Харпер Вудс – Что таится за завесой (страница 59)

Его ноздри раздулись, когда он отстранился, а затем Кэлум потянулся ко мне, чтобы схватить обеими руками за ягодицы и сжать.

– Иди в воду, звезда моя, – произнес он хриплым от вожделения голосом, отступил на шаг и опустил руки на завязки на брюках.

Именно так я и поступила – шагнула в воду, сбежав от прохладного воздуха и окунувшись в тепло горячего источника. Я медленно опускалась в купель, позволяя теплой воде постепенно окутать меня. Опустив голову под воду и немного поплавав так, я вынырнула на поверхность.

Рядом со мной, окунувшись с головой, в источник погрузился Кэлум. Его светлые волосы намокли и потемнели. Он взял мыло, лежавшее на краю купели, и медленно подошел ко мне, намыливая его в руках.

– Похоже, у Сопротивления нет средства специально для волос, – проворчал Кэлум, касаясь намыленными руками моей макушки и методично проводя ими по моим волосам.

– Ничего, я к этому привыкла, – сказала я с легким смешком.

Когда вы бедны, у вас одно мыло на все случаи жизни. Только самые богатые могли позволить себе что-то еще.

– Ты заслуживаешь самого лучшего. Тебе необходим специальный шампунь для мытья волос и бальзам для их смягчения, – бормотал Кэлум, распределяя пену по моим волосам.

Его пальцы массировали мне кожу головы, и я покраснела, когда подумала, каким чучелом, должно быть, выглядела по сравнению с теми женщинами, с которыми он привык иметь дело.

Если они могли себе позволить постоянно пользоваться такой роскошью, как специальные средства для волос, то я им однозначно проигрывала вчистую.

Кэлум запрокинул мне голову назад, помогая тщательно смыть мыло с волос, а затем стал водить мылом по шее и плечам. Его прикосновения были медленными и ленивыми, он словно исследовал каждую линию, каждую отметину у меня на коже. Смывая грязь и пот с моего тела, он смотрел только туда, где меня касалась его рука с мылом.

Глядя, как смывается грязь и обнажается чистая кожа, девушка, которой я когда-то была, с каждым движением мыла раскрывалась все больше. К тому времени, когда Кэлум закончил с моими руками и перешел к грудям, я подумала, что могу взорваться. Тщательно отмыв их, он перешел к животу и в конце концов спустился к бедрам.

– Лучше я сама. – Я покраснела при мысли, что он будет касаться самой интимной моей части.

– Я только вчера входил в тебя пальцами, звезда моя. Неужели ты думаешь, что мне зазорно вымыть твою киску, если я хочу погрузиться внутрь языком? – спросил Кэлум, потирая свои намыленные пальцы передо мной.

Он раздвинул мне ноги шире, провел между ними рукой, тщательно промывая.

Я застонала. Жар внутри меня нарастал, когда он гладил меня между ног. Удовлетворившись результатом, Кэлум перешел к ногам, поднимая их по одной и методично омывая. К тому времени как он развернул меня и начал мыть спину, нерешительно касаясь каждого шрама пальцами, я уже не помнила себя от желания.

Кэлум наклонился и прижался губами к худшему из шрамов, целуя чувствительную кожу, которую, казалось, покалывало каждый раз, когда к ней кто-то прикасался. Поцелуй казался обещанием возмездия, повторением клятвы, которую он дал: что убьет того, кто причинил мне боль.

Коснувшись рукой моей ягодицы, он сжал ее так, что наверняка оставил синяки, и провел мылом между ягодицами. Я дернулась от этого прикосновения и развернулась к нему лицом, а он лишь ухмыльнулся.

– Думаю, нет. Не сейчас, – пожал он плечами, намыливая себе грудь, как будто никакие границы не имели для него значения. – Туда я тебя тоже однажды трахну, звезда моя.

Я побледнела.

Как такое вообще возможно?

Серьезное выражение его лица ответило на все мои вопросы, поэтому я просто покачала головой и взяла мыло, чтобы самой помыть там. Может, с обычным мужчиной такое и было бы физически возможно, хотя сомневаюсь, что это показалось бы мне приятным. Но с мужчиной, у которого член, казалось, свисает до самых колен?

Ну уж нет. Ни за что.

Я отмахнулась от смущения, шагнула к Кэлуму и поднесла мыло к его телу. Мне хотелось поближе познакомиться с ним. Другой возможности у нас может и не быть, ведь купели в пещерах всегда полны народа и все глаза будут устремлены на нас. Не стоит надеяться, что в обозримом будущем у меня появится еще один шанс погладить его тело руками, пока мы погружены в теплую воду.

Я провела мылом по мышцам его груди и посмотрела на то место, где пальцы прошлись по его золотистой коже. Взгляд Кэлума казался тяжелым, когда он смотрел на мое лицо, но что-то внутри заставляло меня не поднимать глаз в ответ. Я знала, что в тот момент, когда посмотрю на него, держа руки на его коже, мое исследование закончится.

