Харитон Мамбурин – Несносный тип (страница 36)
— Нахлестала эту дуру по щекам, — ответила дочь на мой немой вопрос, — Представляешь, она нам начала жаловаться, что ты с её подругой грубо обошёлся! В угол мешок кинул! Коза безрогая!! В следующий раз посильнее её, пап!! Вот чтоб орала как первая гоблинша!!
— Не уверен, что буду, — отложил я до лучших времен воспитательный подзатыльник. Всё-таки, когда дочь на боевом посту, а иначе разложенный вокруг амбразуры арсенал трактовать сложно, воспринимать её как 14-летнего ребёнка просто-напросто глупо.
— И правильно! — горячо и зло одобрила дочь мои порывы, — У зеленых мозгов куда больше, чем у этой фермерши!
Пришлось её слегка одёргивать, выдав краткое объяснение о том, насколько сильно могут различаться люди, с возрастом привыкающие оперировать стереотипами для облегчения работы своего понятийного аппарата. Мол, Нимея сейчас мозгами не в страшном, сухом и пыльном здесь, а еще там, у себя на ферме, где всё просто и знакомо. Что она, что другие живые тупят и будут тупить, когда череда событий не сорвёт их с привычной колеи, заставив переключиться на выживание. Так что организованный Эльмой мордобой — занятие вполне угодное и душеспасительное.
На этом месте я был перебит вернувшейся Элли. Девочка-призрак вид имела встрёпанный и даже слегка напуганный.
— П-п… отец, — выдохнула она, — Там радио. Тебя зовут, срочно.
— Кто?
— Куатрианец!
От этой новости я аж сорвался с места, попутно загребая с собой за талию пискнувшую Элли. Срывая на ходу маску, поинтересовался:
— Откуда они знают, что я здесь?!
— Я сказала, — виновато хныкнула несомая девочка, — Точнее, он спросил, нет ли тебя рядом, а я ответила. Не надо было, да?
— Поздно думать, что надо, а что не надо, — рыкнул я, — Почему ты сняла трубку вообще?!
— А там никого не былооооо!!
Черт, действительно, забыл оставить кого-нибудь в рубке. Хочу назад, в свой мир. Туда, где от бухгалтеров не требуют быть убийцами, охотниками на монстров, детективами, бухгалтерами, переговорщиками, шерифами и комендантами крепостей в одном флаконе!! Сбросив дочь в районе кухни с наказом принести нам всем пожрать, я рванул к радио.
— Магнус Криггс, шериф Хайкорта, на связи, — прохрипел я, отплёвываясь от пыли, — С кем имею честь разговаривать?
— Здравствуйте, мастер Криггс, — сквозь стоны и хрипы несовершенного аппарата послышался очень даже знакомый голос, — Это я, Жариз Карз из клана Карз, если вы не забыли своего доброго приятеля. Мы можем поговорить?
— Мы уже говорим, — с скребущими на душе кошками ответил я, — Внимательно вас слушаю, мастер Карз.
Глава 16. Огнём и мечом
— Последний вопрос, мастер Криггс. Сколько у вас процентов прогресса?
— Двадцать один процент, господин Карз. Последний вопрос. Когда?
— Не ранее, чем через сутки. До встречи, мастер Криггс. Мне… жаль.
— Мне тоже, господин Карз. Вы один из немногих достойных разумных, что встретились мне в этом мире.
Щелчок. Конец связи.
Я тупо полупал глазами на массивную панель радиосвязи, устаканивая разговор в голове.
Хотя, разговора как такового не было. Жариз Карз просто рассказал мне историю.
Разобщённой цивилизации западных эльфов пришёл конец в одночасье. Их прибрежные города, только начавшие готовить к межконтинентальной торговле, сожгли и вырезали буквально за месяц. Разобщенные кланы и племена, живущие в лесах, пропадали одно за другим, но весь северо-восток континента не потерял подобие разумной жизни. Конечно же, в самих лесах еще оставались сотни тысяч, если не миллионы эльфов, но снявших с места, бегущих, прячущихся…или наоборот, нападающих. Только не на своих безжалостных убийц и гонителей, а на пребывающие в панике поселения Союза Равных.
Но началось всё с Куатры и захваченного эльфийской страной города колонистов, которому дали новое название — Аркуат. Всё началось с того, что город сравняли с землей массивными бомбардировками, ставя точку на будущем эльфов Эласты. Клан Карз же, отвечающий за разведку, смог выбраться до начала резни почти в полном составе. Только вот это ничего не дало — эльф жители лесов. Им, подающим северо-западные зеленые массивы, было просто-напросто некуда деваться. Ни выжить, ни прокормить себя иначе, как грабежом и бандитизмом. У Карз был план — попросить покровительства Хайкорта. Неоговоренный, выработанный на всякий случай, но был. На крайний случай, тот, если вдруг всемогущий Хайкорт почему-то не скажет своего веского слова, если на континенте начнется война.
