Харитон Мамбурин – Гремучий Коктейль 6 (страница 16)

Зрелище было предоставлено. Уверенный в себе азиат, занявший боковую стойку с мечом, попросту не ожидал того, что более крупный и куда более наглый серб неожиданно и неловко прыгнет вперед, грубо лягая перед собой ногой. Он хоть и отшагнул в сторону отточенным приставным шагом, но это нисколько не помешало куда более высокому и массивному бойцы слегка довести удар, только уже не пяткой, а ступней. Нижняя конечность славянина, попавшая в верхнюю часть бедра хрупкого азиата, снесла того с ног, отбрасывая на песок. Чудом приземлившись с выходом на колено, серб тут же разогнул ногу в еще одном нелепом прыжке, падая грудью на спину меченосцу и прибивая пытавшегося подняться японца назад. Потом был серб, отжавшись на руке, резко воткнул свой топор-кастет прямо в шею возящегося под ним противника.

Смерть. Меченосец не смог адекватно оценить расстояние до необычайно крупного оппонента, за что и поплатился.

— Так я и предполагал, — кивнул сам себе Уолш, — Ученик мастера меча, проведший пять смертельных дуэлей, совершенно ничего не смог сделать в реальном бою. Даже если бы он попал мечом по сербу, то вряд ли бы смог нанести смертельную рану… которая бы того быстро убила.

— Ты хотел, чтобы я провел аналогию, Боб? — с полуулыбкой поинтересовался его гость.

— Да, я хотел, чтобы ты провел аналогию. Стань серьезнее.

— Не могу, мне хватает серьезности в жизни.

— И поэтому компанию тебе теперь составляет жаба?

— Нет, она мне составляет компанию во всех ипостасях.

Жаба тоже присутствовала в ложе. Огромная толстая амфибия, весом почти под сотню килограмм, она невозмутимо сидела в кресле для гостей, периодически слегка надувая свой горловой мешок. Взгляд Уолша, точнее, существа, известного как Боб Уолш, говорил ему о том, что это самая обыкновенная жаба необыкновенных размеров, а появляющиеся в пасти у этой жабы насекомые там просто материализуются из ниоткуда. В остальном, спутница его гостя не представляла для теневого короля Нью-Йорка какого-либо интереса.

— Мне кажется, что она ключ, — с легкой улыбкой поделился с Бобом собеседник, — Подсказка от Книги. Сноска внизу страницы. Намек, что Ей надоело нас ждать. А вот Дайхард… знаешь, он может быть как намеком, так и посланником нашего прекрасного Приза. По крайней мере, он совершенно уникален, поверь мне на слово.

— Я не люблю, когда мне намекают, — отрезал Уолш, разворачиваясь к собеседнику, — Поэтому предпочту не понять намека. Демонстративно. Даже от Неё. Я могу на тебя рассчитывать?

— Как и всегда, мой друг. Как и всегда.

Жаба после этих слов недовольно пошевелилась, задрала заднюю лапу и прошлась ей по собственному боку, почесывая его.

Глава 9

Что делать, когда у тебя полным-полно врагов и завистников, но отсутствует надежное убежище? Вариантов всего два — либо положиться на неизвестную величину, отдав всё, что у тебя есть, на попечение чужой репутации, либо пользоваться моментом в уже закрывающемся окне времени, чтобы обустроиться на новом месте.

Выбор предстояло делать быстро.

— Не понимаю, почему ты уверен, что отель, находящийся в собственности этого твоего Общества, менее надежен, чем пустой дворец с одним даймоном… — ворчала Кристина, сидящая с Алисой на заднем сидении мобиля. Ноги жены оказались прижаты тушей Курва, сбоку на неё пристально смотрел мэтр Вергилий, а верный кот предал, сбежав к Мао Хану на колени.

— Потому что я инспектировал противовоздушные орудия, как только мы въехали, дорогая, — объяснял я, ведя машину, — и видел размеры вентиляционных шахт в здании. На наш этаж доступ был не только по лифту, но и по ним, а также по кухонным подъёмникам. Насчет канализации тоже не уверен, но есть еще и внешняя сторона здания, по которой могут подняться с нижнего этажа. Кроме того, если ты не забыла, что меня в Санкт-Петербурге банально подорвали вместе с домом, и лишь по счастливой случайности оказался в то время в другом месте. Ты бы хотела сидеть на верхнем этаже этого небоскреба в момент, когда его подрывают?

— Нет! — мать обняла дочь покрепче. Та, недовольно засопев, принялась вертеться.

Прямо как кошка.

— А даймон это даймон… — пробормотал я себе под нос, — А сто сорок тысяч — это сто сорок тысяч!

Кроме того, я кое-что могу сделать только в собственном доме.

Аквариус даймоном был очень вежливым и воспитанным, несмотря на то что из-за его знаковой внешности у опекаемого им дома не было постоянных жильцов со времен смерти первого хозяина. Сущность даймона-контрактника, никогда не знавшего, что такое жизнь в плоти, была куда более гибкой, чем у нас, смертных, разбалованных собственным мясом, так что манерам и выучке козлоголового можно было только позавидовать. Даже сейчас, когда ему уже третий день подряд делали очень неприятно.