Я провела мылом по плечам, перешла к спине. Почти все его тело покрывали шрамы, и это было странно для человека, близко знакомого с дорогими средствами ухода для женщин.

Слишком мало я знала о Кэлуме и жизни, которую он прожил, но заставить себя спросить не могла. Только не сейчас, когда вокруг нас парил воздух и моя ладонь скользила по его коже.

Когда я провела руками вниз по животу, его мышцы дернулись, и я наконец взглянула на него, омывая рельефные линии его пресса. Закончив с этим, я скользнула мылом ниже, к пространству между торсом и бедрами.

И еще ниже, в пах. Кэлум зашипел, когда я коснулась члена и принялась вести мыло вдоль него. Затем я обхватила член и второй рукой и нерешительно еще раз провела мылом – Кэлум стиснул зубы.

– Черт, – простонал он, когда я сжала пальцы.

Я мыла его, водя руками с мылом по члену, вверх и вниз. Когда я только взяла его в руки, он уже был твердым. От моих прикосновений он затвердел еще больше, превратившись в камень, не обещавший милосердия. Я знала, что он разорвет меня, когда протолкнется внутрь в первый раз.

– Хватит, – проворчал Кэлум, накрывая мою руку своей.

Направляя меня, он еще дважды провел моей рукой по члену, а потом забрал мыло и начал мыться сам.

Я смутилась, недоумевая, не сделала ли что-то не так или, может, перешла какую-то черту. Я не понимала, что произошло и как мне толковать ситуацию.

– Сядь на край, Эстрелла, – приказал Кэлум, заставив меня сглотнуть комок в горле.

Я подошла к краю купели.

– Я сделала что-то не так? – осмелилась спросить я, глядя на него, когда он снова обратил на меня свое внимание.

В его глазах полыхало что-то опасное, что-то животное поднималось на поверхность, пока он медленно приближался ко мне. Он положил мыло на край купели, схватил меня за талию и посадил на холодный камень.

Я вздрогнула, когда Кэлум раздвинул мне ноги, просунул между ними плечи и уставился в центр меня, как будто хотел поглотить меня.

– Ты сделала что-то не так? – спросил он, склонив голову набок и осторожно подтягивая мой зад к самому краю так, что мне показалось, я сейчас свалюсь в воду.

Своей огромной рукой Кэлум слегка толкнул меня в грудь, и я, откинувшись назад, оперлась на локти и уставилась на четкие линии его красивого лица.

– Если бы ты не остановилась, я бы зарылся в тебя по самые яйца, а ты бы кричала. Ты только взяла мой член в руки, а я едва не потерял контроль над собой, звезда моя.

– О, – тихо пробормотала я, наблюдая, как он обхватывает руками мои бедра.

Он широко раздвинул их, наклонив меня еще больше, так что я улеглась спиной на холодный камень.

– О-о, – передразнил Кэлум, как будто считал меня идиоткой, потому что я совершенно не осознавала, какое впечатление на него производила.

Он наклонился вперед и провел языком по промежности к клитору.

– О боги, – простонала я, выгибая спину от влажного жара его рта.

– Я стану твоим богом, детка. Навсегда. Навсегда, звезда моя, – пробормотал Кэлум, уткнувшись лицом в меня.

Он облизывал и гладил каждый миллиметр моей кожи, погружая свой язык внутрь меня, трахая меня им. Когда он проник внутрь меня пальцем, в то же время играя языком с клитором, я подумала, что взорвусь.

Никто и никогда не прикасался ко мне так; никто и никогда не заставлял меня чувствовать себя таким образом.

– Кэлум, – выдохнула я.

– А что случилось с богом? – поддразнил он, прикусывая мне клитор и вводя в меня второй палец.

– Я хочу тебя, хочу чувствовать тебя внутри, – простонала я, просунув руку между ног, чтобы схватить его за волосы.

Я притянула его голову ближе, а затем оттолкнула, направляя его губы туда, куда мне хотелось, поскольку желала еще и еще.

– Тогда кончай, чтобы я мог как следует трахнуть тебя, – прорычав это, он продолжил посасывать клитор и потянулся рукой, чтобы ущипнуть меня за сосок.

И я кончила, сжав несколько раз его пальцы и забыв при этом, как меня зовут.

Я все еще плыла в тумане блаженства, когда он стащил меня с бортика купели, и тепло воды тут же обхватило мою кожу, которая, казалось, замерзала и горела одновременно. Кэлум перешел на мелководье и прижал меня к краю купели. Затем поднял мои ноги к себе на талию, и моя вульва оказалась над водой, на прохладном воздухе.

Его член прижался к входу во влагалище, вырвав меня из тумана, и я пришла в чувство, когда он медленно начал входить в меня. Влагалище сжималось вокруг него, протестуя против вторжения слишком большого, казавшегося просто невероятным члена.

Кэлум отвел бедра назад, а я пригнулась к нему и уткнулась лицом в его шею. Я опасалась, что он разорвет меня надвое. Он двигался медленными, неглубокими толчками, постепенно открывая путь в мое тело.