были остановлены. Хуже всего было то, что в некоторых местах в это дело вмешались дворяне, имеющие право хозяйничать на тех территориях. И если где-то они просто требовали дополнительных денег, чтобы успокоить своё эго хозяев этих земель, то в одном месте, местный граф приказал немедленно разобрать эти стройки, и построить то, что будет приносить ему гораздо больший доход. Единовременная взятка этого дворянина видимо не устраивала. Он даже не подумал о том, что таким образом вступает в конфликт с жрецами Триединого Бога. Видимо его это абсолютно не беспокоило. Потребовав полного доклада о происходящем в том странном графстве, которое было организовано по приказу Императора Ларука рядом с границей Империи, Архиепископ задумчиво выслушал доклад своего слуги. Этот граф был приближенным дворянином к Императорской семье, и довольно быстро выслужился из безземельного дворянина до свободного графа. Хуже всего было то, что этот молодой дворянин участвовал в спасении жизни молодой княжны вампиров, и таким образом сумел привлечь к себе внимание самого Императора. Ведь этот паренек сумел предотвратить обострение отношений между двумя государствами. Подумав об этом, Архиепископ Арин разозлено скрипнул зубами. Он сейчас был бы совершенно не против того, чтобы Империя Рикан влезла в какую-нибудь войну. Ведь благодаря этому была бы возможность жрецам Триединого Бога продвигать своё слово не только среди обычных людей, но и среди военных, отправившись вместе с ними на войну. Так что этот молодой дворянин, который остановил подобное развитие ситуации, навредил не только тем, кто надеялся убить дочь Великого князя вампиров, но и самому Архиепископу. И именно этот молодой дворянин, по какой-то странной причине, принялся конфликтовать с жрецами Триединого Бога? Более того, выяснилось то, что этот молодой дворянин каким-то неизвестным способом умудрился найти общий язык с высшими вампирами, которые теперь старательно ловили диких вампиров на своих территориях, не позволяя им прорваться на территорию этого нового графства. А те вампиры, которым это удавалось, тут же вылавливались стражей графа, которую обучали старые Охотники за нечистью. Пойманные вампиры тут же сажались в клетки, и их оставляли на солнце. Дикие вампиры обычно к высшим вампиром не имели никакого отношения. И солнце для них было смертельным. Поэтому буквально на следующий день на центральной площади главного города этого графства уже висели клетки с истлевающими костями вампиров, которые сделали подобную глупость. Всё это естественно улучшило ситуацию на тех землях. Но самым удивительным было то, что граф совершенно не позволил как-либо жрецам Триединого Бога использовать развитие этой ситуации. По привычке попытавшись выдать всё происходящее на этих территориях за свою заслугу, жрецы Триединого Бога внезапно были биты стражей за то, что посмели лгать и присваивать себе чужие заслуги. Более того, те жрецы, которые попытались как-либо угрожать местному хозяину, тут же были отправлены на каторгу. По крайней мере так сказали тем, кто видел или что-либо слышал про происходящее. Но на каторге этих жрецов не было. Это было самым странным во всём происходящем. Если их собирались отправить на каторгу, но туда жрецы так и не попали, то куда на самом деле они исчезли?