Он не сказал.
Жариз мне о многом рассказал, включая и то, что могучие эльфийские маги, на которых рассчитывали местные, не смогли нанести хоть какой-то серьёзный урон огромным стальным кораблям захватчиков. Безусловно, они были сильнее. Их было больше. Но… у стран, осуществляющих «усмирение» Эласты, была сотня лет и множество информаторов. Маги четырех доминантных сил разных континентов превосходно защищали корабли от могучих, но интуитивных атак.
Геноцид был спланирован хорошо. Любые попытки контратак натыкались на противостояние в виде Должников высоких ступеней прогресса, каждый из которых обладал уникальным набором как личных боевых качеств, так и сенсорики, определяя местоположение эльфийских бойцов.
Единственное, что оставалось клану Карз — добиться его принятия Незервиллем. Или погибнуть. Они собирались атаковать до последнего члена клана. Атаковать крепость, занять её, вновь попытаться достучаться до Основателей.
Только вот в крепости сидели мы. Пустить эльфов я не мог, вызывать Ахиола было бесполезно, а значит, оставалось лишь защищаться.
В приказном порядке отправив всех спать, я с литровой кружкой крепчайшего кофе устроился на одном из наблюдательных пунктов, проверяя и перепроверяя контролирующие браслеты так, что «знак костей» на поясе вскоре прекратил дрожать, растратив весь свой запас энергии. Так он мне и не пригодился. Это вызвало горькую усмешку — то, чего боялся ат-Мансипах, сейчас и произошло — Основатели собачатся, подозревая друг друга в краже бесценного кожаного мешочка, а к вратам города подошёл враг.
…и не стоит забывать Суматоху. Интересно, как она там? Может, пришиб кто?
Верить Жаризу я и не думал. Конечно, обстреливавшие меня днём эльфы не тянули на весь клан, в котором, насколько я помнил, было около четырёх сотен бойцов, с частью из которых я тренировался, но это совершенно не значило, что основная часть штурмовиков только сюда плетётся. Скоро пустыня остынет. Из-за исчезновения колебаний воздуха смогу видеть дальше и чётче.
— К тебе можно? — из люка высунулась зеленоватая полупрозрачная голова.
— А, Элли? — вяло отреагировал я, — Присоединяйся. Ты как? В порядке?
— Да, — закивала девочка, — Тут много магии. Не нужно… заниматься собой. Кстати, я не одна.
— Волди? — увидел я высунувшуюся морду кота. Тот, облокотившись лапой на косяк, махнул мне второй, а затем прыжком очутился возле стула, где и сел, всматриваясь вдаль.
— Он теперь свободный или всё-таки под арестом? — со смешком спросила девочка призрак, подлетая ко мне. Кот насторожил ухо.
— Теперь свободен, — пожал я плечами, — Нет же другой дуры, что отдаст самоубийственный приказ?
Кот подавился, а потом уставился на меня широко раскрытыми глазами, вздыбив шерсть.
— Думаешь, выжил бы тогда, будь человеком? — ласково улыбнулся я ему под хихиканье Эллы.
Жаль, что теперь никаких шансов узнать, откуда взялся этот Волди и почему он настолько разумен. В своё время, заинтересовавшись этим вопросом, я спрашивал Ахиола, потому как
— Он может остаться с нами?
— А хочет? — полюбопытствовал я, прикуривая.
— Да.
— Тогда почему бы и нет?
Кот заурчал.
— А Нимея? — чуть более прохладным тоном спросила Элли.
— Что она сейчас делает?
— Дуется на Эльму. Нашла себе какой-то закуток, там и сидит.
— Ну и зачем нам такое?
— Какое?
— Она обуза, — без всякой жалости проговорил я, — Обуза, не желающая принимать новую реальность. Не умеющая этого делать. Поэтому, если встанет вопрос нашего выживания… да, Волди, я имею в виду и тебя, то Нимею Хиггс я проигнорирую.
Девочка молчала долго, просто повиснув около меня в воздухе. А потом сказала:
— Я не верю, что ты жестокий.
— А я и не жестокий. Просто слабый. Слабый и беспомощный настолько, что делаю строго то, что в данный момент могу себе позволить. Цена ошибки слишком велика, Элли Криггс, её цена может быть равна вашему с Эльмой благополучию.
Девочка помолчала. Её силуэт, едва заметно покачивающийся над поверхностью крыши, практически светился в ночной темноте. Я ожидал, что она продолжит разговор. Спросит, как именно я делаю выбор, ведь она сама, можно сказать, подобрана с улицы, а Нимея, кроме того, что я с ней сплю, живая и наивная, но Элли оказалась умнее.
— Ты просто считаешь её обузой.
В этой реплике не было ни вопроса, ни просьбы, ни осуждения. Сухая и понимающая констатация факта. Но мы были не в том положении, чтобы ограничиваться полумерами.