Харлан Кобен – Шесть лет (страница 20)

— А ты уверен, что её зовут Натали Эйвери?

— В таких вещах сложно ошибиться. Хватит вопросов. Что ты нашла, Шанта?

— Ничего.

— Ничего?

Вернулась официантка с широкой улыбкой и холодным чаем.

— Свежая сдоба Джуди.

Её голос был наполнен радостью молодости. Сдобный аромат поднял меня из-за стола и вернул во времена моего последнего визита сюда, ага, шесть лет назад.

— У вас есть вопросы по меню? — спросила весёлая официантка.

Я не мог ответить.

— Джейк? — сказала Шанта.

Я сглотнул.

— Нет.

Шанта заказала сандвич с шампиньонами гриль. Я взял индейку с салатом, беконом, помидорами и ржаным хлебом. Когда официантка ушла, я перегнулся через стол.

— Что это значит, ты ничего не нашла?

— Какая часть «ничего» смущает тебя, Джейк? Я не нашла ничего по твоему вопросу, абсолютно ничего, фиг с маслом. Ни адреса, ни налоговых деклараций, ни счёта в банке, ни выписок по кредитной карте. Полный ноль, ничегошеньки. Вообще, нет свидетельств, что твоя Натали Эйвери существует. Тебе нужно попытаться принять это.

Шанта положила руки на стол.

— Ты хоть представляешь, насколько сложно жить, не оставляя след?

— Честно, нет.

— В наше время компьютерных технологий? Это почти невозможно.

— Может быть, этому есть какое-то разумное объяснение.

— Например?

— Может быть, она переехала за границу.

— Но нет записей, что она уехала. Не был выдан паспорт. Нет отметок о въезде или выезде. Как я уже говорила…

— Ничего, — закончил я за неё.

Шанта кивнула.

— Она человек, Шанта. И она существует.

— Ну, она существовала. Шесть лет назад. К этому времени относятся последние данные о её адресе. У неё есть сестра, которую зовут Джули Поттам. Её мать, Сильвия Эйвери, в доме престарелых. Ты знаешь об этом?

— Да.

— За кого она вышла замуж?

Отвечать ли мне на этот вопрос? Я не увидел ничего в этом страшного.

— За Тодда Сандерсона.

Она записала имя.

— И почему ты теперь хочешь её увидеть?

Ты обещал.

— Это не важно. Мне следовало просто забыть об этом.

— Ты серьёзно?

— Серьёзно. Это был каприз. В смысле, был шесть лет назад. Она вышла замуж за другого мужчину и взяла с меня обещание оставить её в покое. Так на что я надеялся?

— Но это-то мне и интересно, Джейк.

— Что?

— Ты сдерживал обещание шесть лет. Почему неожиданно ты его нарушил?

Я не хотел отвечать, но что-то начало беспокоить меня.

— Почему тебе это так интересно?

Она не ответила.

— Я попросил тебя найти человека. Ты бы просто могла сказать, что ничего не нашла. Так зачем ты задаёшь мне столько вопросов о ней?

Казалось, что я застал Шанту врасплох.

— Я просто пытаюсь помочь.

— Ты не говоришь мне ничего.

— Так же, как и ты. Почему сейчас, Джейк? Почему ты начал искать свою старую любовь именно сейчас?

Я смотрел на сдобу и думал о том дне в этом ресторане шесть лет назад, о том, как Натали отрывала маленькие кусочки от сдобы, о том, как она сосредоточено намазывала их маслом, и о том, как она наслаждалась всем этим процессом. Когда мы были вместе, любая мелочь имела значение. Каждое прикосновение доставляло удовольствие.

Ты обещал.

Даже теперь, после всего, что случилось, я не мог предать её. Глупо? Да. Наивно? О, вроде того. Но я не мог этого сделать.

— Поговори со мной, Джейк.

Я покачал головой.

— Нет.

— Почему, чёрт возьми, нет?

— Кто заказывал индейку с салатом, беконом и помидорами?

Это была другая официантка, на этот раз менее весёлая и более измотанная. Я поднял руку.

— И сандвич с шампиньонами гриль?

— Заверните с собой, — сказала Шанта, поднимаясь. — Я потеряла аппетит.

Глава 13

Первый раз, когда я встретил Натали, мы были в помещении, и на ней были солнечные очки. Что ещё больше усугубляло ситуацию, это была ночь.

Я закатил глаза, предположив, что она надела их, чтобы произвести эффект. Я подумал, что она воображала себя художницей с большой буквы. Жители усадьбы писателей и усадьбы художников собирались вместе и делились друг с другом своими работами. Я присутствовал на этом мероприятии впервые, но вскоре узнал, что такие собрания проводились еженедельно. Картины были расставлены в задней части сарая Дарли Уонатика, и установлены стулья для чтения.

Женщина в солнечных очках, её я ещё ни разу не видел, сидела в последнем ряду, сложив руки. Человек с бородой и тёмными кучерявыми волосами сидел рядом с ней. Мне стало интересно, они вместе или нет. Помните хвастуна по имени Ларс, который писал от лица собаки Гитлера? Он начал читать. Он читал очень долго. Я уже начал ёрзать. Женщина же в солнечных очках сидела по-прежнему неподвижно.

Когда я уже не мог больше слушать, грубо это или нет, я побрёл к задней части сарая, и принялся рассматривать произведения искусства, выставленные там. Большую часть из них, мягко говоря, я бы не хотел бы иметь у себя. Там была инсталляция, которая называлась «Завтрак в Америке», и представляла она собой коробки сухого завтрака и их содержимое, высыпанное на кухонный стол. Именно так. Там были коробки Cap'n Crunch, Cap'n Crunch с арахисовым маслом (один человек даже пробормотал: «Заметьте, здесь нет Cap'n Crunch с хрустящими ягодами. Почему? Что этим хотел сказать автор?»), Lucky Charms, Cocoa Puffs, Sugar Smacks, и даже мои давно любимые Quisp. Я посмотрел на засыпанные хлопьями стол. И хотя они мне не нравились, мой желудок слегка заурчал. Когда кто-кто спросил:

— Что вы думаете об этой инсталляции?