Харитон Мамбурин – Щекотка ревности (страница 40)
— Кроме-ме-ме… — бубнила рэтчед, которую я тряс как бармен коктейль.
— Кроме что⁈ — гавкнул я, чувствуя, как меня начинает отпускать.
— Себя! — выдохнула она, пав мне на грудь в который раз за этот дикий день, — Они же… хых… не убили… тебя… потому что… дали слово? Ты… хых… говорил… что был в праве?
— Был! И остаюсь! — из меня рвался какой-то злобный лай, даже коты отошли подальше.
— А если ты давным-давно должен был умереть? Но не умер⁈ — выпалила Ассоль, порождая у меня в голове вспышку сверхновой.
Действительно. А что, если так…?
Глава 18
Кто понял жизнь, тот в цирке не смеется
Иногда в жизни мужчины бывает эпизод, когда он встречает утро в одной постели с женщиной. Да, подобное случается, и нередко, но если женщина садится в постели, растерянно оглядывается, а потом начинает плакать, подвывая о том, что всё, что было вчера — является просто огромной ошибкой…
…тут, знаете, однозначных реакций не бывает. Проще всего сесть и, если женщина, конечно, не оттолкнет, начать утешительно гладить её по спине. Целовать не надо! Только гладить.
— Отстань от меня! — Мыш нервно дёрнула плечом, сбрасывая мою руку, — Не прикасайся ко мне!!
— Эй, мы вообще-то через час в седле будем! — возмутился я, — И ты будешь об меня весь день тереться спиной и задницей!
Мыш, получив ударом логики прямо в неокрепший с утра мозг, пала грудью на постель и возрыдала еще горше. Не удержавшись, я поднял с пола и дал ей хвост. Она его обняла, и картина оказалась целиком и полностью завершена. Безысходность, тоска, переломный момент жизни, прошлого не вернуть, не забыть, не развидеть. Всё потеряно, смысла в жизни нет.
— Сейчас по жопе дам, вставай уже.
Что за неженки вокруг. Подумаешь, попросил помочь, пусть и в несколько интимном плане.
Просто так выехать из деревни мы не смогли. Точнее смогли, но после того, как вдоволь попялились на стоящую посреди указанного населенного пункта Виолику Радиган, сердито топающую к нам с лошадью на поводу. Животное слегка прихрамывало и виновато косилось на новую хозяйку. Почему новую? Ну, потому что раньше у демонетки лошади не было, это точно.
— … серьезно? — только и выдавил я, глядя как Мыш скачет навстречу подруге и обнимает ту со страшной силой, тут же начиная изливать ей жалобы прямо в ухо.
На этот раз послание ушастой похитительницы и отдавательницы заложников несло в себе только одно слово. «Догоняй». Ну и зачем это ей нужно…?
— Ах, вот зачем! — рычал я спустя пять часов, таща на ахорсе двух девушек, пару котов, себя и буквально груду возмущения по поводу того, что нас преследует натуральная загонная охота из пяти латников и трех десятков воинов, — Вот зачем!!
— Я не зналааа! — вопила крабом вцепившаяся в меня демонетка, — Мы в городе былиии…! Она купила мне коня и показала, куда скакать! И я скакала-ааа!
Отправить приманку, которая отчетливо покажет, куда надо двигаться, а заодно и предскажет, как буду двигаться я! Просто и со вкусом! Наемники, обычные люди, может быть даже кто-то из людей барона того же города! Еще проще и еще вкуснее! Там, где не справились драконы, вполне справится меч в почти крестьянской руке!
К счастью, в очередной раз подведшая Виолику лошадь, которой деревенский кузнец криво и косо пришпандорил подкову, вынудила меня перебросить монашку и котов на ахорс, а потом сделать то, что я проделывал сотни раз в других мирах — пустить алхимическую скотину скоком по лесу. Там, где умная, хоть и не очень живая скотина может проломиться, не теряя скорости, живые лошади будут куда более аккуратны и медлительны, а еще ведь есть страшные лесные запахи, ржание подвернувших ногу товарищей и некий общий дискомфорт. Снабдить убийц каким-то волшебным наведением на меня Дианель не удосужилась, поэтому мы, претерпев страшную скачку сквозь буреломы, вышли из этой погони победителями, утратив, правда, живую лошадь. Ну и веру в товарища Ерманкиил заодно.
— Вот же сука! — злобно шипела Радиган, выдергивая из своих фиолетовых волос набившийся туда мусор, — А ведь всю дорогу такая милая и сонная, мы все на это купились! Похищение понарошку, мать её! Она даже метку сняла перед тем, как меня отпустить, улыбалась так, как будто… как будто…
— А зачем напрягаться там, где хватит доброго слова и хорошего обхождения, м? — я был занят проверкой ахорса, особенно в области тех дырок, что сам в нём наворотил, — Только вот не пойму, почему отправили тебя, а не Ульяну. Это было бы логичнее.
— Почему? — поинтересовалась Мыш, начавшая помогать монашке.
