Харитон Мамбурин – Учитель (страница 21)
Так, в принципе, и вышло, за исключением слегка неловкого момента, когда на мою побудку Мана и Эна вышли из разных комнат, одновременно. Во всяком случае, обошлось всё без визгов, писков и истерик, чем я и был доволен. Хотя, надо признаться, спать в одной кровати с человеком противоположного пола, причем, одаренным физически на уровне нормальной человеческой особи, а не хрупкого и мелкого островитянина… это был забавный опыт. Даже слегка волнующий.
Судя по квадратным глазам спотыкающейся Шираиши, осаждаемой на пробежке Эной, а также лукавым донельзя взглядам матери, волнующим он оказался не только для меня.
А вот дальше утро стало куда невеселым.
- Кирью Акира-сан? – ко мне обратились, как только я вышел из дома.
Обратился… робот.
…киборг?
Во всяком случае, стоящий передо мной субъект имел человеческую голову. Худое, со следами хронического недосыпа, лицо демонстрировало нездоровую желтизну и зловещие черные мешки под глазами, но не бросалось в глаза, в отличие от тела. То было совершенно непропорциональным по отношению к голове, с тяжелыми толстыми конечностями, которые больше подошли бы горилле, как и массивное бочкообразное «тело», скрытое под плащом очень большого размера. В целом, я определил этого мужчину как робота, потому что знал его.
Вся Япония знала.
- Да, - кивнул я, останавливаясь, - А вы – Ивао Хаттори, не так ли?
- Все верно, - кивнул Спящий Лис, известный также как «человек-протез», делая тяжелый шаг вперед, - Я могу задать вам несколько вопросов? По дороге в школу, разумеется?
Экономика беспощадна. Большинство паралитиков не могут себе позволить полноценный экзокостюм, да правительство вовсе не спешит радовать ими кого-то, кроме военных, поэтому даже самый известный детектив страны, раскрывший десятки громких и вонючих дел, обходится сляпанным на коленке эрзацем. Под плащом у Хаттори была целая система протезов, позволяющая этому полупаралитику двигаться. Начинал он, кстати, шестнадцатилетним парнем, которого в коляске возила влюбленная в него девушка… если верить газетам. Поводов делать это у меня всегда было маловато.
- Может, мы постоим, пока вы будете их задавать? – сделал я предложение.
- Приятно, что ты проявляешь учтивость, но не стоит, - скупо и бледно усмехнулся детектив, - Прогулка для меня – редкое наслаждение. Как и свежий воздух.
Пару минут мы медленно шагали рядом в относительной тишине. Относительной – это потому, что система механизмов, позволяющая Спящему Лису ходить, была совсем не бесшумной. Шипела гидравлика, щелкал металл, скрипели прокладки, да и сам человек, прилагающий определенные усилия на каждый шаг, дышал прерывисто и шумно. Наконец, видимо, приноровившись к ходьбе, самый знаменитый детектив страны задал мне самый обыкновенный вопрос.
- Не догадываешься, почему я здесь, Кирью-кун?
- У меня есть только одна версия, - равнодушно ответил я, - И она маловероятна.
- Какая же? – спустя пару шагов спросил инвалид.
- Маловероятная, - повторил я, - Сомневаюсь, что ваши протезы позволят вам принять позу догэдза, а значит, вы явились не для того, чтобы просить прощения от имени правительства… за ту резню, в которую ввергли меня и додзё моего деда.
- А, вот ты про что, - шипящий, скрипящий и привлекающий своими формами взгляды прохожих, Хаттори почти весело хмыкнул, - Нет, встать на колени у меня не выйдет, да и не собираюсь. Я к тебе, Кирью-кун, пришёл по поводу твоего покойного друга, Каваси Дайсуке.
- Спрашивайте, - кивнул я, продолжая шагать.
- Ты знаешь, почему он покончил с собой?
- Знаю. Соседка, в которую он был влюблен, притащила домой аж троих мужиков и занялась с ними групповым сексом. Это разбило Дайсуке сердце… добило его. Поэтому он обдолбался и сделал то, что сделал.
- Какие подробности. Он отправил тебе прощальное письмо?
- Да.
- А почему об этом нет записей в деле?
- Потому что я не понес его в полицию, Хаттори-сан.
- Оно у тебя осталось?
- Нет, удалил.
- Как… нехорошо ты поступил, Кирью-кун.
- Я невероятно виноват. Смиренно прошу прощения, - пробубнил я максимально равнодушным тоном, - Хотите, в догэдза встану?
Шансы, что звезда размерами с Спящего Лиса будет расследовать самое банальное самоубийство хиккикомори были равны нулю, целиком и полностью. А значит…
- Значит, ты работал вместе с Каваси, Кирью-кун…
- Значит, пресса не знает о том, что вы – «сломанный», Хаттори-сан…
Спящий Лис остановился, будто наткнувшись на столб.