— Все не так уж и плохо, милорд, — на чистом английском произнес тонкий и высокий даймон, одетый во фрак дворецкого, — Я привыкну… обязательно привыкну.

— А по твоему виду и не скажешь, что «всё не так уж и плохо», — вздохнул я, с некоторым сочувствием разглядывая существо, вовсю похожее на мучающегося болью в животе человека.

— Я бы не отказалась услышать подробности, — Кристину слегка смущали высокие тонкие леса, на которых туда-сюда снова сосредоточенно сопящие гоблинские девчонки, которыми руководили стоящие внизу китайские девушки. Бегали детишки по лесенкам как обезьянки, пользуясь ногами и одной рукой. Вторая у каждой была чем-то покрыта, и гоблинши были заняты тем, что удивительно аккуратно промазывали это «что-то» по углам и щелям высокого потолка холла.

Внизу уже все было обработано.

— В распоряжении у милорда, миледи Дайхард, — куртуазно ответил новой хозяйке Шарпрока козлоголовый, — оказалось удивительное вещество, сильно ограничивающее течение маны и магии, вплоть до разрушения любых структур. Сейчас ваши подчиненные наносят его на внутреннюю и внешнюю стороны здания.

— Проще говоря, это защита от магии, от любой, — добавил я, видя загорающиеся глаза жены, — А Аквариусу пока очень непривычно. Он с его магическим восприятием сейчас похож на амебу, в которую запихали скелет. Ну и панцирь сверху, как черепахе.

— Удивительно точная аналогия… милорд, — зрелище жалко улыбающейся козлиной морды было чем-то новым в моей жизни.

Даймон, несмотря на все свои страдания, против текущих процессов не был категорически. Кавар, который гоблинши наносили на все доступные углы и швы, неимоверно повышал защиту Шарпрока, выводя её по меркам Сердечника на совершенно неодолимый уровень с точки зрения магических атак или слежки. Для козлоголового дворецкого (а я без лишних мыслей вернул эту роль даймону), безопасность жителей дома была на первом месте. На втором стояла сохранность здания.

— Может, пригласим Азовых к нам? — бывшая Тернова, проведя за несколько часов инспекцию имеющихся владений, оказалась ими более чем удовлетворена, — Места хватит на всех с избытком!

— Совершенно незачем, — буркнул я, руководящий перетаскиванием нашего багажа из резиденции на Гарамоне в Шарпрок, — Если ты не хочешь поссориться с Георгием Алексеевичем. Он не сможет пройти мимо кавара, а им промазывать дом будут еще пару дней. Надо подождать.

Никто бы не прошел мимо антимагической смолы. Слишком полезный ресурс, слишком могущественный, особенно если держать его в тайне.

И это, кстати, добавляет мне проблем.

Всего их, эти потенциальные проблемы, можно разделить на несколько групп.

Первая — оскорбленные мной дворяне в Руси. Вполне могут скинуться и нанять убийц, тем более что тем работать придётся в другой стране. Шансы на подобное есть, но они невелики.

Вторая — интересы различных группировок здесь, в Америке. Возможно всё, от похищения до убийства, попытки принудить работать на кого-либо из них. Шансы еще меньше, так как я теперь официально сотрудничаю с Герцогами, но страна настоящий бурлящий борщ, с кучей иностранных агентов, так что наглецы могут найтись.

Третье — Общество. Уровень опасности несоизмеримо выше, хотя никаких причин угрожать мне у них нет. Наоборот, выведя Дайхарда в «свет», они нивелировали шансы использовать меня кому-то из них. Тем не менее, по опасности они определенно выше всех в этом мире.

Всё, что у меня против этого пока что есть — только время, пока распространяются слухи, наводятся мосты и вырабатываются планы. Это преимущество я уже частично реализовал, превратив Шарпрок в антимагическую крепость, защищенную дополнительно четверкой «бегемотов», даймоном и доспехом «черная осень», принадлежащим лично супруге. Но это еще не всё, что можно сделать…

— Если ты сейчас же, просто немедленно, меня отсюда не выковыряешь… — раненной анакондой зашипел мне в разговорник Константин Азов, — … то я не знаю, что сделаю! Просто не знаю! Я… я…

— Спокойствие, только спокойствие, — пробурчал я в ответ, — Закажи у Стэтхема мобиль и приезжай ко мне в гости. Только к чаю кое-что купи.

— Мама меня не отпустит! — тут же истерически выпалил двадцатипятилетний владелец заводов, газет и пароходов, — Понял⁈

— Это ты просто не слышал, что тебе купить надо будет, — улыбнулся я, — В общем, так. Двенадцать винтовок «Wingler GT-12», шесть карабинов «AXL-3», двадцать автоматов «STH-11»…

Азов даже хрюкать бросил на второй минуте моих перечислений. Почему-то в этом мире все напрочь недооценивают возможности даймонов к ограниченному телекинезу. Такое впечатление, что книга с заклинанием, способным создать огненный шар, ценится сильнее чем даймон, способный поднять в воздух и навести на цель пяток автоматов, а потом еще и спусковые крючки прожать.