Харпер Вудс – Что охотится в тени (страница 38)

Он немного помучил меня, лаская языком маленький пучок нервов и все время сохраняя зрительный контакт.

– Но, боюсь, тебе сегодня не уснуть, мин астерен.

Он обвил мне ноги руками, крепко прижав ладонь к низу живота, используя эту хватку, чтобы удержать меня неподвижно. Мягкими мучительными движениями языка он ласкал мне клитор, не сводя с меня глаз. И как раз тогда, когда я подумала, что он уже почти довел меня до оргазма, он опустился ниже и скользнул своим языком внутрь меня с легким давлением. Я застонала, запустив руку ему в волосы и пытаясь вернуть его куда хотела.

Он засмеялся, и смех прокатился по моему телу, посылая импульсы наслаждения, от которых у меня дергались ноги.

– Какая жадная малышка, – сказал он, оставляя нежные поцелуи на моей плоти.

Он не оставил неисследованным ни одного уголка моей киски, заново знакомясь с ней, как будто его разлучили с ней на годы, а не на несколько дней.

Мука, казалось, длилась вечность, разжигая жар внутри меня до крещендо, а затем охлаждая его, как раз тогда, когда я думала, что сорвусь в небесную бездну.

– Кэлум! – умоляла я, сжимая его волосы, притягивая его голову назад. – Либо дай мне кончить, либо уйди с дороги, чтобы я могла сделать это сама, – приказала я, и темнота, с которой я танцевала накануне ночью, снова просочилась в мой голос.

Взгляд Калдриса почернел, губы скривились в жестокой улыбке, когда он увидел, как я балансирую между двумя версиями себя. Получив доступ ко мне и моему разуму, он знал, что мы не были разделены, как он изначально полагал.

Я ее не знала. Даже не поняла, откуда она взялась. Что я точно знала, так это то, что монстр, который танцевал под моей кожей, был мной, но только без каких-либо запретов и ограничений. Без тормозов. Она была мной, но ничего не боялась, зная, что достаточно ужасна, чтобы уничтожить любого, кто захочет заставить ее столкнуться с последствиями ее безрассудного поведения.

– Если ты собираешься поиграть сама с собой, возможно, пока ты это делаешь, мне следует трахнуть тебя в твой хорошенький ротик, – размышлял Калдрис, наклоняясь вперед, чтобы еще раз провести языком по моей плоти.

– Сделай так, чтобы я кончила, и ты можешь трахать все что хочешь, – сказала я, прижимая его лицо к своей киске. Он улыбался мне, облизывал языком клитор, посасывая его, мучил меня, доводя до грани безумия.

– Прежде чем я позволю тебе поиграть с моим членом, детка, я хочу кое-что услышать, – сказал он, надавливая большим пальцем на клитор, пока трахал меня языком.

– Что?

– Скажи, что любишь меня, – сказал он, приподнимаясь у меня между ног.

Он потерся лицом о мой живот, распространяя мое собственное возбуждение по коже, склоняясь надо мной. Его член торчал между нами, так близко, что я могла протянуть руку и взять его. Так я и сделала, провела большим пальцем по головке, где сконцентрировалось его собственное возбуждение, и размазала его по коже.

Я водила рукой вверх и вниз по члену, чтобы смазать его выделившейся смазкой.

– Ну это не очень красиво. Я думала, ты пытаешься доказать мне, что ты не монстр, – сказала я.

Убрав руку от члена, я поднесла ее ко рту и облизала большой палец, наблюдая, как сузились у него глаза от этого движения.

Еще день назад я была бы в ужасе от своих действий. Была бы потрясена такой требовательностью и чувственностью. Предпочитая, чтобы во время наших сексуальных контактов инициативу на себя брал Кэлум.

Но сейчас во мне пробудилось что-то новое, и я стала такой распутницей, какой никогда не была прежде.

– Черт, – простонал он, скользя бедрами вперед, пока не коснулся меня.

Он тряхнул головой, будто вырываясь из транса, и продолжил гладить и ласкать меня пальцами.

– А потому что я нехороший мужчина.

Его пальцы заполняли пространство, которое он создал ртом, погружались внутрь меня, медленно двигаясь, в то время как его большой палец продолжил штурм, начатый его ртом.

– Я – твой монстр, звезда моя. Теперь скажи мне то, что я хочу услышать. Я хочу услышать, как ты произнесешь мысль, которая крутится в твоей прекрасной извращенной маленькой душе.

Он соединил пальцы, поглаживая точку внутри меня, и я вдруг увидела звезды, когда мои глаза закрылись.

– Давай, скажи мне правду, – приказал он.

– Я люблю тебя, – выдохнула я, слова вырвались сдавленно.

Я ненавидела правду, которая в них заключалась, ненавидела само осознание, что он знает, как они далеки от лжи.

Он грабил мой рот своим, и, когда Калдрис сильнее надавил большим пальцем на клитор, меня омыло волной собственного вкуса. Его пальцы покинули туннель у меня в теле, оставив после себя неожиданную пустоту, которую он заполнил головкой своего члена.