Это была чистейшей воды догадка, до которой я бы самостоятельно не додумался бы, если бы провел столько времени, общаясь с Суичиро Огавазой, «сломанным», выживавшим на улицах десяток лет. И не видел его частичную ремиссию. Хаттори от Огавазы не отличался ничем, кроме мешков под глазами и проблем с печенью… вместо почек. А, ну да, и гениальности вместо безумия, но тут разница совсем невелика.
- Мне говорили, что ты один из самых умных школьников в стране, Кирью-кун. Может быть, тогда никакого Какакао-сана не существовало?
Кличка Дайсуке в сети. Хм.
- Может быть, Хаттори-сан. Сейчас мы этого уже не узнаем.
Мне следовало быть очень осторожным в своих словах, но я, обнаружив на своем пороге знаменитого человека-протеза, быстро осознал, что он явился ко мне не просто потому, что захотел прогуляться. Из всех линий поведения больше всего подходила сдержанная пассивная агрессия с определенным уровнем хамства, более чем подходящая для умника, лишившегося друга и, более того, понимающего, зачем мог явиться знаменитый детектив. Будь у него на руках что посерьезнее исповеди Каваси-матери, мы бы разговаривали не здесь.
Пару минут мы шли молча, а затем начавший уже выдыхаться человек заговорил:
- Я буду с тобой откровенным, Кирью-кун. У нас в стране беспорядок не только снизу, но и в верхах. Здесь американцы, они разыскивают хакера-террориста, а попутно… попутно вербуют и других. Вербуют, запугивают, склоняют к сотрудничеству. Действуют с размахом и… без оглядки на кого-либо. Мы уже начинаем сомневаться, что их целью является только поиск террориста, понимаешь?
- Понимаю, - сдвинув волосы, я продемонстрировал детективу черную клипсу на ухе, - Если они попытаются действовать без оглядки со мной, то я с полным правом превращу их в то, во что превратил людей, которых натравило на моих близких правительство. Так что можете им помочь, Хаттори-сан, можете указать на меня. Здесь, в Аракаве, им будут рады.
- Ты уже убивал, Кирью-кун? – быстро спросил все понявший детектив.
- Не знаю, я не оглядывался, - не менее быстро соврал я в ответ с непроницаемым выражением лица.
- Не ожидал я такого от школьника…
- Как вам прогулка, Хаттори-сан? Чудесно, бывает, пройтись по улице, не боясь стать жертвой нападения каких-нибудь хулиганов, не правда ли?
- Ты ранишь мои чувства, Кирью-кун.
- Каваси был бы счастлив узнать, что привлек внимание столь великого человека как вы, Хаттори-сан.
- Считаешь меня гиеной?
- Ни в коем случае. У тех всё в порядке с зубами до самой старости. Закон эволюции, знаете ли.
- Что-то я… запыхался. Спасибо тебе за беседу, Кирью-кун, не буду тебя больше задерживать.
- Хорошего дня, Хаттори-сан. Был рад познакомиться.
///
Ивао стоял, смотря в спину уходящему школьнику, стоял, изо всех сил контролируя дыхание, не позволяя себе начать сопеть, как загнанной лошади. Хотелось невероятно сильно. Десять минут прогулки вымотали его до изнеможения, но продемонстрировать это верзиле-школьнику он не посмел. Не после того, как тот сходу определил в нем «сломанного».
Дыхание немного выправилось, но его тут же повело. К счастью для Хаттори, неподалеку был парк, куда он и доковылял, обрушившись на лавочку всем своим весом. Судороги тут же принялись терзать попытавшееся расслабиться тело детектива.
- Марика…, - прошипел он сквозь зубы, - Седь-мую сим-фо-нию…
-
- Исполняй! – после этой команды костюм, в который было закован детектив, испустил пару щелчков и тихое шипение. Оставалось только терпеть в ожидании, пока смесь из релаксантов, витаминов и некоторых дополнительных добавок разойдется по его венам. Прогулки стоят… дорого.
Через три минуты и восемнадцать секунд Спящий Лис начал анализ этой небольшой прогулки. Точнее, Акиры Кирью.
Почти шестнадцать лет, высок, великолепно развит, чрезвычайно высокий уровень интеллекта… Стоп.
Шестнадцать лет? Психологический возраст каков? Твоя оценка, Ивао.
Дал бы тридцать-пять, может даже сорок лет. Откуда так много?
«Ты школьник, выходишь с утра из дому и видишь знаменитого на всю страну киборга», - размышлял Лис, млея от воздействия химии, - «Тебе известен его внешний вид. У тебя хотя бы зрачки расшириться должны были. Но нет. Зеро. Да, глаза почти черные, здесь можно только гадать, но микромоторика мышц лица на безусловных рефлексах работает всегда. Точнее, не сработала. Самоконтроль? Нет, не думаю. Он просто очень быстро сообразил… всё. Очень быстро. Как бы не быстрее тебя»