Хайдарали Усманов – Флибустьер (страница 47)

………

– А неплохо мы так поторговали… – Грустно усмехнувшись Кирилл, тихо вздохнул. Не о том, как отдавал криокапсулы с “живым товаром” в руки перекупщиков. Он уже слышал о том, что на ближайшие дни на этой станции был назначен большой аукцион. Перекупщики хотели получить свой бонус в виде накрученных на этот “товар” средств. Да. Кирилл мог и сам устроить подобный аукцион, на который выставил бы ненужных ему эльфиек? Особенно тех, которые сами старательно замарались в работорговле и в охоте на ни в чём не повинных разумных. Но он не хотел бы давать хоть кому-то даже малейшего намёка на тот факт, что именно он имел к ним какое-то отношение. Да. Они сами могут кому угодно попытаться впоследствии что-то рассказать про свои приключения? Но, по крайней мере, они не смогут этого сделать сразу. Да и особо любопытные разумные, которые просто захотят узнать, откуда взялся этот товар, сами его не приобретая, не смогут узнать про существование такого поставщика. По крайней мере, в ближайшее время. А Кириллу это только и было нужно. Ведь всё равно, назад, именно на эту станцию, парень пока что возвращаться не собирался. А зачем? У него на этой станции дела были закончены Он получил от перекупщиков фактически за каждую из эльфиек по пять тысяч империалов. Большие деньги надо сказать. Ведь орков из того же пиратского экипажа пришлось продавать куда дешевле. А одного старика забрали едва за двадцать пять империалов. Так что разница была весьма ощутимая. Эксклюзивный товар.

И сейчас казна сравнительно маленького корвета, по сути, превышала всё то, что могло быть в казне какого-нибудь пиратского клана. Так как там уже, по подсчётам Кирилла, находилось не меньше ста тысяч империалов. И это, не считая всего остального, что он спрятал в своём пространственном кубе. Или кармане. Само название было уже не суть важно. Важнее было именно то, что он мог туда засунуть.

Кстати… По пути следования, в одной из промежуточных Звёздных систем, в пустынном астероидном поясе, они сбросили те самые припрятанные ранее системы того самого курьера, который перехватили, когда разбирали лёгкий крейсер эльфов и пиратский линейный крейсер. Эти системы сразу же начали посылать во всех диапазонах сигнал тревоги. Они и раньше пытались это сделать. Но были заглушены именно тем, что находились в ином пространстве. Зато теперь сигнал понесся во все стороны. А Кирилл направил свой корвет дальше по тому самому запутанному маршруту. Попутно сбросив по пути следования пару контейнеров с взрывчаткой. Там было простейшее устройство для подрыва через определённое время. Что должно было создать этакий шар плазмы, который и затрёт следы прошедшего в этом месте корабля. Это было нужно именно для того, чтобы те самые патрули, которые прибудут на этот сигнал, не смогли определить, куда делся тот, кто мог быть причастен к произошедшему с данным корабликом. К тому же, сами эти устройства, включая сюда даже сам сейф, снятый с того курьера, в котором хранились самые ценные товары, были заминированы. Всё это было сделано для того, чтобы нашедшего ожидал сюрприз.

Сам же корвет Кирилл сначала направил именно в ту сторону, где находилось ближайшее светило. Пройдя в опасной близости от короны звезды, что он смог сделать благодаря новому щиту, имеющемуся на борту его корвета, парень фактически затёр свой след. И теперь, чтобы его найти, кому-то придётся очень сильно постараться. И только после всего этого он всё же направился в ту самую Звёздную систему, где находился припрятанный эльфами корабль гномов…

Погибший исследователь

Войдя через неделю странствий в нужную Звёздную систему, для начала Кирилл выбрал путь через область с плотным, но статичным облаком микрометеоритов – оно скрывало движения на коротких диапазонах и делало дальнее сканирование менее надёжным. “Троян” быстро вычислил оптимальный вектор движения. Новые двигатели работали достаточно тихо, частота излучений сенсоров была минимальна, но интеллектуальный кластер увеличил радиус обзора такого “взгляда” за счёт корреляции слабых отражений. Другими словами, теперь вместо сильного луча шла серия тонких зондирующих импульсов, синтезируемых сенсорным комплексом “Глаза”.

Ещё перед выходом в выбранный коридор Кирилл разбил зоны ответственности. Москиты должны были контролировать “правый” и “левый” сектора, один ведёт постоянное визуальное сканирование, второй – держит радиолинию для экстренной связи. Дроиды – в ангаре, готовы в любой момент выкатиться для отражения внезапного абордажа. Все члены команды наготове, и слушают команды. Он готовы даже к ручной работе. Инженер и техники уже ждут возможного аврала, если корабль будет атакован или повлеждён.

Сам кластер “Трояна” активировал набор фильтров помех. В которые входили многочисленные частотные маски и псевдошумы, чтобы избежать обнаружения со стороны дальних патрулей, которые по какой-то неведомой причине могут оказаться поблизости.

