hawk1 – За гранью разумного 2 (страница 51)

Большие артефакты обеспечивали охранный периметр в определенном объеме, дабы замысливший чего худого в него не проник. Могли обеспечивать ту же защиту, что и индивидуальные, но уже не отдельного человека, а целого отряда. И даже выступали в роли наступательного оружия. Швырялись плазменными шарами, замораживали противника, землю под ногами могли превратить в подобие болота. Учитывая то, что они потребляли уйму энергии, то работали от специальных камней-накопителей. Которые, кстати, можно было найти в разрушенных домах на «Мертвых землях». А также поставляло государство гномов, которое и являлось монополистом на их добычу. По словам парней, эти изделия были крайне редкими и стоили как чугунный мост. Не каждому барону по карману. Сфера использования — военная, естественно. Разрушать такие редкие и дорогие артефакты и накопители было бы издевательством над покупателем. Поэтому, по мере расхода энергии в накопителях, его снимали и везли мастеру-артефактору, или магу, обладающему необходимыми знаниями, на подзарядку. Опять же, за звонкую монету.

По мере повествования я понял, что светить мне своими достижениями в артефакторике совсем не с руки, пока не разберусь с местной школой. Тут вокруг артефактов крутились большие деньги. Причем очень большие, если в этом бизнесе целое государство замешано. Стоит мне засветится со своими «вечными» изделиями и самозарядными накопителями — мигом голову открутят, как бы круты мы на фоне местных не выглядели. Против государства не попрешь. И даже в «Мертвых землях» не спрячешься. Специально военный поход организуют, чтобы возмутителей спокойствия достать. Достать и уложить на два метра под дерновое одеяло. Хотя, с учетом процветающих тут нравов, наши трупы, скорее всего, засолят и будут по городам возить. В назидание остальным «кулибиным». Поделился своими мыслями с Найком по нейросети. Тот горячо меня поддержал и обратился к пацанам:

— Парни, насчет королевства гномов можете пояснить? Насколько мы поняли из ваших саг, люди, эльфы и гномы живут вперемешку. А тут получается отдельное королевство гномов, какое-то.

— Ну да, все правильно. — не понял вопроса Марик.

— Просто сначала люди, эльфы и гномы хотели жить отдельно, как было раньше. — пришел на помощь другу Натан — Но жизнь стала очень тяжелой и пришлось объединятся. Старые названия остались, вот и говорят так, по привычке.

— А что, там действительно король сидит? — спросил я.

— Какой там. — отмахнулся Марик — Всё как у нас. Бароны… — после чего перечислил несколько незнакомых слов. Наверное, титулы местных феодалов. Надо будет потом поподробнее его расспросить с помощью призраков в качестве переводчиков.

— А вот в этих королевствах… эээ… — запнулся принц — Там все равны? Или у гномов именно гномы всегда правы? У эльфов, соответственно, эльфы?

— Все равны. — заявил Натан — Просто гномы предпочитают селится в своем горном крае и их там больше. Мы, эльфы, в лесном, где остальным не очень комфортно.

— И что, неужели нету никаких радикальных группировок? — ухмыльнулся я.

— Кого нет? — закономерно не понял меня эльф.

— Ну, такие группы людей, молодых, в основном, которые кричат: «Великий лес только для эльфов! Люди — вон из нашего леса». Или «Священные горы только для гномов! Эльфы — чемодан, вокзал, лес». — пояснил я.

— Ах, эти… — вздохнул Натан — Есть, как не быть. У всех есть. Но эти банды маленькие и правители сами с ними борются. Им смута на их землях не нужна.

— Как называются? — спросил принц и мы записали новое слово в свои нейросети. Я их обозначил, как «радикалы».

— Да, еще вопрос. — сказал я — Писать тут, как я вижу, умеют. Воевода нам даже грамоту нацарапал. А сами грамоте обучены?

— Он обучен. — ткнул пальцем в Натана Марик — Ему в лавке постоянно что-то записывать надо. Я только считать умею. И цифирь, написанную, понимаю.

— А что так слабо? — спросил принц.

— А на что мне больше? — пожал плечами Марик — В деревнях и того не умеют. Живут же как-то?

— Ни за что не поверю, чтобы крестьяне не умели считать свой урожай. — улыбнулся я.

— Нет, счету то они обучены. — смутился Марик — Но считают по старинке. Дюжинами. И чертами отмечают сколько дюжин.

— А ты? — заинтересовался принц.

— А я счет аж до ста знаю. — выпалил Марик — И записать смогу.

— А ежели будет больше ста? — не отставал от парня Найк.

— Так там просто. — отмахнулся Марик — К ста прибавляем еще то, что нужно посчитать. Сто и двадцать, например. Или две по сто и десять. — ответил парень и гордо посмотрел на нас.

— А если нужно будет записать больше, чем сто по сто? — спросил коварный принц.

— Это где ж такое бывает? — выпучил глаза Марик.

— Тогда просто пишут «тьма». — пришел на помощь другу Натан.

— Однако… — покрутил головой Найк, переходя на язык Содружества — Просто раздолье для коррупции.

