Харитон Мамбурин – Джо 3 (страница 36)
— Хмпф! — возмущенный фырк Саломеи закончил эту трагикомическую сценку.
Мы шли под полными парусами, а за бурлящей водой нашей кормы были видны два спешно удирающих пиратских парусника и лишенный главной мачты корабль, на палубе которого творилось нечто совершенно непредставимое и пробивающее на дрожь. Я горько вздохнул, прощаясь с чудесными очками (которые собирался использовать совершенно иным образом), но затем приободрился, так как знал персону, которая может их повторить. И та персона была мне слегка должна!
Однако, на этом наши сложности не заканчивались, а, можно сказать, переходили на качественно иной уровень. Пятерка запуганных могущественных магов рано или поздно переживет испуг, а вот остальное останется при них. Возможно, возникнет и что-то новое. Например — вопросы.
— Ваши руки обагрены кровью невинных! — богиня, продолжающая пребывать в паршивом состоянии духа, решила высказать всё магам, — Вы многими годами потворствовали душегубам. Когда мою жрицу поймали, ни один из вас не шевельнул пальцем, чтобы ей помочь. Ваше имущество, деньги и… рабы — это лишь малая часть цены, которую я хотела заставить вас заплатить, но он, Джо, убедил меня, что вас теперь достаточно просто отпустить. Гильдия или разгневанные пираты отыщут вас, и вы познаете страх жертвы…
Де юре, богиня не могла что-то предъявлять волшебникам, ибо их не связывали вообще никакие отношения, клятвы и законы. Маги не молились Лючии, и чествовали её только по собственному выбору. Де-факто — было очевидно, что быть пиратом плохо, и что богиня может дать по жопе потому, что она тупо может дать по жопе. Или просто подмигнуть вставшему около неё долговязому эльфу, пребывающему, судя по всему, на стороне этой невысокой золотоволосой девушки, а Эфирнаебаэль может дать по жопе кому угодно.
«Может» — это ключевое слово, а вот «хочет» — именно мне. Чем-то великого мудреца сильно задело мое злоупотребление магии с очками. Но я пока не придавал этому значения.
— Я могу вам кое-что предложить, — выступил я перед пятью не такими уж и молодыми волшебниками, не понимающими, что им делать дальше, — Место, где вас никто не будет искать. Где можно будет спокойно жить и заниматься бизнесом.
— Ты… — взгляд Дориана Баумшторммера блеснул проницательностью и горечью, — Ты говоришь о Пазантразе. Нет. Мы разве что не сдохнем от голода в этой дыре. У нас есть связи и…
— А что, если я скажу, что большинство гоблинов в Пазантразе скоро станут волшебниками? — поднял я бровь, — И, при этом, никому не служа?
Это заставило мага подавиться воздухом. Гоблин-волшебник никак не тянет на человеческого мага-волшебника, но является далеко не тем существом, которое можно игнорировать.
— А что, если я скажу, что в Пазантразе сейчас строят возгонные цеха, ничуть не уступающие таковым в Аркада Порта? — купил я с потрохами Аюмшанка Живую Ногу.
— Если скажу, что никакого начальства в городе нет и что эту вакансию гоблины с радостью передадут опытным волшебникам? — следующий крючок.
— Снабжение через меня со всего Побережья Ленивых Баронов под лицензией самого графа?
— Рынок сбыта в виде Дестады, крупнейшего порта мира?
— Абсолютно безопасная, легальная и праведная жизнь?
«Отними у человека всё, верни треть — и он будет благодарен тебе по гроб жизни». Этот урок я своему юному падавану преподам как можно позже, чтобы он не применил его на мне!
В общем, через пять минут все пять волшебников уже пылали энтузиазмом погрузиться в сырую бездну гоблинских подземелий, Эфирнаэбаэль ныл на ухо Саломее, желая вернуться к своим старым эльфийским друзяшкам, пираты продолжали обслуживать корабль, а я, встав у штурвала, вдохнул свежего морского воздуха, уставившись за горизонт. Где-то там, вдалеке, среди камня, золота и благолепия… был мой кот. Я помолился Лючии, чтобы та удержала его там как можно дольше.
Божественное животное наконец-то оказалось на заслуженном месте.
///
Золотисто-сияющий кот сидел посреди роскошно убранной комнаты на мягчайшей подушке, прихотливо вышитой золотыми символами богини Лючии. Помещение просто поражало натащенной в него роскошью, а на специальном столике, весьма, кстати, широком, стоял превосходный набор блюд, способный удовлетворить самые изысканные кошачьи вкусы. Великолепие этого натурального рая омрачалось лишь несколькими несущественными мелочами, вроде того, что сквозь небольшие щели сюда поступал свежий воздух, несущий не только жизнь, но и постоянные славословия людей своей богине. Вторым нюансом можно было назвать совершенную невозможность покинуть помещение.
В общем, жить можно. Но не хочется.
