Харуки Мураками – 1Q84. Книга 3. октябрь-декабрь (страница 64)

— И еще одно я хотела бы у вас спросить, — сказала Аомамэ.

— Спрашивайте.

— Если упомянутый житель дома — действительно Тэнго Кавана, то я хотела бы, чтобы с ним ничего не случилось. Если же все таки кому-то и придется боль испытать, то я вместо него с удовольствием соглашусь на такую роль.

Тамару снова на минутку замолчал. На этот раз не было слышно ничего, даже стука кончика шариковой ручки по столу. Он погрузился в размышления в мир молчания.

— Первые две ваши просьбы я могу выполнить, — сказал Тамару. — Потому что это относится к моим рабочим обязанностям. А вот о третьей просьбе я ничего не могу сказать. В нем замешано много личного, чего я не могу понять. Кроме того, по собственному опыту я знаю, что не так легко справиться с тремя задачами одновременно. Волей-неволей приходится ставить что-то на первое место.

— Неважно. Можете предпочесть что-то так, как считаете это нужным. Но запомните, что пока я живу, я непременно должна встретиться с Тэнго. Так как обязана кое-что ему сказать.

— Обязательно запомню, — пообещал Тамару. — Для этого в голове еще есть свободное место.

— Спасибо, — сказала Аомамэ.

— О нашем разговоре я должен доложить начальству. Это деликатная проблема. Решить ее по своему усмотрению не имею права. Пока разговор на этом закончим. Из дома больше не выходите. Сидите под замком. Если выйдете — будут неприятности. А возможно, они уже есть.

— Но зато я о преследователе смогла собрать несколько фактов.

— Ну, хорошо, — словно сдаваясь, произнес Тамару. — Из того, что я услышал, вы вроде бы не сделали никакой ошибки. Это я признаю. Но не теряйте бдительности. Нам еще точно неизвестно, что он задумал. Учитывая все обстоятельства, можно догадываться, что за его спиной стоит некая организация. Вы еще имеете тот предмет, что я передал вам раньше?

— Конечно.

— Пока что лучше держать его под рукой.

— Так и сделаю.

После короткой паузы разговор прервался.

Аомамэ погрузилась глубоко в белую ванну с горячей водой и, долго согреваясь, думала о Тэнго. То, что он, возможно, живет в квартире на третьем этаже старого дома. Вспомнила грубые железные двери и табличку с напечатанным именем Кавана. Интересно, как выглядит его квартира и как он в ней живет?

В воде она приложила обе руки к груди и медленно, несколько раз, их погладила. Соски стали как никогда ранее, твердыми и чувствительными. «Вот было бы хорошо, если бы эти руки принадлежали Тэнго», — подумала она. Аомамэ представила себе его широкие ладони. Какими сильными и нежными были бы они. Видимо, ее грудь под его ладонями нашла бы глубокое наслаждение и покой. Вскоре Аомамэ заметила, что ее груди немного увеличилась. «Нет, это не галлюцинация. Они разбухли и стали сверху мягкими. Может, потом, что она забеременела. Или просто, независимо от беременности, стали большими. Словно это первое звено моего преображения».

Аомамэ приложила руку к животу. Он еще недостаточно раздулся. Вот почему она не чувствовала тошноты. Но она знала, что внутри него скрывалось ее маленькое создание. «Возможно, — подумала она, — они отчаянно хотят не моей смерти, а этого маленького существа, из-за того, что я убила их лидера. — От такой мысли она задрожала. — Во что бы то ни было я должна встретиться с Тэнго, — снова твердо решила она. — Объединить свои силы с его, и защищать это маленькое создание как самую дорогую драгоценность. До сих пор в жизни я уже многое потеряла. И только в этом случае я никому ничего и никого не отдам».

Забравшись в постель, Аомамэ некоторое время почитала книгу. Однако дремота не приходила. Аомамэ закрыла книгу и сложила руки на животе, словно защищая его. Лежа щекой на подушке, думала о двух зимних Лунах в небе над парком. О мадзу и дооту. Свет двух планет, смешиваясь, заставлял колыхаться ветви безлистной дзельквы. Наверное, вот сейчас Тамару размышляет, как выбраться из этого положения. Его голова работает с большим напряжением. Аомамэ представила себе, как он, нахмурив брови, кончиком шариковой ручки стучит по столу. Затем, будто убаюканная этим однообразным непрерывным ритмом постукивания, она оказалась в мягких объятиях сна.

Глава 21. Тэнго Где-то в закоулке головы

Зазвонил телефон. Цифры будильника извещали 2:05. Была ночь нового дня — понедельника. Конечно, вокруг царила тьма. Тэнго спокойно и крепко спал. Без всяких сновидений.

