Харитон Мамбурин – Джо – 1 (страница 16)
— Во всём ты ищешь логическое объяснение… — ворчит Шайн, — А поступаешь при этом, как идиот!
— Кто бы говорил. Ты несколько часов назад пытался меня угробить. Причем, являясь моим фамильяром. То есть, либо ты бы сдох сразу со мной, раз мы делим одну душу на двоих, либо остался бы в теле кота, в котором смог бы жить и соображать только рядом с другими волшебниками. Как ты думаешь, Шайн, многим ли нужен такой кот как ты?
Он некоторое время шел за мной молча, а затем, всё же, нехотя буркнул:
— Не удержался я. Уж больно шанс хороший был.
— Какой шанс, Шайн? — хмыкнул я, — Почему ты думал, что это магия должна взорваться и меня убить⁈
— Иди в пень! — окончательно смутился и разозлился кот, — Быть твоим фамильяром — это еще хуже того, что было раньше! Я чешусь, вынужден умываться, пить, жрать, срать… не тогда, когда я этого хочу, а регулярно! А еще меня тянет к кошкам! К простым животным! Мне их приходится топтать, приходится драться с другими котами! Доволен⁈ У меня депрессия, Джо!
— Угу, и ты назначил меня виновником своих бед, — хмыкнул я, — просто потому, что сам не разбираешься, что тебе нужно от жизни.
— Ты это так видишь⁈
— Ну да, ты же провёл пять лет в
Шайн совсем не дурак, уверяю вас. Но он животное, со всеми вытекающими последствиями. Точно такими же, как окружающие меня педестрианы волшебного города, идущими по своим делам. Они не люди, их разум не человеческий, но достаточно близок к нашему, чтобы сосуществование было возможно. А вот Шайн сосуществовать просто так не может, он просто кот с манией величия. Паразит человеческой цивилизации, можно сказать, только чересчур умный, чтобы его это устраивало.
— Кот не может написать стихи, нарисовать картину, создать статую, — вслух рассуждал я, огибая скрюченную бабушку-мышку, тащащую куда-то мешок капусты, — Но подумай — а обязательно ли тебе быть котом? Может, мы попробуем изменить тебе парадигму бытия? А ты, изменившись, перестанешь быть занудным и бесполезным куском шерсти, а станешь ну… кем-то лучшим. Кем угодно. Вот, например, смотри…
В булочной, где на крошечном свободном пятачке хозяин устроил три столика со стульями, на одном из них сидел весьма представительно выглядящий коточеловек, аккуратно расправляющийся с поздним завтраком в виде хлебобулочных изделий. Его внешний вид отличался от имиджа какого-нибудь клерка девятнадцатого века лишь наличием длинного хвоста, морды и усов.
Шайн воспылал и ринулся общаться. С последним у нас сначала не получилось совершенно, потому что коточеловек, хоть и с интеллигентным видом, но наотрез отказывался поверить, что «этот фамильяр разговаривает и может мыслить, не нужно таких шуток, господин волшебник!», однако, кое-как, но мы сумели его убедить, что мой взъерошенный от нетерпения кот вполне настоящий. Короткая беседа таки состоялась, мой пушистый друг оказался снабжен необходимыми сведениями.
— Пф, восемьдесят лет жизни… — бурчал Шайн, вновь топая за мной, — Курам на смех! Но это лишь у потомков… Хм.
— Видишь, фамильяры действительно могут принять человекоподобный образ, — довольно кивал я, — у могучих магов, правда. А затем даже размножаться. Так что у тебя есть надежда! И у меня тоже есть! Ладно, потом договорим, пора приниматься за дело!
Как вы думаете, чего волшебнику Джо не хватает прямо сейчас, срочно и немедленно? Пищи насущной? Ночлега? Кирпича с веревкой, чтобы утопить кота? Отнюдь.
Мне нужна была одежда.
Твой прикид — это основополагающая, базоформирующая штука, без которой невозможно нормально общаться с любыми разумными. У нас тут не двадцать первый век, в котором миллиардер может разгуливать в рваных джинсах, да и его миллиарды бы тут не котировались достаточно. Статус, имидж, всё это обязано быть подчеркнуто и донесено до возможных собеседников и партнеров, в обязательном порядке. Будь я адекватно одет — коточеловек не стал бы морщиться, общаясь с Шайном, но увы, на мне была роба и шляпа, довольно бедненькие на вид. И пусть эта роба и эта шляпа обеспечивают защиту не хуже рыцарского доспеха, они любому вменяемому существу говорят о том, что перед ним — очень бедный и совершенно непривлекательный для ведения дел или разговора волшебник. Начинающий.