— Уверен, что мы с ней обязательно столкнемся. — отозвался я — Средневековое общество построено на поборах и взятках. На всех уровнях. У нас, например, чиновникам иногда даже зарплата не полагалась. Сумел пролезть в эту компанию законных грабителей — вот и кормись со своего чина, насколько совесть позволит. Причем, это считалось абсолютно нормальным и никакого негатива у окружающих не вызывало. Только зависть.

— Ну-ну… — прогудел принц — Пускай попробуют получить с меня взятку.

— Найк, давай, пока не разберемся что к чему, сильно выделяться не будем? — попросил я — Мы и так уже засветились по полной. — после чего обратился к Марику: — А насчет грамоты, это ты, брат, зря. Ты еще молод и не знаешь, что с тобой будет через пару-тройку лет. Или ты хочешь всю жизнь помощником зеленщика проработать?

— Ну… Нет, конечно. — засопел парень — А что со мой будет — я знаю. В городскую дружину пойду. Там грамотным быть не обязательно.

— Если простым дружинником — наверное, да. — признал я — Но плох тот дружинник, кто не хочет стать сотником. А вот там уже грамота будет нужна. И поверь мне, учится лучше смолоду. Пока у тебя еще голова хорошо соображает и свободное время есть. Потом навалится… Работа, жена, дети, пьянки с приятелями. Уже не до учебы будет.

— Во-во. — поддержал меня Натан — Я ему тоже самое постоянно говорю. Только отмахивается. Может вам удастся его вразумить? — в ответ Марик промолчал и дальше шел тихий и задумчивый.

— Ну, раз Марик пока не желает учится, может нас научишь? — предложил я эльфу.

— Не знаю… — с сомнением протянул Натан — Это сложно. И долго. Пергамент нужен, а он дорогой. Чернила. Перья.

— Мы что, историю вашего баронства записывать собираемся? — спросил я и передразнил: — «Пергамент, чернила». Песок обычный с палочкой подойдет. Нарисуешь буквы, скажешь, как называются, как звучат в слове. Пару слов для примера напишешь — дальше сами разберемся. А насчет сложно и долго — можешь не волноваться. Мы быстро учимся. А вон, кстати, и песок река намыла. Так что не будем откладывать. Заодно и пообедаем.

Река, в указанном мной месте, делала изгиб вправо, что позволило нанести на берег довольно широкий песчаный пляж. К сожалению, кроме песка, вода приносила сюда и всякий мусор. Стволы обломанных или подмытых деревьев, кустарник, тину. Хорошо, что трупов утопших людей и животных еще не было. Там вблизи от воды и так аромат стоял замечательный от гниющих растений. И вились полчища насекомых. Так что мы расположились поодаль.

Затея с обучением грамоте оказалась так себе. Местный алфавит не был похож ни на один, из известных мне. Правила написания слов были какие-то дикие и написанное слово, прочитанное мной по буквам, звучало совсем не так, как оно произносилось в разговорной речи. Казалось, местные Кирилл и Мефодий взяли из грамматики земных языков, включая древние, всё самое худшее и перенесли на эту планету. Может быть это произошло из-за смешения языков разных рас, оказавшихся тут? Не знаю. В итоге было принято решение не мучать эльфа, а просто получить доступ к книге, желательно потолще, и с помощью призраков составить словарь.

Спокойно пообедать нам тоже не дали. Как только достали припасы, которыми нас от души снабдил в Засечной благодарный Грин, как примчалась Нара со словами, что выше по течению в нашу сторону спускается лодка. На борту двое. Судя по одежде — крестьяне. Предупредив по нейросети Найка, продолжил жевать лепешку с сыром. Вскоре к обычным звукам природы добавился скрип уключин. Из-за поворота вырулила лодка. На мой дилетантский взгляд — самая обычная. Сделанная из досок. У нас на Земле полно таких. В лодке, как и говорила Нара, сидели двое. Простоволосые. Выгоревшие на местном солнце до белизны волосы забавно контрастировали с черными, подрезанными вкривь и вкось бородами. Одеты в серые рубахи без рукавов. На лицах и обнаженных руках — загар, который бывает у светлокожих жителей южных широт от постоянной работы под палящим солнцем. Завидев нас, мужики направили свой крейсер в нашу сторону. Пока тот, что выглядел помладше, вытаскивал лодку на берег, второй направился к нашей компании.

— Хлеб да сыр. — поздоровался подошедший, наверное, аналогично земному «хлеб да соль». Сейчас я смог его рассмотреть получше. На вид ему было лет сорок, хотя, может быть это из-за бороды. Помню я мужиков, которые в мальчиков превращались после бритья. Ростом будет не выше Марика, но более худой. Руки жилистые. Ладони широкие, в мозолях. То, что я сначала принял за рубаху, оказалось что-то типа пончо из грубой, домотканой ткани серого цвета, перевязанной простой веревочкой. Штаны такого же материала. На ногах, я даже не поверил сразу, знакомые мне по картинкам лапти и онучи. Одинаковые условия существования порождают одинаковые решения? Что-то не заметил я лаптей у жителей деревни, стоящей напротив Засечной. Мы с Натаном дружно уставились на парней, отдавая им лидерство в ведении переговоров. Ляпнем еще что-то не то и обидим человека.