Хайдарали Усманов – Две стороны равновесия. Кленовый лист (страница 3)

Максим слегка наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. И едва заметно усмехнулся.

— Пусто… — тихо произнёс он. Это непривычное для него слово растворилось в воздухе. Он снова пошёл дальше. Из кустов впереди выскочило небольшое существо — что-то среднее между лисой и мелким оленем. Его тело было покрыто короткой серой шерстью, а глаза — слишком большими для такой головы. Заметив чужака, оно замерло на тропе. Всего на мгновение. Его взгляд встретился с взглядом Максима. И в тот же миг существо резко отпрянуло в сторону, почти сорвавшись в бег, скрываясь в зарослях. Не из-за движения. Не из-за шума. А из-за… ощущения. Посох в руке Мин-сока тихо гудел. Не звуком. А самой сутью. Его аура не была агрессивной. Но она была… чуждой. Холодной. Глубокой. Словно кусок ночи, вырванный из самого сердца тьмы. Духовные звери чувствовали это. И не понимали. А потому — избегали.

Дальше таких встреч стало больше. Мелкие звери мелькали в стороне, не приближаясь к нему. Птицы, сидящие на ветвях, замолкали, когда он проходил под ними, и лишь спустя несколько мгновений снова начинали свои крики. Даже насекомые, казалось, держались чуть дальше от него, чем следовало бы. Сам Максим просто не обращал на это внимания. Для него это было… ожидаемо.

Он продолжал идти. И вскоре, буквально с каждым шагом, склон начал становиться всё круче. И попадающие под его ноги камни теперь требовали большей осторожности. Иногда приходилось опираться на посох, но не из-за усталости — скорее, чтобы проверить устойчивость поверхности.

Его движения оставались плавными. Экономными. Ни одного лишнего усилия. Он не торопился. Но и не медлил. Время для него сейчас не имело значения. Для него важным было другое. Путь. И то, что ждёт в его конце. Он снова остановился. На этот раз — у небольшого выступа, откуда открывался вид на часть долины, через которую он прошёл.

Каравана уже не было видно. Даже следы дороги начали теряться в вечернем свете. Мир людей остался позади. Медленно усмехнувшись, Максим перевёл взгляд вперёд. Туда, где тропа вилась между камней, постепенно исчезая в складках гор. Там, за этими изгибами, находилось то место, ради которого он сюда пришёл. Та самая школа “Кленового Листа”. Когда-то — живая, и даже весьма известная. Теперь же — просто забытая. Он сжал посох чуть крепче. И его губы снова тронула лёгкая, почти неуловимая улыбка. Не радостная. Не предвкушающая. Скорее… Знающая.

— Посмотрим… — тихо произнёс он.

И шагнул дальше. Горы приняли его без звука. Без приветствия. Но и без сопротивления. Пока что.

Сумерки опускались медленно, но неотвратимо. Горы, ещё недавно освещённые тусклым золотом заката, начали темнеть. Свет всё ещё цеплялся за вершины, скользил по склонам, но внизу, среди камней и редких деревьев, уже собиралась тень — густая, вязкая, словно предвестник иной, более глубокой ночи.

Но Максим всё ещё шёл дальше. Тропа почти исчезла. Теперь это был не путь, а лишь направление — угадываемое по редким просветам между кустами и камнями. Иногда ему приходилось обходить валуны, взбираться на выступы, спускаться по рыхлой земле, которая норовила уйти из-под ног. Но его шаг не сбивался. Дыхание оставалось ровным. Только взгляд становился внимательнее. А когда солнце окончательно скрылось за гребнем гор, он замедлился. Не из-за усталости. А потому что пришло время остановиться. Ночь в горах — не то же самое, что ночь внизу. Здесь она глубже. Холоднее. И куда более… честная.

Вскоре Максим вышел на небольшую поляну. Она была почти идеальной по форме. Круглая. Словно сама земля когда-то выдохнула здесь и решила не зарастать полностью. Трава на ней была ниже, мягче, чем вокруг. Не такая густая. Местами проглядывала тёмная, чуть влажная почва. И в самом центре росло дерево. Большое. Старое. Его ствол был толстым, с глубокими трещинами, словно прожитыми веками. Кора местами отслаивалась, но не гнила — наоборот, казалась твёрдой, как камень. Ветви раскинулись широко, образуя над поляной почти замкнутый купол. Листья тихо шелестели. Но звук этот был странным. Слишком мягким. Слишком… глухим.

Выйдя на это место, Максим остановился на краю поляны. Не сразу вошёл. Сначала посмотрел. Внимательно. Его взгляд скользнул по траве, по корням дерева, по тени под его кроной. И только затем он сделал шаг вперёд. Потом ещё один. С каждым шагом его ощущение пространства менялось. Едва заметно. Но… достаточно. Он остановился у самого дерева, что привлекло его внимание. И только теперь он понял то, что заставило его обратить на это место своё внимание. Источник. Он был здесь. Не явный. Не яркий. Но… вполне ощутимый. Слабое, но устойчивое течение энергии исходило от корней дерева, словно из глубины земли.

