Харуки Мураками – 1Q84. Книга 3. октябрь-декабрь (страница 55)

Тэнго оценивал слова, услышанные от Комацу.

— Отец Фукаэри был человеком, который слышит вещий голос. Иначе говоря, исполнял роль прорицателя. Однако вследствие того, что его дочь Фукаэри написала ставший бестселлером «Воздушный кокон», откровения перестали к нему приходить, и отец закончил жизнь естественной смертью.

— Или естественным образом покончил с жизнью, — сказал Комацу.

— И перед сектой встала важная задача — найти нового прорицателя. Ибо если вещий голос перестал к ним доноситься, их сообщество потеряло основание для своего существования. Поэтому они с нами уже не возились. Вот как вкратце все это можно подытожить.

— Возможно.

— В рассказе «Воздушный кокон» содержалась информация, которая для них имела первостепенное значение. Вследствие того, что она разошлась по миру в печатном виде, вещий голос умолк и источник ушел глубоко под землю. И вот что интересно… какую такую важную информацию раскрыла эта книга?

— В последние четыре дня моего заключения в одиночке я упорно об этом думал, — сказал Комацу. — «Воздушный кокон» — короткая повесть. В ней описан мир, в котором появляются и исчезают LittlePeople. Героиня, десятилетняя девочка, живет в изолированной общине. Тайно ночью появляются LittlePeople и плетут воздушный кокон. Внутри кокона содержится второе «я» девочки, и таким образом возникает связь между мадзою и доотою. В том мире есть две Луны. Большая и маленькая — возможно, как символ мадзы и дооты. Героиня повести — моделью для нее, наверное, стала сама Фукаэри — отказывается быть мадзою и бежит из общины. Доота же остается там. Что с ней потом случилось, в рассказе не написано.

Некоторое время Тэнго наблюдал, как тает лед в стакане.

— Прорицателю, видимо, нужно посредничество дооты, — сказал Тэнго. — Благодаря дооте он впервые смог услышать вещий голос. Или перевести его на земной язык. Чтобы придать правильный вида сообщению, которое посылает вещий голос, нужны две стороны. По словам Фукаэри, нужны реципиент и перципиент. Ради этого прежде всего нужно было соткать воздушный кокон. Только благодаря ему могла родиться доота. А для этого нужна правильная мадза.

— Вы в этот так убеждены?

Тэнго замотал головой.

— Не совсем. Просто я только что так подумал, когда слушал ваш краткий пересказ сюжета рассказа.

Тэнго не переставал думать о мадзе и дооте, и когда переписывал повесть и после того, но никак не мог понять все окончательно. И когда разговаривал с Комацу, мелкие части повествования постепенно связались воедино. Тем не менее сомнения оставались. Почему, скажем, на отцовской кровати в санатории появился воздушный кокон, в котором содержалась юная Аомамэ.

— Достаточно интересная система, — сказал Комацу. — Но разве не возникает проблема, когда мадза покидает дооту?

— Пожалуй, мадзу нельзя назвать совершенным существом без дооты. Хотя этого конкретно не видно, как в случае Фукаэри, но, вполне вероятно, ей в таком случае чего-то недостает. Возможно, она похожа на человека, потерявшего свою тень. Я не знаю, что произойдет с доотою без мадзы. Видимо, и она — тоже не совершенное существо. Ведь она, что ни говори, — лишь второе «я». Но в случае Фукаэри доота без мадзы, возможно, исполняла роль жрицы.

Некоторое время спустя Комацу скривил крепко сжатые губы. Потом открыл рот.

— Тэнго, может, ты считаешь, что все, что ты написал в «Воздушном коконе, происходило в действительности?

— Нет, не считаю. Лишь временно предполагаю. Продолжим наш разговор, опираясь на такое предположение.

— Хорошо, — согласился Комацу. — Другими словами, предположим, что второе «я» Фукаэри, даже находясь на расстоянии от нее, могло исполнять роль жрицы.

— И именно поэтому секта, зная местонахождение пропавшей Фукаэри, не делала попытки насильно ее возвратить. Так как в ее случае доота, даже без мадзы, могла выполнять свои обязанности. Возможно, между ними, даже разделенными большим расстоянием, существовала сильная связь.

— Да, пожалуй…

— Мне кажется, что, возможно, они имеют много доот. И LittlePeople при случае, наверное, плетут много воздушных коконов. Потому что одной перципиентки недостаточно. А может быть, количество доот, способных правильно функционировать, ограничено. Возможно, среди них есть сильные — главные и слабее — вспомогательные, которые функционируют вместе как определенный коллектив, — продолжал Тэнго.

— Вы хотите сказать, что доота, которую оставила Фукаэри, главная и правильно функционирует?

— Возможно и так, вероятность этого предположения высока. Во всей этой истории Фукаэри всегда занимает центральное положение. Как глаз тайфуна.

Комацу прищурился и сжал пальцы обеих рук на столе. Когда он хотел, он мог быстро и эффективно размышлять.

— Послушай, Тэнго! Я вот подумал, а у нас есть основания предполагать, что Фукаэри, которую мы видели, — в действительности доота, а в секте осталась мадза?