Прежде всего, ему пришло в голову, что звонит Фукаэри. В такую неуместную пору делать это могла только она. «Или Комацу», — в следующее мгновение подумал он. Потому как отношения Комацу ко времени не укладывалось в здравый смысл. Но этот звонок, скорее всего, не принадлежал и ему. Вообще звучал настойчиво и по-деловому. Кроме того, несколько часов назад Тэнго встречался с Комацу и обо всем подробно поговорил.

Понятное дело, был выбор — пропустить мимо ушей этот звонок и дальше спать. В общем, Тэнго так и хотелось это сделать. Однако звонок, будто исключая любую другую возможность, ни на миг не унимался. Казалось, он будет бренчать до рассвета. Тэнго встал с постели и, натыкаясь на что-то, поднял трубку.

— Алло! — еле ворочая языком, сказал он. Казалось, будто вместо мозга голову заполнял замороженный салат. На свете есть люди, которые не знают, что салат не следует замораживать. Так как, если потом его размораживают, он теряет свой вкус. Хотя говорят, что, возможно, именно это — лучшее его качество. Приложив трубку к уху, Тэнго услышал шум ветра. Капризного ветра, пролетающего узкой долиной между гор, слегка шевеля шерсть тонконогих оленей, которые пьют прозрачную воду, наклонившись над потоком. Но это не был шум ветра. А чье-то дыхание, увеличенное аппаратурой.

— Алло! — повторил Тэнго.

Возможно, это кто-то балуется. Или, может, телефонная линия неисправна.

— Алло! — отозвался кто-то незнакомым женским голосом.

Не Фукаэри. И не замужняя подруга.

— Алло! — сказал Тэнго. — Тэнго слушает.

— Тэнго, — сказала собеседница.

Наконец разговор вроде бы завязался. Но с кем он говорит, Тэнго не догадывался.

— Кто вы?

— Куми Адати, — ответила женщина.

— А-а, это ты? — удивился Тэнго.

Это была молодая медсестра Куми Адати, которая жила в доме, из которого он слышал крик совы.

— Что случилось?

— Вы спали?

— Ага, — ответил Тэнго. — А ты?

Вопрос был бессмысленным. Конечно, сонный человек не может звонить по телефону. И чего это он задал такой глупый вопрос? Наверное, потому, что в его голове содержится замороженный салат.

— Я на работе, — сказала она. И откашлялась. — Послушайте, господин Кавана недавно умер.

— Господин Кавана умер, — ничего не понимая, повторил Тэнго. Неужели кто-то так может сообщать, что он, Тэнго, умер?

— Тэнго, вашего отца не стало, — уточнила медсестра.

Тэнго бессодержательно переложил трубку из правой руки в левую.

— Не стало, — повторил он.

— Я дремала в комнате отдыха, когда во втором часу раздался звонок вызова из палаты вашего отца. Я удивилась, потому что, будучи долгое время без сознания, он не мог позвонить, но сразу побежала. Прибежала, и он уже не дышал. И сердце перестало биться. Разбудила дежурного врача, который оказал неотложную помощь, однако она была бесполезной.

— Итак, ты хочешь сказать, что отец сам нажал на кнопку звонка?

— Возможно. Никто другой это сделать не мог.

— Какая причина смерти? — Спросил Тэнго.

— Я вам сама ничего не могу сказать. Но, кажется, он не страдал. Лицо было спокойное. Как бы это сказать … казалось, что в конце осени в безветренный день с дерева упал листок. Может, я плохо выразилась?

— Нет, совсем не плохо, — ответил Тэнго. — По-моему, хорошо.

— Сегодня сможете к нам приехать?

— Думаю, что смогу. — С понедельника должны были восстановиться лекции в подготовительной школе, но если умер отец, то уж как-то он обойдется без них. — Сяду на первый экспресс. И где-то к десяти прибуду.

— Была бы вам очень благодарна. Потому нужно уладить некоторые дела.

— Дела? — Спросил Тэнго. — Надо что-то конкретно приготовить?

— Вы — единственный человек из семьи господина Каваны?

— Пожалуй.

— Тогда возьмите с собой собственную печать. Может, пригодится. А удостоверение о правильности печати имеете?

— Думаю, что да.

— На всякий случай прихватите и его. Ничего другого, думаю, не потребуется. Ваш отец сам, кажется, все приготовил.

— Все приготовил?

— Ага. Когда еще был в полном сознании, он подробно распорядился о расходах на похороны, по одежде и месту захоронения. Был очень предусмотрительным человеком. Так сказать, практичным.

— Действительно таким он и был, — подтвердил Тэнго и потер пальцем висок.

— В семь утра кончится мое дежурство, и я пойду домой спать. Зато на работу придут медсестры Тамура и Омура и, думаю, все вам подробно объяснят. Тамура — медсестра средних лет в очках, Омура — медсестра, которая вставляла шариковую ручку в волосы.

— Спасибо за все, что вы сделали, — сказал Тэнго.

— Не за что, — ответила Куми Адати. А потом, будто вдруг что-то вспомнив, добавила: — Примите, пожалуйста, от меня искренние соболезнования.