— Потому что Виолика, если её разозлить, сама бы справилась с такой погоней, — вздохнул я, — Её боевые качества на высоте. А вот гоблинша в этом мире бесполезна и беззащитна, она куда лучше подошла бы на роль обузы.
— Стоп, — усы моей приемной дочери гневно встопорщились, — Так вот почему она отпустила меня первой?!! Вот же сука!!!
Странно было еще и то, что обе заложницы, отданные мне, не несли с собой и в себе совершенно никаких неприятных сюрпризов. Ни проклятий, ни магических бомб, ни меток, по которым нас можно было бы отследить. Конечно, теория о том, что Дианель это банально ни к чему и что она развлекается, была вполне жизнеспособна, но опять-таки не понятна. Эти танцы с бубнами заставляли чувствовать себя идиотом. Ладно, пора догнать эту женщину. Только не по прямой и не по следам. Уж что-что, но даже в Агалорне легко можно найти людей, готовых за золото кого-нибудь прикончить на дороге.
— Конрад? — теперь вместо крупной Мыши передо мной сидела монашка, а дочь устроилась сзади под недовольные мявки вынужденных лететь котов.
— Что?
— А почему у тебя всё лицо разрисовано? — поинтересовалась монашка, прижимаясь ко мне куда плотнее, чем большая фигуристая дочурка.
— У него не только лицо, он весь разрисован! — тут же влезла Ассоль, причем плаксивым тоном, — Совсем весь! Он меня заставил это делать!
— Что, прям везде? — изумленно спросила монашка, прежде чем я смог ответить для чего это надо.
— Прямо везде! — плачуще подтвердили из-за моего плеча, — Прямо совсем везде!
— Ух ты, а как?!.
Пришлось срочно отключать от разговора голову. Ну да, в принципе, моя вина, что попросил Мыш покрыть моё тело тысячами мелких значков, забыв про то, что работать надо аккуратно, а у моей дочурки не плоское бульдогоподобное лицо человека, а вполне себе вытянутая мордочка, которую банально некуда девать, когда надо к чему-то близко присмотреться. Останавливаться в начертании было нельзя, так что вчера вечером, в деревне, где мы сняли у одной семьи комнату на ночь, Мыш очень близко познакомилась с моим телом.
А потом нам еще и спать в одной кровати пришлось.
— Блин, ну чего меня так поздно отпустили… — тут же заворчала, надувшись, демонетка. Хмыкнув, я обнял её одной рукой, прижимая к себе.
— Вы просто в плохих местах живете, — негромко пробурчал я на девичье ухо, — Вокруг одни орки, гоблины и волчеры, нормальных мужиков нет. Ничего, вот вернемся, я вам всем билеты в хороший фитнес-зал куплю, куда полуэльфы ходят. Вот и увидите кого-нибудь, кроме красивого меня.
— Дурак! — буркнула Виолика.
— Видела я, какой ты красивый! — обиженно пискнула сзади Мыш, но вопреки сказанному, прижалась к спине своими горячими сиськами и начала руками что-то делать Радиган, от чего та ёрзала и хихикала, а от её ёрзания уже ёрзал я, вынуждая чьи-то мясистые отростки танцевать по моей спине. Так и ехали сквозь лес под хлопки кошачьих крыльев и мат белок, впервые в жизни увидевших крылатых котов. Иногда и в последний.
Дианель Ерманкиил была рядом со мной всю мою жизнь смертного, от первого крика младенца до дня, когда в башню, в которой я был заключен, постучал вампир. Она, эта безумная и странная эльфийка, знала меня куда лучше, чем родители, чем брат, чем обе сестры. И вот, безобидная бабочка, невысокая блондинка, стесняющаяся своей груди, сонный вечный ребенок, прочитавший, наверное, больше, чем все население Агалорна вместе взятое и за полсотни лет, она оказалась… кем?
Преступником? Возможно. Злоумышленницей? Однозначно. Но это все мелочи. Всё, что она хочет от меня, включая саму жизнь и даже моих девчонок — всё это, вместе с Агалорном, сущие мелочи по сравнению с Матерью-Магией, вампирами и драконами. Культисты, столь неловко пытавшиеся проникнуть в Омниполис, смогли просочиться и сюда. Или отсюда? Если верно второе, то у Срединных миров огромные проблемы.
А еще… я не могу указать девчонкам на портал, отдать им ахорса и котов, и идти дальше один. Что-то во мне кричит криком, что в таком случае я их больше никогда не увижу, даже если выживу. Даже если мы разойдемся, даже если я их оставлю со всем запасом золотых в каком-нибудь городке…
Пока мы весело трюхали по полю с разведкой в виде душеловов, а я служил прокладкой между двумя болтающими девушками. Когда мне это надоело, ахорс был пришпорен, болтовня сменилась руганью, а километры пути побежали куда бойчее. Я держал направление на нашу связь с Алисой, гадая, что будет следующим. Ульяна и призванный демон-убийца? Алиса с картой подземелья, в которое спрячут Грегора? Или я слишком узко смотрю на всё это?
— Так зачем ты себя разрисовал, Конрад⁈ — потыкали в меня пальцами.