Мысленно хмыкнув, он медленно опустил взгляд, и посмотрел на корни. Толстые, переплетённые, уходящие в почву, но местами выходящие наружу, образуя причудливые изгибы. И между ними…Там, где земля была чуть темнее, почти чёрной, ощущалась эта сила. Затем он присел. Провёл пальцами по почве, и почувствовал… Холод… Не резкий. Но глубокий. Слишком глубокий для этого места.

В этот момент его глаза чуть сузились.

— Сила Инь… — тихо произнёс он. Но это была не та Инь, к которой он привык. Не чистая. Не отточенная. И не дикая, как в ущелье. Эта энергия была… остаточной. Смешанной. Словно когда-то здесь произошло нечто, что оставило след. Но не завершилось.

Несколько мгновений спустя он поднялся. И медленно обошёл дерево по кругу. С каждым шагом его взгляд становился всё более сосредоточенным. Он смотрел не только глазами. Он чувствовал. И чем дольше он находился здесь, тем яснее становилось одно. Это место не должно было существовать. Не здесь. Не в этом лесу. Так как вокруг буквально бушевала жизнь. Всё пылало силой Янь. Тёплая, текучая, наполненная ростом и движением. Листья, трава, насекомые, звери — всё это было пропитано энергией Янь, естественной для подобных мест. И на этом фоне… Инь здесь была как рана. Старая. Зажившая снаружи. Но так и не исчезнувшая внутри.

Потом он остановился. Его взгляд опустился на основание дерева. Туда, где корни дерева сходились в плотный узел, уходящий вглубь земли. Именно оттуда шло это ощущение. Он слегка наклонился вперёд. Пальцы парня немного нервно сжались на посохе. Его мысли двигались быстро. Слишком быстро для простого наблюдения.

— Здесь… кто-то умер… — Тихо сказал он. И это было не предположение. Это был вывод. Слишком очевидный для него. Но…Он выпрямился. И медленно огляделся. Вокруг всё ещё располагались горы… Лес… Тишина… Ни следов битвы. Ни разрушений. Ни следов чужого присутствия не было видно. Ничего.

— Он был сильный… — добавил он, почти шёпотом. Потому что слабый культиватор не оставил бы такого явного следа. Даже спустя время. Даже после того, как природа попыталась затянуть рану. Но тогда… Почему?

Подумав об этом, Максим слегка прищурился. В этом месте не было угроз. Не было духовных зверей, способных убить сильного культиватора. Не было аномалий. Не было признаков нестабильной энергии. Здесь… Было слишком спокойно. Слишком безопасно. И именно это делало всё происходящее… не таким уж и правильным.

Он сделал шаг назад. Затем ещё один. Не уходя с поляны, но увеличивая дистанцию. Его хватка на посохе стала чуть плотнее. Интуиция молчала. Но опыт… Опыт шептал. Это место — не просто остаток. Это был чёткий след. А такие следы не появляются без причины. Вечерний ветер игриво прошёлся по кроне дерева. Листья зашевелились. И на мгновение тень под ними стала глубже. Чем должна была быть. Максим замер. И в его глазах мелькнуло нечто новое. Не страх. Но… Настороженность.

— Интересно… — тихо произнёс он. И… остался стоять… Не приближаясь. Но и не уходя. Пока ещё. Сейчас он не спешил. Поляну он больше не воспринимал как случайную остановку на пути — теперь это было место, требующее внимания. Не опасное… пока что. Но и не безобидное. Он ещё раз медленно обошёл дерево. Шаг за шагом. Сначала — по внешнему кругу поляны, отмечая границы. Где трава гуще, где редеет. Где земля мягче, а где под ней скрывается камень. Где корни дерева уходят глубже, а где выходят на поверхность, словно застывшие змеи.

Затем — ближе. К самому центру поляны. Его взгляд задерживался на мелочах. На цвете почвы, на влажности, на том, как лежат листья. Потом он наклонился, взял пригоршню земли, и медленно растёр её между пальцами. Пыль. Но не совсем. В ней чувствовалась тяжесть. Слабая, едва уловимая… но чуждая. Он выпрямился. И только теперь позволил себе сделать следующий шаг — не наблюдать, а действовать.

— Если это остаток… — тихо произнёс он, — значит, его можно использовать. Но не бездумно. С такими вещами нужно быть аккуратнее.

Мысленно хмыкнув, он отошёл чуть в сторону от самых плотных корней, выбрав место на границе поляны — там, где влияние было слабее, но всё ещё ощущалось. И начал готовить стоянку. Сначала — яма для костра. Он не стал использовать посох. Просто опустился на колено и начал работать руками. Земля поддавалась легко. Слой травы был тонким, а под ним — рыхлая почва. Но чем глубже он копал, тем холоднее становилась земля. Пальцы чувствовали это. Не физически. Глубже. Как будто сама почва удерживала в себе остаток чужой силы.