Харитон Мамбурин – Джо 4 (страница 11)
— Мало того, что ты темный бог, да еще и бессильный, — бурчал я, вгрызаясь в особо неподатливую формулу, — На моей ауре даже пятнышка не останется. К тому же, никто тебя убивать не собирается, мы просто передаем мою силу…
— Это моя сила!! — неистово заорал кот, держась лапками за прутья решетки, — Моя! Только моя!! Не смей отдавать мою силу!!!
— Скарнер, вот в кого ты такой дурак? Даже если принять за факт твои дурацкие амбиции и претензии, то всё равно ты сейчас мой кот, — парировал я, отпивая холодного чаю, — Всё, что твоё — моё. Ты сам в это вляпался, никто тебя не тянул. А так, как временами я теперь сплю с твоей бывшей женой — можешь даже не рассчитывать на снисхождение. Прими свою участь с честью и достоинством!
— ЧТО⁈ — все пять фиолетовых глаз раскрылись до неприличных размеров, — Она опустилась до связи с человеком?!!!
— Человек будет получше злобной лесной макаки, решившей пакостить смертным ради силы, — выдохнул я, вставая и накрывая клетку с недовольно взвывшим котом. Сделав это, задумчиво пробормотал, — Когда сила перейдет в новый сосуд, связи между пятью личностями ослабнут, Шайн вернет себе контроль над телом…
Котяру банально надули с условиями контракта. Заточенные в пяти книгах «личности» Скарнера предложили ему стать главным, в том числе и над ними, но, разумеется, умолчали о том, что являются единым существом. Лунный кот сожрал приманку, крючок, леску и удилище, подписавшись на блудняк, а затем темный бог, собравшись воедино, шутя его поимел. Но, тем не менее, если передать всю божественную мощь, сидящую сейчас во мне, то личность бога вновь раздробится, и Шайн станет назад собой, пусть и с голосами в голове.
Хороший исход? Замечательный. Только вот божественная сила это, всё-таки, не божественная масса, умноженная на божественное ускорение, это нечто совершенно иное. Нельзя просто так взять и подарить мощь… точнее, можно, но сложно. Одно дело Скарнер, который буквально влез мне в душу, как девица в африканский баскетбольный клуб, причем по контракту, и совершенно другое дело — призрак архимага, который к нашему этому междусобойчику не имеет никакого отношения. И это я молчу про управляемость всей этой дури, а она, знаете ли, такая себе…
— Джо…? — протянула Аранья, когда я, сев на кухне, вцепился зубами в куриную ножку, — Ты чем-то накурился или… действительно стал богом?
— А? Что? — вынырнул я из своих мыслей, проанализировал вопросы гоблинши, а затем протестующе помахал чужой жареной конечностью, — Нет, конечно! Никаким богом я не стал.
— Фух, — выдохнула на полном серьезе бывшая пиратка, — А то мне почудилось…
— Ну, на самом деле, я сейчас обладаю всей силой темного бога несчастий, — вновь ушел я в свои мысли, — но над этой проблемой мы работаем, не переживай.
Кто-то рядом болезненно икнул и, кажется, начал тихо молиться. Да что все какие нежные, это я, всё тот же старина Джо! Что может случиться плохого⁈
Вот именно, ничего.
После завтрака предстояло проведать Кума, успокоить селян и местного барона, убрать свидетельства произошедшей вчера хрени, найти посох и шляпу… всё? Ах да, эльфийка. У нас же была эльфийка!
Как оказалось, осталась. Но не совсем. На двери в жилище остроухой девушки был прикреплен лист, гласивший, что она уехала к дяде, а если кто-то будет шариться по её дому, то вино в погребе, трусы в шкафу, а о еде предстоит позаботиться самому. Сняв с себя довольно заковыристое проклятие, отрастившее мне шикарные рыжие усы на заднице, я уважительно покивал и, дрыгая ногами в штанинах, ушёл домой.
Вы, конечно, можете удивиться моему подходу к жизни. Другой бы пил полгода, умудрившись избежать смерти от лапок разгневанного бога, но для меня это обычный вторник. Не то чтобы я прямо уверен в собственной неуязвимости, отнюдь, дело не в этом. Смертельная опасность довольно быстро превращается в рутину, особенно когда ты много лет учишься её избегать! Опыт не пропьешь, как не старайся, а увиденное не развидишь! К тому же, пока сила во мне, думаю, куда бы я не пошёл, по моим пятам будет красться Лючия, которая убережет меня от чего угодно…
Подзатыльник, сбивший с меня шляпу, был прекрасным свидетельством правильности моих мыслей!
— Какие девочки за мной бегают… — заработал я второй невидимый шлепок, а затем, напялив назад шляпу, пошёл домой. Суккуба в медальоне продолжала сохранять тревожное молчание, а я вовсе не горел желанием нырять к ней в гости, когда любовница буквально дышит в шею…
О, третий. Правильно про богов и их любовь к троице говорят!
