Haus Lake – Into the Void (страница 12)

– Ты куда? – поинтересовался старик.

– Утро вечера мудренее, не так ли? Я сильно измоталась, так что пойду отосплюсь в кибитке.

– Да, но… – Эрден хотел что-то сказать, но почувствовал неловкость и отступил.

– Тёплые вещи у меня есть, так что не замерзну, не волнуйся. Хотя чего тебе волноваться за ведьму. Пока, сержант.

Он явно ощущал нотки враждебности и даже обиды, как бы странно это ни звучало, думая о Юзефине. Ведьма ушла, и Эрден закрыл за ней дверь. Теперь он вновь оказался один. Надо разжечь камин.

Изнутри кибитка была небольшой, но тесно в ней не было. Вечерняя прохлада в неё всё же проникала, так что пришлось всё-таки воспользоваться тёплым шерстяным пледом. Юзефина закрыла тканевым покрытием вход в кибитку, чтобы никто не смог её увидеть и она сама не обращала ни на кого своё внимание. В темноте она зажгла магический огонёк в своей руке и, укутавшись пледом, стала пристально смотреть на пламя. Огонь был не таким мощным, как когда она сражала утопца, он чуть мелькал, будто бы готов был погаснуть от одной только капли воды или дуновения ветра.

– Во что же ты ввязалась, дурочка, – говорила она сама себе шёпотом.

Огонёк погас. Юзефина устроилась поудобнее на тоненьком матрасе и, свернувшись в клубок, начала засыпать. Сил у неё и вправду было мало.

– Что за… – неожиданно она приподнялась – кто-то шуршал и касался кибитки снаружи.

Юзефина была начеку, и её руки были готовы в случае угрозы создать пламя. Чья-то рука медленно раздвигала покрытие, и когда ткань больше не закрывала вход, за ней показался Эрден.

– Извини, если ты уже спала.

– Чёрт возьми, зачем было так страху наводить?

– Это скорее я должен бояться, я-то огнём стрелять не умею.

– Чего ты пришёл, сержант?

– Я… В общем, какие бы у нас ни были отношения, но с моей стороны было бы очень невежливо оставить тебя ночевать в повозке.

Юзефина смотрела на него несерьёзно, будто бы чуя подвох или думая, что ей это снится.

– Я не буду заставлять, но если ты захочешь, то я приглашаю тебя ночевать в мой дом на время, пока мы решаем нашу проблему.

Ведьма всё так же смотрела на старика, а тот явно чувствовал дискомфорт. Она ухмыльнулась.

– Как постарел, в джентльмены заделался, я погляжу, – сказала она, не скрывая сарказма.

– Если бы я ещё знал, что это значит, – ответил он, сарказма не понимая.

Приглашение было принято, и вместе они пошли в дом. К тому времени Эрден уже развёл огонь в камине, и напротив него стояло два деревянных кресла.

– Ты мне отдаёшь свою спальню?

– Есть какие-то возражения?

– Хмм, вовсе нет.

Спальня Эрдена была скромна до невероятного: в небольшой комнате, помимо такой же небольшой кровати, находилась всего одна тумбочка, а на ней старый подсвечник, заляпанный застывшим воском. На его кровати, разумеется, было намного уютнее и теплее, чем на матрасе в кибитке, но вот к старческому запаху привыкнуть было нелегко.

Юзефина улеглась боком, но заснуть не могла. Мысли блуждали в её голове, не давая места для расслабления. Давно она не была в таком состоянии, да и вряд ли она смогла бы вспомнить, как ещё будучи юной девицей, разум грыз её перед сном, обдумывая всё, что происходило в её жизни, всё, что заставляло сожалеть, и всё, что пробуждало ненависть.

«Чистые одеяла… Должно быть, он их заменил».

Она прислонила одеяла к своему носу и вдохнула, сама не зная зачем.

«Бельё не новое уж точно… но, судя по всему, сам он с ним не спит никогда. Забавно. Специально для меня».

За спиной Юзефины было окно, в котором виднелась луна. Свету луны ничего не мешало падать на землю и проникать в окна домов, удивительно даже, как это днём льют сплошные дожди, а ночью ни облачка. Гостья Эрдена повернулась на другой бок, лицом к окну. Она смотрела на голубой полумесяц в небесах, и её мысли стали озвучивать такую фразу: «Годы идут, ты становишься другой, а луна всё остаётся такой же».

Глаза Эрдена уже начали медленно закрываться, устав от наблюдения огня в камине, как старика вернул в бодрость скрип, принадлежавший двери спальни. Он поднял голову и обернулся – к нему подходила тихими шагами Юзефина, обернувшая себя одеялом.

– Луна спать не даёт? – спросил он и вновь повернулся к камину.