Через пару часов я выходил из лавки портного, бывшего человеком-лисом с тремя феями на подхвате, одетый куда более представительно, чем в робу выпускника Школы Магов. Белоснежная рубашка тонкого полотна, жилетка из темной плотной ткани, черные и простые, но, всё-таки, брюки, а также совершенно безыскусный ремень в них, тем не менее, хорошего качества. Нашедшийся неподалеку сапожник хотел содрать с меня больше монет за неплохие городские ботинки, но быстро понял, что имеет дело не с фраером, поэтому сбавил цену до нормальной. Ниже опускаться он не захотел ни в какую. В итоге, приведение себя в человеческий вид стало мне в два с половиной золотых. Приличные деньги, но так мало вышло из-за того, что всё, что я купил — было не заколдовано. Иначе бы ценник взлетел в восемь раз.
— Что-то дороговато… — с сомнением заметил я Шайну, когда с приведением себя в божеский вид было покончено.
— Ты сам сказал, что в Мифкресте мало волшебников, — фыркнул кот, — хотя знаешь, не удивлюсь, если узнаю, что эти хваленые Мастера, особенно алхимики, быстро становятся похожи на магов башен! Только не тупеют, а застревают в своих колбочках и котлах, разучиваясь накладывать заклинания!
— Устами котёнка глаголет истина, — кивнул я. Профессиональная деформация — без неё никуда. Я неоднократно варил зелья на уроках, затесавшись в группу Мастеров, и могу сказать, что процесс этот долгий и вдумчивый, требующий очень бережного и кропотливого дозирования магии. Как, впрочем, и создание качественных заколдованных вещей. Вот я, к примеру, без особых проблем наложу сегодня парочку-тройку полезных заклинаний на свои шмотки, но они будут простенькими и грубыми, а держаться и работать будут за счет того, что вещи будут находиться на излучающем магию мне. Создание же полноценного волшебного предмета требует куда более вдумчивый и тонкий подход! Ну, как и в случае башни, да.
Выйдя на окраину города, чуть ли не под самую стену, из-за которой слышался шум прибоя, я начал искать в этом бедненьком районе временное жилище. С этим проблем не возникло. За один серебряк в сутки я снял мансарду у многодетной оленихи, к которой меня направил одноглазый волк довольно прохиндейского вида в обмен на кружку пива. Сама женщина-олень, владелица здания, не промышляла сдачей в аренду этой небольшой комнатки, но узнав во мне волшебника, даже попыталась заселить бесплатно.
— Вы только поколдуйте что-нибудь вечером, господин маг! — просила эта худощавая дама по имени Смирель, — Чуть-чуть хотя бы! Детям будет полезно!
— Никаких проблем, — улыбался я, — Как приду, так и поколдую. Да и сейчас нужно немножко…
— Ой! Дайте мне немного времени, я соберу детей под комнатой! — тут же всполошилась она.
Мда, а вот это мне уже не нравится, хотя, чувствую, я еще долго буду познавать этот удивительный, волшебный и добрый мир, в котором то и дело из теней и закоулков выглядывает какая-то пронзительно понятная старому доброму Джо циничная жопа!
К примеру, ответ на вопрос — чем может зарабатывать себе на жизнь население целого острова, когда тут ни полей, ни шахт, ни орбитального лифта к астероидам, ни компуктеров с интернетом, чтобы все эти лисо-волко-обезьяно-вороно-свиньелюди могли зашибать деньгу на удаленке?
Все ответы были там, за пределами мансарды, ну еще, может быть, в голове у весьма мне благодарной оленихи Смирели, но я, посчитав, что она никуда не денется, вышел обратно в люди. Двенадцать золотых мне настойчиво рекомендовали озаботиться увеличением их количества. Немедленно!
Зачаровав свою одежду и оставив во временном жилье кота сторожить робу (спать на ней), я вышел в этот огромный и прекрасный город, намереваясь как следует покопаться в его подбрюшье. Старина Джо, тот еще пронырливый тип, ведающий все возможные пути мошенничества, подлога, воровства и контрабанды, выходил в свет, имея твердую цель найти для себя легальный способ обогащения. Старые ухватки в этом мире и жизни точно не сработают, учитывая, что узнать, где я живу, способны очень многие, а рисковать, чтобы подломить банк в мире, где существуют бесчисленные заклятия самого разного назначения… ну, идиотизм же?
Вот именно.
Как оказалось, жители Мифкреста, даже те, чья мораль гнулась под малейшим ветерком, придерживались того же мнения. Город был не просто образцово законопослушным… он был
Рухнув на кровать, я застонал, вспомнив, что обещал еще поколдовать вечерком. Ноги и руки отваливались, голова вспомнила, что сегодня с утра перенапряглась, а теперь гасила лампочки одну за другой, намекая, что этот поезд никуда не поедет. Поедет! Но я еще полежу и пострадаю. Вслух, чтобы не заснуть.
— А что ты хотел? — разместившийся у меня на животе Шайн был недоволен потерей лежанки, — Сам же распинался, что магическим созданиям необходимо жить рядом с волшебниками. Вон как олениха тебя сегодня просила. Почему? Потому что все в этом городе работают на Гильдию Магов и, что еще хуже для тебя — работают головой, а не лапами.