Харлан Кобен – Всего один взгляд. Невиновный (страница 159)

А потому, когда его сослуживцы начали поговаривать о том, что надо что-то делать, когда жена Лэнса Венди, ходившая в школу с младшей сестрой Мэтта Хантера и до сих пор называвшая ее «королевой всех сучек», вдруг начала возмущаться, что к ним в район собирается переехать бывший заключенный, когда один из членов муниципального совета вдруг озвучил главную причину озабоченности горожан — «Ты соображаешь, Лэнс, что станет с ценами на недвижимость, если он сюда переедет?» — пришло время действовать.

И вот теперь он не был уверен, что поступил правильно.

Вспомнился вчерашний разговор с Лорен Мьюз. Она расспрашивала его, каким в детстве был Мэтт Хантер. Не заметил ли он ранних признаков психических отклонений? Ответ — твердое «нет». Хантер был мягким, чувствительным мальчиком. Лэнс помнил, как он плакал, потеряв мяч, во время матча Малой лиги. Отец утешал его, а Лэнс лишь дивился тому, что в их возрасте можно оставаться «таким ребенком». Однако — и это противоречило выводам Лорен о ранних тревожных симптомах — человек имеет свойство меняться, и очень сильно. Далеко не все определяется в возрасте пяти лет, или как там сказала Лорен.

И главная штука в том, что эти перемены всегда, всегда к худшему.

Допустим, ты выявил молодого психопата. Он уже никогда не изменится, не станет хорошим специалистом ни в чем. Никогда. Но найдется немало парней, приятных и милых ребят, воспитанных на истинных ценностях, умных ребят, которые уважают закон и дружат с соседями, тихих молодых людей, ненавидящих насилие, честных, правильных… и ты вдруг узнаешь, что эти славные ребята способны совершать самые жуткие поступки.

Кто знает почему? В случае с Хантером это могло объясняться простым невезением. Но опять же следует подумать, почему не повезло именно Хантеру. Когда возникает подобная ситуация, получается, что воспитание, генетика, твой жизненный опыт, условия — все это чушь собачья. Да, Мэтт Хантер оказался не в том месте и не в то время. Но это теперь уже не важно. Достаточно заглянуть ему в глаза. И ты увидишь в них, а также в его походке, в ранней седине, в его манере моргать и сдержанно улыбаться всю его суть.

Существуют люди, за которыми зло будто ходит по пятам. Цепляется за них и никогда не отпускает.

И тебе не хочется, чтобы такие люди окружали тебя.

Лэнс постучал в дверь дома Марши Хантер. Двое молодых полицейских встали по бокам и чуть сзади. Начало светать. Они прислушались.

Ничего — из дома не доносилось ни звука.

Лэнс заметил звонок. Он знал, что у Марши Хантер двое малолетних ребятишек. Если Мэтта в доме нет, получится, что он их разбудит. Делать этого не хотелось, но и иного выхода не было. Он нажал на кнопку. Внутри раздался переливчатый звон.

По-прежнему ничего.

Тогда Лэнс, без особой, впрочем, надежды, подергал ручку двери. Она была заперта.

Коп, стоявший справа, начал переминаться с ноги на ногу.

— Будем выбивать?

— Пока не надо. Мы даже не знаем, там он или нет.

Лэнс снова нажал кнопку звонка и держал палец долго, не отнимая.

— Детектив? — произнес второй полицейский.

— Дадим им еще несколько секунд, — сказал Лэнс.

И тут, как по команде, в холле вспыхнул свет. Лэнс пытался рассмотреть, что там происходит, но толстые, под горный хрусталь, стекла не давали такой возможности. Он прижался к стеклу лицом, за ним двигались лишь какие-то неясные тени.

— Кто там?

Женский голос, немного неуверенный, что понятно в подобных обстоятельствах.

— Детектив Лэнс Баннер, полиция Ливингстона. Откройте, пожалуйста.

— Кто?

— Детектив Лэнс Баннер из полиции Ливингстона. Будьте добры, откройте дверь.

— Минуту.

Они ждали. Лэнс продолжал всматриваться в ребристое стекло. Он различил фигуру, спускавшуюся в холл по лестнице. Наверное, Марша Хантер. Походка тоже неуверенная. Лэнс услышал, как брякнула задвижка, затем звон цепочки, и вот дверь отворилась.

Марша Хантер была в халате, туго стянутом поясом в талии. Старый махровый халат. Слишком просторный для нее, наверное, принадлежал мужчине. Наверное, ее покойному мужу, подумал Лэнс Баннер. Волосы встрепаны после сна. Макияжа, разумеется, нет. И Лэнс, всегда считавший Маршу привлекательной женщиной, решил, что немного румян и помады ей бы не помешало.

Она взглянула на Лэнса, на двух молодых полицейских, потом снова на Лэнса.

— Что вам здесь нужно в такой час?

— Мы разыскиваем Мэтта Хантера.

Ее глаза сузились.

— А я вас знаю.

Лэнс промолчал.

— В прошлом году вы тренировали моего сына в футбольной команде. У вас тоже мальчик, в возрасте Пола, верно?

— Да, мэм.

— Не «мэм», — резко заметила она. — Я Марша Хантер.

— Да, я знаю.

— Мы с вами соседи, черт возьми. — Марша покосилась на двух парней в форме, перевела взгляд на Лэнса. — И вам прекрасно известно, что я живу с двумя маленькими детьми. Так какое право вы имеете будить нас, врываться в дом, точно бойцы спецназа?

— Нам необходимо переговорить с Мэттом Хантером. Срочно.

— Мам?

Лэнс сразу узнал мальчика, спускавшегося по ступеням. Марша укоризненно посмотрела на Лэнса и обратилась к сыну:

— Ступай в постель, Итон.

— Но, мам…

— Сейчас приду, подожди минутку. Иди в спальню. — Она повернулась к Лэнсу. — Честно сказать, не ожидала, что вы не знаете.

— Чего не знаю?

— Мэтт здесь не живет. Он проживает в Ирвингтоне.

— Но его машина у вас перед домом.

— И что?

— Значит, он здесь?

На лестнице появилась еще одна женщина:

— Что происходит?

— Вы кто? — спросил Лэнс.

— Оливия Хантер.

— Оливия Хантер. То есть миссис Хантер?

— Простите, не поняла.

— Он просто пришел спросить, почему ваша машина стоит у нас во дворе, — пояснила Марша Оливии.

— В такой час? — удивилась та. — Но зачем вам это?

— Они разыскивают Мэтта.

— Вы знаете, где ваш муж, миссис Хантер? — проговорил Лэнс.

Оливия начала спускаться по лестнице. Походка у нее, как показалось Лэнсу, была какая-то нерешительная. Может, она чего-нибудь боится? Или дело в одежде? В отличие от Марши, она была одета. Самая обычная одежда. Джинсы, свитер. Никаких ночных рубашек, халата или пижамы. В такой час…

Это было странно.

Лэнс взглянул на Маршу Хантер и все понял по ее лицу. Черт, как же он сразу не догадался? Им так долго не открывали, потом зажгли свет, затем это медленное схождение по лестнице, разговоры… Они нарочно тянули время.

— Посмотрите за домом. Поторопитесь! — бросил Лэнс помощникам.

— Подождите! — нарочито громко воскликнула Оливия. — Что вашим людям делать на заднем дворе?