Он толкнулся вперед, внезапно объединив нас, проникая в дрожащую влажную плоть, ожидающую его. Его стон совпал с моим, вибрируя между нами, когда я посмотрела вниз, туда, где соединялись наши тела – где мы соединялись. Наблюдая, как он исчезает внутри меня, постепенно продвигаясь вперед, пока не заполнит меня полностью.

Он взял меня за руку и поднес туда, где поглаживал меня большим пальцем, заменив его моими собственными пальцами с темными кончиками. А потом схватил меня за бедра и приподнял их вверх, оторвав от кровати мои ягодицы.

– Хочешь посмотреть, как я трахаю тебя? Вот так. Хочешь? – спросил он, ритмично двигая бедрами, когда входил и выходил из меня.

Он резко двинулся вперед, быстро заполняя всю меня, пока я смотрела, как его плоть исчезает внутри, а затем медленно появляется вновь.

– Давай, двигайся мне навстречу, мин астерен.

Я ласкала себе клитор, приближаясь к пику оргазма, когда он жестко притянул меня к себе. Мое тело, заряженное, казалось, бесконечным томлением, подчинилось команде. Он так умело возбуждал меня, осторожно надавливая на заветную точку внутри, четко контролируя свои движения.

Я кончила, и мои пальцы оторвались от тела, пока он продолжал двигаться во мне во время моего оргазма. Его толчки стали жестче, и тело стало добирать то, что нужно ему, вслед за моим экстазом и моим признанием в любви.

Калдрис опустил меня на кровать, уложив мои ягодицы на простыни, и накрыл меня своим телом. Его рот поглотил мой, пожирая его и объединяя нас еще в одном месте, когда я обвила ногами его талию, поднимая бедра в такт его движениям, навстречу его толчкам.

– Черт, – простонал он, когда я провела ему по спине ногтями.

Я приподнялась и слегка потянулась, чтобы ухватить его руками за ягодицы и втянуть в себя сильнее, глубже. Ему это понравилось, и он продолжил двигаться, добиваясь наслаждения, собственного экстаза, погружая меня в сексуальное небытие.

Когда кончил, он заполнил меня собой до краев, и его рваный стон эхом разнесся у меня по телу, поразив нашей связью. И когда его наслаждение накрыло меня с головой, я почувствовала, как второй оргазм накрывает меня новой волной. Затихнув, я лежала под ним, пытаясь отдышаться, прежде чем открыть глаза.

В тот момент, когда его взгляд встретился с моим, я поняла, что он имел в виду под каждым словом, когда говорил, что не даст мне спать этой ночью. Он отстранился и еще раз толкнулся вперед, скользя по моей нежной плоти, пока я не застонала.

Затем он перевернул нас, оставаясь внутри меня, пока его член смягчался. Потом встал, взял меня на руки, подошел к ванне, вода в которой уже остыла. Он шагнул в нее, уселся и посадил меня к себе на колени, так что я снова села на его член.

Меня тут же снова захлестнуло желание прокатиться на нем, и я задвигала бедрами, делая пробные перекаты. Он застонал, но улыбнулся мне, опустил руки мне на бока, направляя мои неуверенные движения.

– Я хочу лакомиться твоей киской и трахать тебя, пока не погаснут звезды на небе, пока не взойдет солнце и не наступит новый день.

Он провел большим пальцем по моим губам, и в его голосе зазвучали дразнящие нотки, когда он продолжил:

– И мне кажется, ты должна подарить мне рай, что ждет меня у тебя во рту, мин астерен.

Черт.

15

В дверь постучали, я распахнула ее и увидела свежее лицо одной из деревенских женщин. Она держала в руках большую чашу с кристально чистой водой и снисходительно мне улыбалась.

– Я подумала, что вам может понадобиться чистая вода, чтобы освежиться этим утром, госпожа, – сказала она, заглядывая мне через плечо.

Простыни на кровати были смяты, потому что я только что выпуталась из них, едва успев надеть тунику Калдриса через голову.

– Я не госпожа, – сказала я, одарив ее неловкой улыбкой.

Навряд ли она видела такие когда-нибудь. Я отступила в сторону, содрогаясь при мысли о том, какой беспорядок, должно быть, у меня на голове вместо прически, когда она поставила чашу на свободное место на столе.

– Простите, – вдруг сказала она, прикрывая рот рукой. – Так глупо с моей стороны. Я не знаю, как обращаться к половинке бога Мертвых. Это значит, вы – богиня?

У нее на лице отразился такой ужас, что я изумленно фыркнула.

– Я просто женщина. Сборщица урожая, если честно, – призналась я, не обращая внимания на странное покалывание, вызвавшее у меня неприятное чувство и заставившее меня покраснеть. Неужели у меня будет… титул?

О, черт возьми.

В дверном проеме с задней стороны, где вокруг каждого дома тянулась деревянная дорожка, появился Калдрис. Рубашки на нем не было, а штаны были приспущены и болтались на бедрах. Я была абсолютно уверена, что волосы у меня на голове спутаны, учитывая нашу активность в течение последних бесчисленных часов. Странно, но его волосы лежали на плечах идеальными волнами. Короны на макушке не было. Он отбросил ее в сторону в какой-то момент после того, как мы оказались в хижине.