– Нет, – ответила она и чуть замешкалась, – Я присяду?

Эрден кивнул, и получившая согласие Юзефина присела на рядом стоящее деревянное кресло. Согревшись у огня, она спустила с себя одеяло и оставила его висеть на спинке кресла. Эрден поглядывал на неё так, чтобы она не заметила: сейчас на ней не было той большой шляпы, ноги были босые, она была в одной рубашке и с завязанными в два хвоста волосами. В воздухе витало какое-то напряжение, от которого обоим было не по себе, но Эрден решил начать первым:

– Кхм. Знаешь, на самом деле мне очень давно хотелось тебе кое-что сказать, – Юзефина внимательно его слушала. – Я часто вспоминаю о войне и, став ещё старше, многие вещи для меня начали иметь иной характер, чем прежде. Я не могу признать, что твои действия на войне были правильными, но я начал понимать, почему ты действовала именно так. Честно говоря, своим поступком ты достойна звания героя намного больше, чем я или кто-либо другой.

Эрден смотрел на неё, в её пепельных глазах отражалось

пламя, словно то, которое было тридцать лет назад. Ведьма смотрела в одну точку в камине на протяжении долгого времени, пока, наконец, не подняла медленно свою голову и не закрыла глаза.

– Честно говоря, это приятно слышать, – произнесла она и снова, укутавшись одеялом, встала с кресла.

– Ты уже идёшь?

– Попытаюсь уснуть, – сказала она, стоя у двери в спальню.

– Хорошо, спокойной ночи. И… подожди минутку… – Юзефина встала, но не развернулась лицом к Эрдену. – Почему ты всё-таки решила помочь?

– Долги нужно возвращать, если бы я ничего не сделала, то нарушила бы свой принцип.

– Но разве дело только в одном лишь долге?

Юзефина повернулась к старику.

– А в чём ещё? – голос её был холоден. – Тебе тоже спокойной ночи, сержант.

Сказала она и вошла в спальню. Больше она оттуда не выходила до утра. А Эрден так и остался сидеть на том кресле, пока на нём же не повстречал Морфея.

* * ** * ** ****** ** * * * * * * * * ** ****** * * ** * *

Кашель не прекращался, и чем ближе было к дому Сандры, тем отчётливее он звучал. Юная девушка незамедлительно вошла в дом и, не снимая верхней одежды и обуви, метнулась к матери. Однако Елена уже спала.

– Боже, Сандра, – сказал чей-то голос шёпотом в темном помещении. Сандру это испугало, но ни единого звука она не издала. – Зачем так кидаться-то? Будто бы демон какой-то, ещё и в таком тёмном капюшоне. Елена недавно заснула, не стоит её будить.

Это была тётя Брид. Из всех подруг матери Сандры, она была ближе всех к ней, оттого и подругу она не могла оставить одну в таком состоянии, а особенно после смерти мужа, когда и ей самой был нужен кто-то.

– Тётя Брид, давно вы здесь?

– Нет, пришла примерно час назад.

– Вот оно как, – поняв, что мама в покое, Сандра принялась переодеваться. – Как мама?

– А ты не думаешь, что это я у тебя должна спрашивать?

Сандра не поняла её вопроса, но настрой её был недобрый.

– Где ты шляешься, пока твоей матери нужна помощь? Так поступает единственная дочь, когда её мать, недавно ставшая вдовой, и встать с кровати не может?

– Кем ставшая?! – повысила голос Сандра, до сих пор говорившая шёпотом.

В этот момент спящая Елена как-то странно простонала и повернулась. Конфликт был в самом разгаре, отчего было принято решение перенести его на улицу, дабы не разбудить Елену.

– Я требую, чтобы вы извинились, – потребовала Сандра, уже стоя на крыльце.

– У тебя нет права что-то требовать, милочка.

– Мой отец не мёртв, моя мать не вдова, – не стесняясь проявить агрессию, сказала Сандра.

– Жив он или нет, но его рядом нет! Тебя же называют самой умной в деревне, так неужели ты не можешь сообразить, что ты должна делать? Если пропадёшь ещё и ты, то Елена этого не выдержит.

– Я… чёрт… – её словно отчитали как маленького ребёнка, но что было для Сандры постыднее всего, так это то, что слова тёти Брид заставили её глаза намокнуть. Она отвернулась, чтобы не было видно её слёз.

– Прости меня, Сандра, но мы все должны сейчас держаться вместе, – тётя Брид вытерла нос рукавом, видимо, она тоже растрогалась до слёз. Ведь и она потеряла родного человека, только в её случае у него нет шанса вернуться.

«Оберегать маму или попытаться найти отца – неужели мне придётся выбирать?..»