Харитон Мамбурин – Джо 6 (страница 27)
///
Ахриз кар Махнуддиб, совершенно справедливо прозванный в народе Бесстрашным, едва сдержал вопль ужаса, когда до его сознания, размякшего в неторопливой беседе с главами родов, дошли слова распростершегося перед Великим Диваном стражника. Никак не ожидая подобного в этот погожий день, султан, застывший на несколько секунд, призвал всё своё самообладание, весь опыт битв, позволивший ему по праву занять трон, когда-то принадлежавший его отцу. Он встал на негнущихся ногах, простёр вперед руку и громовым голосом провозгласил:
— Немедленно пригласить святого ко мне!
Что это стоило бывшему скромному затворнику Раваджи? Ох, наверное, всего. Вся его суть, сокрушенная чудовищным известием, трепетала и пыталась спрятаться в пятки, но вскормленный властью и борьбой имидж, послуживший сейчас стальным каркасом, с честью исполнил свой долг до конца, явив Ахриза истинным владыкой! Тем не менее, когда он, двигаясь чуть скованно, сел назад, внутри у него разразилась настоящая буря эмоций!
Ахриз кар Махнуддиб не боялся никого и ничего, ни демонов, ни шайтанов, ни богов… но почему? Потому что когда-то ему пришлось провести какое-то время с волшебником по имени Джо. За это время принцу было явлено
И сейчас она шла сюда, причем не одна, а со знаменитой эльфийкой, которая где-то обзавелась причудливым и страшным ездовым зверем.
Когда двери зала в очередной раз распахнулись и чудовище, выглядящее как сухощавый молодой человек с тенями вокруг глаз, вступило под своды покоев Великого Дивана, Ахриз чуть не умер. Каким образом ему удалось снова встать и при всех присутствующих торжественно и велеречиво поприветствовать «святого от Арахата» не смог бы сказать никто, особенно он. Как это получилось? В чем секрет? Может быть, в том, что принц Ахриз кар Махнуддиб давным-давно умер в далекой стране от сердечного приступа, а здесь есть лишь султан, которому умирать нельзя? Или, хотя бы, надо пасть с честью и достоинством?
Последнее было бы наиболее верным!
От Джо можно было ожидать чего угодно, это султан понимал прекрасно. Чумы, смерти, снега… да чего угодно! Он знал, что с этим не получится бороться. Стоящий перед его придворными волшебник, что-то говорящий им и Ахризу с фальшиво почтительным видом, был настоящей стихией, которой плевать на жалкие человеческие усилия…
Однако, когда шум бешено бьющегося сердца в ушах немного утих, султан с величайшим изумлением уловил суть беседы, которую вели с Джо оживившиеся и радостно сверкающие глазами главы родов. Да и остальные, присутствующие в этом зале, выглядели отнюдь не испуганными! А старый визирь, доставшийся Ахризу от своего покойного отца, даже осмелился начать трогать край халата повелителя, с ярко выраженной надеждой, что султан активнее поучаствует в идущем разговоре!
…что? Какой-то башенный маг? Колдун? Халил агд Браан? Едва знакомое имя. Вроде бы так звали некоего вора, клады и склады которого нашли верные Ахризу люди. Помнится, там было много неправедно нажитого добра!
Что? Это, оказывается, не всё? В смысле не добро, а преступления волшебника?
Настолько не всё⁈
Настолько?!?
О, Арахат!
— Созвать писцов! — снова прогремел голос султана, к которому возвращались жизнь, здравый смысл и надежда, что он и его страна переживут этот визит святого, — Прекратить речи до их прибытия! Создать очередности! Мы будем делать всё правильно! Предоставьте моему другу лучшие покои!
Несмотря на страх и замешательство, Ахриз кар Махнуддиб ни на один день не забывал, кто подарил ему его милую Алию, женщину-из-амулета, которую султан не променял бы и на тысячу других красавиц. Кроме этого, здраво рассудив, владыка понял, что может отделаться от «святого» очень малой кровью. Покоев для этого не жалко.
…да он бы и Диван отдал!
Глава 13
Во все тяжкие
Эльфийки, полные печали, обняв лося, на Джо кричали…
Нет, никогда не пойму женщин. Они разговаривают с тобой ртом, упоминают, что что-то хотят. Ты их радуешь исполнением этих желаний. Скучно? Вот тебе суета в Дестаде. С балом облом пока? Вот тебе поездка в экзотическую страну, знакомство с её правителем, родная лосиная душа рядом, чтобы не заблудиться в местных искушениях. Что значит «не так»? Откуда эти уточнения?
Почему так поздно…?
Отдельным плюсом является то, что претензии излагаются в форме тренировки волшебников повышенной сложности. Отбивать и уклоняться от феерии боевых заклинаний, изрыгаемых злой как собака перворожденной, очень сложно, зато прекрасно тренирует мои рефлексы. Да и вообще, общение с местным бомондом, очень неторопливым, велеречивым, коварным и льстивым, здорово утомляет разум. А тут простое и прямое эльфийское ультранасилие в роскошном бассейне. Прекрасная зарядка.