Шайн прекрасно отдавал себе отчет, что иногда совершает непродуманные, импульсивные поступки, несущие за собой совершенно непредвиденные последствия. Обычно его в таких случаях выручал Джо (или просто пытался спастись, унося с собой Шайна), но вот в последний раз Лунный кот дал маху как никогда. Он, перепугавшись моментального возмездия со стороны хозяина, запросто выкинувшего бы кота в море, решил
Дал маху.
Теперь сидит перекрашенный, лишенный дара речи, в тюрьме посреди главного храма, а молитвы выедают ему мозг!
Кот закрыл уши лапами и попытался отрешиться от происходящего. Шансы, что Джо заступится за него, либо придёт выручать, были ниже нуля. Молиться Лючии было бесполезно, Шайн великолепно знал, как боги придерживаются своих слов. Сказала, что он будет здесь, пока его удерживают? Значит, будет.
Всё, он попал. С концами. Его будут кормить, убирать дерьмо, но, судя по тому, как заносили сюда вот этот вот столик со жратвой, местные жрецы не только туго знают, как охранять пленников, но также соображают и в волшебстве. По крайней мере, ему точно не стоило пыхать магией в попытках вырваться от схвативших его людей, но увы, и это произошло. Теперь они все знали, что кот, подаренный богиней, на кое-что способен.
Наверное, поэтому они и запихали его аж сюда.
Шайн тоскливо огляделся. Подушки, диваны и прочие пуфики сюда занесли уж потом, после того как притащили его, а в остальном комната была совершенно безынтересна. Круглая, каменная, ничего тут нет, кроме пуфиков, еды, круглости и камня. Совсе…
…мяу?
Поднявшийся с места кот подковылял к стене, начав её разглядывать куда внимательнее, чем ранее. Здесь не лежала кладка, а был барельеф, причем очень и очень странный. Если на обычных барельефах изображены драконы, боги, драки людей и прочая глупость, то тут кто-то тщательно и глубоко выгравировал изображения предметов. Книги, лежащие на полках, черепа странных существ, холодное оружие и даже какие-то предметы одежды. Чуть отдельно была вырезана полка, на которой красовалось аж пять разных корон! Странно.
«Как же они называли эту комнату?», — задумался Лунный кот, прохаживаясь вдоль стены, — «Великая Кладовая Запретов? Хм, как-то так…»
За его задранным хвостом, демонстрирующим, что настроение уже дважды божественного животного пока не такое уж и отвратительное, в воздух поднимался еле-еле заметный фиолетовый дым, исходящий из пяти стоящих в самом краю полки книг, которые тут появились совсем недавно.
Это был не совсем барельеф.
Лючия была не совсем в курсе, где собираются хранить Шайна, животное, созданное богом совпадений.
Мир был совсем не в курсе, чем ему грозит ошибка богини.
Но все было впереди.
Глава 17
Великий притворщик
Итак, оно свершилось. Преступный конгломерат морских негодяев получил колоссальный урон. Его перессорившиеся члены сцепились между собой, волшебники, осуществлявшие крайне важные функции, исчезли, а Адмирал погиб, брошенный в магической аномалии своими убегающими товарищами. Урон авторитету организации нанесен катастрофический, Аркада Порта обречена на очень серьезный кризис, из которого может и не выйти.
— Твоё задание исполнено, — улыбаюсь я, глядя в глаза прекрасной девушке, с которой мы делим каюту корабля, который бодро рассекал спокойные морские волны.
— Всё прошло идеально, — не скрывает улыбки и она, демонстративно потирая лодыжку, на которой еще остались несколько точек от укуса котяры (все попытки заставить меня извинительно целовать пораженное место — потерпели тотальный крах).
Пришло время каждому получить заслуженное… или не очень. Бывшие маги-пираты отправятся в Пазантраз, а местный башенный волшебник, оказавшийся перед выбором «сдать отступников или наконец получить шанс на нормальную жизнь», обязательно примет правильное решение. Купец Эпикреней получит бывший флагман Кастрея шон Баррака, Ледяной Головы, огромный корабль по имени «Громорожденный». Разумеется, не просто так, как мы с ним договоримся, но получит. Что же касается меня…
Кисти рук богини в теле смертной лежат на моих ладонях, из-под них бьет яркий свет. Когда действо прекращается, то на коже у меня остаются два золотых круга, испещренные сотнями едва различимых символов. На моем лице появляется удовлетворенная улыбка.
— Ты сам-то понимаешь, что это, — слегка подуставшая девушка сдула прядь волос, упавшую ей на лицо, — может не предоставить тебе ничего, кроме потерь? Кроме того, оно теперь бессмысленно.
— А это не так уж и важно, — ответил я, продолжая разглядывать знаки, — Не я пришел к тебе на помощь, Лючия, это ты решила явиться туда. Было бы неправильным просить у тебя что-то другое…