Дома меня ждал скандал. Автором, конечно, являлась Мойра Эпплблум, которой совершенно не понравилось вчерашнее светопреставление. Девушка орала, что они с Оззом сюда пришли спасаться от разъяренной толпы ненавистников волшебного племени, а не для того, чтобы их убило фиолетовой молнией во время непонятного катаклизма. Поэтому, если Джо закончил маяться дурью и включит хоть немного соображалки, то поймет, что пока они сидят здесь — рынок в Дестаде уплывает из наших рук. И с этим надо было что-то делать!
Срочно!
Аргумент был вполне аргументным, но блондинка предлагала мне решить их проблемы, упирая на то, что они общие. Сама же она и слышать ничего не хотела об участии в возможной акции усмирения Дестады, объясняя это следующим: «Осел искал тебя — сам и разбирайся!».
Штош, баба с возу — кобыле легче.
Почему бы не заняться чем-то полезным, пока Вермиллион проверяет свои расчеты? Там же не кот чихнул, там передача божественной энергии, причем не за один раз. Сначала мне придётся… гм, сделайте вид, что вы этого не слышали… гм…
…это звучит вообще кошмарно.
Ну ладно, надеюсь, вы поняли, а кто не понял — тому нужно лечиться от испорченности! Так что я пошёл искать изнасилованного быком осла (с моей подачи), чтобы повторить процедуру (как минимум!), а вы тут это. Вставайте на путь исправления.
Направившись в баронский замок за внезапно понадобившимся мне Астольфо, я вспомнил об Аграгиме и его клане. Карлов запросто можно было пропихнуть в Дестаду как надежных посредников для реализации алкоголя, но такими они были бы крайне недолго. Свободный доступ к продукции Побережья Ленивых Баронов, плюс механические мощности — они бы нас запросто заместили, даже с учетом расходов на доставку продукции. Зачем нам такое счастье…
Астольфо оказался в Липавках, причем по очень знакомому мне адресу. Он сидел у Знайды, дул квас и выглядел неприлично довольным, как и девушка, в данный момент занятая жаркой блинов. Проходить мимо я не стал, тоже сел угоститься, а заодно попытался разобраться, что тут происходит. Ничего особенного не вышло, но лица у обоих были неприлично довольные и лоснящиеся. Возможно, от блинов. Впрочем, парень с восторгом согласился на отсрочку в две недели по своему заданию, если поможет мне в Дестаде.
Хорошая сделка.
Переодеться в старье, взлохматить себе волосы, обуть старые стоптанные башмаки. Пара ножей, тщательно спрятанная волшебная палочка, взгляд позлее — и вот, в Дестаде появляются два молодых оборванца. Хоть в банду вступай, хоть хлеб на базаре воруй!
— Сначала мы украдем хлеб, а потом вступим в банду, — поделился я своей ценной мыслью с весьма удивленным таким поворотом своей судьбы аристократом.
— А-а зачем нам в банду? — несмело поинтересовался он.
— Потому что мировая революция неотделима от пролетариата, — загадочно ответил я, начиная загребать ногами в нужном направлении, — Идем-идем. Пока булки свежие.
Украсть хлеб — много ума не надо, а вот украсть правильно, чтобы с погоней, с бросаемыми нам вслед вещами, с бегущими стражниками, с криками и воплями… куда труднее. Тут же дело не в булке, а в том, что надо грамотно сшибить пару прилавков! Вовремя поскользнуться, подставив ножку Астольфо. Плюнуть в мясника. Щелкнуть лошадь в глаз. Нет, вы, как хотите, а настоящее представление — это всегда искусство!
А искусство что? Правильно, требует жертв! Вообще все хорошие штуки требуют жертв, я вам прямо ручаюсь. Красота, здоровье, искусство. Куда не плюнь. Не мир, а какая-то яма с демонами, но поверьте, вам вовсе не обязательно их приносить из собственного актива. Побочные тоже пойдут. Но надо уметь!
Я умел.
— Отдышись, отдышись… — заботился я вслух об Астольфо, который, видимо, всё-таки пережрал блинов, — Приди в себя. Сейчас я тебя проклинать буду.
— Ах… ых… ш-то⁈ — вытаращил глаза красный запыхавшийся вьюнош.
— Будешь у нас жертвой волшебника, — уведомил я его, прикидывая, чем лучше приложить, — Это обеспечит тебе быстрый карьерный старт. А я так, побуду в твоей тени…
— Не надо! — сделав страшные глаза, шепотом попросил меня падаван, принимая всё более бледный и бледный вид.
— Надо, Толя, надо, — веско покивал я, суя подмышку ворованную булку и вынимая волшебную палочку, — Не бойся, больно не будет…
Интерлюдия
Наталис Син Сауреаль, несмотря на своё специфическое прошлое, была эльфийкой очень здравомыслящей и прагматичной. Можно сказать, что интуитивно прагматичной, так как с младых ногтей оказалась в позиции изгоя, чье общественное положение держится на очень слабом волоске. Особых бед, кроме весьма сомнительного мудреца-учителя, это ей не принесло, но жизнь в постоянном напряжении и ощущении собственного бессилия — сама по себе служит неплохим уроком. Так что да, интуицию она себе отрастила будь здоров!