— Я всё дяде расскажу! — в ход были пущены совсем уж запрещенные приемы.
— Про манадрим забыла? — я в них, как бы, тоже не дурак.
— Ничего! Он поймет и простит! — Наталис прогрессирует лошадиными темпами, когда зла до потери пульса, — Я плакать буду!
— Кум тебя осудит и бросит за такую подлость!
— С ним я помирюсь, а вот тебе уже будет всё равно! Эльдарин из тебя вешалку сделает! Для трусов! В спальне тебя поставлю!
— … и я буду долгими столетиями наблюдать за тем, как унылыми однообразными вечерами ты плачешь в подушку. Трусы на мне будут плесневеть и покрываться пылью…
Увы для Наталис Син Сауреаль, она была, всё-таки, не настоящей женщиной, а лесной и наивной, поэтому, вместо того чтобы неистово рваться к тому, чтобы оставить за собой последнее слово любой ценой, она умела думать и обладала даже критическим мышлением. Такой аргумент ей пришлось воспринимать серьезно, за большой чашей свежего шербета, чья зашкаливающая сладость всё-таки примирила эльфийку с тем, что её пьяную и бессознательную, перенесли на другой конец земли, но (!) хотя бы не показали султану и всему его двору, пока она была без сознания. Если выражаться культурно.
Такой акт эльфолюбия и гендерного уважения с моей стороны вопиял о необходимости проявить снисхождение. Ну и понимание, что вот он я, стою здоровый и трезвый, а несчастная девушка болеет с бодуна, устала и уже изрядно потратила свои резервы на попытки меня уконтрапупить.
Ну, так я подумал, но тут во влажном воздухе прекрасного зала с бассейном прозвучал вопрос:
— Зачем ты меня вообще сюда притащил⁈
Дети, знайте, честность — лучшая политика. Совершенно ни к чему обманывать того, с кем ты намерен провести еще много счастливых часов секса и лет жизни. Это плохая инвестиция и плохое решение. Нужно всегда быть откровенным. Только тут необходимо еще учитывать и то, что, говоря правду, вы отнюдь не гарантируете тем самым лучшего исхода событий. Политика — это всегда сложно.
— Ну мы тут в прошлый раз вместе были, вот я и подумал, что с тобой меня быстрее узнают.
Глаза прекрасной девы сверкнули, зубки оскалились, второе дыхание открылось. Наступил следующий раунд смертельной битвы.
И что вы думаете? Мне пришлось потом самому делать массаж этому длинноухому существу, после того как у неё свело ногу, и оно брякнулось в воду! Наверное, подобная сцена может описать отношения между мужчинами и женщинами лучше, чем любая другая.
Увы, всё хорошее быстро кончается, так что мне пришлось возвращаться в ту часть дворца, в которой знать Пиджаха непрерывно кляузничала на старого волшебника, оказавшегося тем еще нехорошим гомосексуалистом. Говорить
Наоборот, ценя беспроблемное течение процесса, я как мог, повышал акции текущего султана (в смысле живого). Ходил между особо важных бородатых мужиков, пил с ними из малюсеньких чашечек озверело крепкий кофе, желал всяких благ и много процветания, выслушивал очень робкие жалобы на то, что с последним обновлением правил Арахата женщины и прочие наложницы начали отбиваться от рук, обещал доставить эти сведенья напрямую «боссу». От последнего благородных старцев неиллюзорно передергивало, видимо потому, что как бог, Арахат вовсе не славился пониманием, а наказание у него было одно — отлучение от рая.
— Не нужно, не нужно ничего говорить… — испуганно шептали убеленные сединами благородные мужи.
— Не волнуйтесь, уважаемые, я вас упоминать не буду. Просто нажалуюсь на баб… — заговорщицки подмигивал я в ответ, получая от отпетых магоненавистников взоры, исполненные обожания, уважения и дружелюбия.
Хорошо, что Наталис сейчас с лосем, иначе б вообще б убила. Ну, постаралась бы.
Через пять дней мы были с почестями и чуть ли не фанфарами переправлены назад, в Мифкрест. Когда её эльфейшество отошло от бодуна, то оказалось окружено восточной роскошью, элитными услугами массажисток, опытнейших бариста, великолепных портних и бесконечно услужливых других человеков, которые устроили Наталис и её лосю рай на земле по опции «всё включено и оплачивается султаном». У меня под конец даже создалось впечатление, что она думает выскочить за Ахриза замуж, но опытный парень избегал нас всеми возможными способами, трусливо поливая издали похвалами и вслух гордясь знакомством с таким замечательным мной. Лосю тоже сделали зашибись, по крайней мере, возвращался он умытым, причесанным, свежим и с копытами, покрытыми помадой. Нет, их не целовали, просто смазали.