Слова Комацу ошеломили Тэнго. До сих пор он о таком не думал. Для него Фукаэри была реальной, а не ее копией. Но услышав предположение Комацу, он не исключил и такой возможности. «У меня не бывает месячных. И потому я не забеременею», — сказала Фукаэри в тот вечер после такого странного одностороннего полового акта. Если она — лишь ее второе «я», то, наверное, это естественно. Второе «я» не может себя воспроизвести. На такое способна только мадза. Однако Тэнго никак не мог проверить предположение, что, возможно, имел половой акт не с Фукаэри, а с ее вторым «я».

— Фукаэри — яркая личность с собственными нормами поведения. Вряд ли второе «я» этим владеет.

— Действительно, — согласился Комацу. — Ты прав. Прежде всего Фукаэри — личность с собственными нормами поведения. И я должен с этим согласиться. Однако в Фукаэри скрывалась какая-то тайна.

Тэнго чувствовал, что в этой красивой девушке запечатлен важный код, который он должен разгадать. Кто из них реальна Фукаэри, а кто — ее второе «я». А может, ошибочно говорить о таком разделении? И Фукаэри, по обстоятельствам, может выступать в любой форме?

— Все еще остается несколько непонятных вещей, — сказал Комацу и, расцепив пальцы обеих рук, посмотрел на них. Пальцы его, для мужчины средних лет, были длинными и тонкими. — Вещий голос перестал доноситься, источник высох, а прорицатель умер. Что произошло после того с доотою? Вряд ли она умерла, как вдова с мужем в Древней Индии.

— Когда реципиента не стало, обязанности перципиента кончились.

— Конечно, это так, если придерживаться вашего предположения… — сказал Комацу. — Неужели Фукаэри написала «Воздушный кокон, осознавая, какими будут последствия? Но Лысый сказал мне, что она нарочно этого не делала. То есть, по крайней мере, она не имела такого намерения. И как все это понимать?

— Бесспорно, истины мы не знаем, — сказал Тэнго. — Но я не думаю, что Фукаэри по какой-то причине намеренно довела отца до смерти. Может, отец, независимо от нее, в силу определенных обстоятельств выбрал смерть. Возможно, она противодействовала этому всем, что делала. А может, отец хотел освободиться от вещего голоса. Но все это лишь безосновательные предположения.

Сморщив нос, Комацу долго раздумывал. Затем, вздохнув, оглянулся вокруг.

— Какой удивительный мир. С каждым днем исчезает линия, разделяющая предположения и реальность. Тэнго, как ты, писатель, определяешь, что такое реальность?

— Реальный мир там, где течет красная кровь, если кольнуть иголкой, — ответил Тэнго.

— Значит, нет сомнения, что этот мир реален, — сказал Комацу и сильно потер ладонью внутреннюю сторону предплечья. Там проступили синие вены. На не очень здоровые вид кровеносные сосуды, что долгие годы страдали от алкоголя, табака, нерегулярной сексуальной жизни и интриг литературного мира. Комацу выпил остатки виски с содовой и потряс кусками льда в пустом стакане.

— Кстати, ты не мог бы развить дальше свое предположение? Оно становится все более интересным.

— Они ищут замену прорицателю. Вместе им предстоит найти новую дооту, которая бы правильно функционировала. Поэтому новому реципиенту нужен новый перципиентэ. — сказал Тэнго.

— Другими словами, нужно найти новую правильную мадзу. А если так, то придется еще раз делать воздушный кокон. Чрезвычайно грандиозная задача.

— Поэтому-то они принялись за нас так серьезно.

— Действительно.

— Однако это не означает, что в них нет какой-то цели, — сказал Тэнго. — Они, наверное, на что-то нацелились.

Комацу кивнул.

— И у меня такое впечатление. Поэтому-то они и хотели поскорее избавиться от нас. Чтобы мы не мешали. Кажется, мы сильно мозолили им глаза.

— Чем же?

Комацу пожал плечами. Дескать, и это ему это неизвестно.

— Интересно, что до сих пор передавал им вещий голос? И какая связь существует между этим голосом и LittlePeople?

Комацу бессильно покачал головой. На этот вопрос никто из них не имел ответа.

— Ты видел фильм «Космическая одиссея 2001 года»?

— Видел, — ответил Тэнго.

— Мы похожи на обезьян, что там фигурируют, — сказал Комацу. — Обросшие длинными черными волосами, они о чем-то бессодержательном визжат и ходят вокруг «монолита».

В бар зашли два новых посетители. Как постоянные завсегдатаи, они сели за стойку и заказали коктейли.

— Во всяком случае, ясно одно, — словно подытоживая разговор, сказал Комацу. — Твое предположение убедительное и по-своему логично. Разговаривать с тобой с глазу на глаз всегда приятно. Однако надо выбираться из этого страшного минного поля. В дальнейшем мы уже, думается, не встретимся ни с Фукаэри, ни с Эбисуно-сенсеем. «Воздушный кокон» — безобидное фантастическое произведение, в котором нет никакой конкретной информации. Нас уже не касается, что такое вещий голос и о чем его послания. Договоримся на этом остановиться, не так ли?