Вблизи предполагаемого тайника сенсоры “Трояна” выдали серию аномалий. Микрогравитационные “волнения”… Участки пониженной отражательной способности, которую могли выдавать впадины в краях ледяной коры… И крошечные тепловые следы… “Глаз” сразу же построил карту в трёхслойной проекции. Визуал, Инфракрасный спектр, субпространственное дрожание в виде малых возмущений поля. На карте медленно выделился контур – этакая квадратная тень, явно не характерная для обломка. Судя по всему, это и был искомый профиль гномьего корабля – исследователя…

Астероидное поле лежало впереди, будто растрескавшийся череп погибшего титана. Медленно вращающиеся обломки металла и камня образовывали плотные завихрения, сквозь которые даже опытные пилоты предпочитали не пролетать без нужды. Там, в сердце этого хаоса, в пепельно-серой тени одной из громадных глыб, застывшей в безмолвии, дрейфовал он – исследовательский корабль гномов, ныне ставший мёртвым памятником их инженерного величия и чужой подлости.

Корвет “Троян”, тяжелый, с тускло мерцающими бронепластинами, плавно пробирался к нему всё ближе сквозь это каменное месиво астероидного поля. В помещении мостика стояла гнетущая тишина. Кирилл сидел на кресле капитана, сосредоточенно глядя на тактическую карту, где иногда вспыхивала редкая рябь, что было свидетельством отголосков старых энергетических сигнатур. Его пальцы двигались точно, без рывков.

– Вот ты где… – Тихо пробормотал он, когда контуры корабля вынырнули из хаоса помех. – Старательно они же тебя припрятали…

Внешний вид находки был весьма своеобразным. Даже без оглядки на ситуацию. Этот корабль гномов был чудовищно красив даже в своей гибели. Его обшивка, когда-то отполированная до зеркального блеска и покрытая резными рунными линиями, теперь была пробита десятками сквозных отверстий. Металл закоптился, кое-где спекся. Гравитационные стабилизаторы были разорваны, кормовая часть перекошена. Но сквозь весь корпус всё ещё пробегали угасающие световые жилы – резные каналы, выжженные магией рун. Они вспыхивали мягким синим светом, когда по ним скользили остатки энергии. Это был этакий дыхательный ритм корабля гномов. След старой рунной схемы, связывающей магию с машинами.

Нос корабля – массивный, с утолщённым бронекаркасом – имел характерную для кораблей гномов форму. Рубленные углы, изломанные грани, рельефные выступы, усеянные литерами древнего языка мастеров рун. Это не было просто украшением – каждый символ что-то стабилизировал. Баланс энергии, плотность поля, распределение импульса.

На левом борту зияла огромная пробоина, края которой поблескивали стекловидным расплавом. Видимо именно сюда и пришёлся главный удар тяжёлой торпеды, характерной для эльфийских торпедоносцев. Сквозь эту дыру виднелись мертвенно-серые переборки и обугленные опоры исследовательских отсеков.

Вокруг корабля плавали фрагменты брони, искорёженные контейнеры, сгоревшие дроны-зондировщики. Некоторые всё ещё медленно вращались, а на их сторонах виднелись символы гномьих гильдий. Молот и кристалл – знак Клана Орудийников, и двойная спираль света – знак Гильдии Рунописцев. Но сейчас все было мертво. Ни одного маячка, ни одной попытки передать сигнал.

Определившись с находкой, и проверив всю окружающую территорию на наличие потенциальных угроз, “Троян” сбросил скорость, переходя в режим бесшумного дрейфа.

Тусклый оранжевый свет аварийных лам мерцал на металлических панелях рубки. Кирилл, привычно сжал ладонью рукоять управляющего жезла, усиленного магией. На кончиках пальцев зашевелились едва ощутимые токи – его собственная тактильная магическая чувствительность позволяла воспринимать вибрации поля.

Он почти физически ощущал боль этого корабля – ещё не так давно полностью дееспособного детища гномьего ремесла, но теперь израненного и покинутого.

– Магия рун ещё жива… – Глухо пробормотал он.

На внешних панелях корабля гномов всё ещё слабо тлели глифы защиты, однако многие были искажены, будто выжжены изнутри. Это означало, что система рунной связи была взломана. Судя по всему, эльфы не просто уничтожили экипаж – они вторглись в структуру рун, и заставили её разорвать саму себя.

Кирилл медленно вёл “Троян” вокруг корпуса этого разбитого корабля, делая круговую съёмку. На корме виднелись остатки полевых усилителей – массивные кольца из металлокристалла, с вкраплёнными шипами фокусирующих камней. Здесь гномы создавали микроскопические импульсы, чтобы более точно позиционировать такие корабли, если поблизости находятся нестабильные аномалии, и обычные двигатели просто не функционируют должным образом. Сейчас эти кольца были треснуты, а одна из кристаллических дуг плавала отдельно, медленно вращаясь, всё ещё выпуская тонкий шлейф голубого света.