Харитон Мамбурин – Блин комом (страница 11)
Подпускать воздухоплавателя к кораблю желающих, как и дураков, не нашлось. Эйнинген вылетел на своем левитаторе к шару навстречу для проведения переговоров, а я с удивлением увидел в коротеньких ручках Умного Ежа один из фирменных копьепосохов нашего оружейника. Некромант, заметив мой взгляд, криво усмехнулся и пожал плечами.
— Мне эти игрушки не нравятся, но надо отдать должное нашему капитану — они куда мощнее любого быстрого заклинания, — поведал он нам, беря разноцветный пузырь нежданного гостя на прицел.
Вернувшийся Эйнинген начал нервно расхаживать по палубе и грызть ногти. В кратких выражениях он объяснил нам, в чем дело — «Экселенцу» задержали местные власти. Полностью легитимно — из-за одержимого владельца судна. Пока ведется следствие, но сеньора Метеорру должны будут казнить по истечению трех суток, а потом, по его воскрешению — оштрафовать. Все это время воздушный цирк проведет прикованным к поверхности Пана, как собственность одержимого. К нам циркачи послали воздушный шарик по просьбе уводимого в полон Метеорры — без каких либо надежд на вмешательство с нашей стороны, эдакая куртуазность.
— Эдвард, мне кажется, что сейчас самое время объяснить всей команде твою заинтересованность в несчастном цирке и его благополучии? — вопрос был озвучен Светланой при молчаливой поддержке остальных трудящихся, за исключением Киры. Последняя настолько глубоко ушла в себя, что мне пришлось занести закоченевшую девушку в ее каюту.
Маг-оружейник медленно обвел взглядом нашу гоп-компанию, о чем-то подумал, сам себе кивнул и пригласил всех следовать в крошечную кают-компанию «Феи», где и расстелил на столе карту Пана с отметками нашего маршрута.
— Господа, как вы можете заметить, наш конечный пункт — это архипелаг Вилья-Аммори на севере Ша’Кара. Именно там нас и ожидает конечная цель экспедиции — несколько скалистых островов. К моменту прибытия в конечный пункт назначения нам крайне желательно усилить нашу боевую мощь до возможного максимума. «Экселенца», несмотря на свою медлительность и неудобство, располагает прекрасно оборудованными мастерскими, которые я могу использовать совершенно бесплатно. Как понимаете, тот камень, что я хочу найти в процессе нашего путешествия, был бы чрезвычайно полезен нам… для извлечения материальных благ. Но! Без мастерских цирка…
— На Ша’Каре не найдется хороших артефакторных мастерских? — тут же задал вопрос «Брюс».
— Найдутся, но, увы, откажутся иметь с нами дело. Все до единого, — отрезал Эйнинген и тут же пояснил, — Видите ли, среди моих коллег есть одно неписаное правило. За обработку небесных и горных камней принято расплачиваться оставшимися осколками и пылью, которые представляют для мастеров высокую ценность. На это я пойти не могу. Эти самые гипотетические осколки, как и мои услуги по превращению их в нечто полезное — обещаны Кирну.
— Откуда у циркачей на борту их развалюхи могла взяться мастерская твоего уровня? — влез въедливый «Брюс».
— С моей помощью, — ответ был дан сухо и холодно. Блондин явно не горел желанием распространяться на эту тему.
— Итак, — решил подвести итог я, — Мы не сможем вырвать Метеорру из лап правосудия. Как насчет того, чтобы уговорить его временно передать руководство над цирком кому-то другому?
— Он одержим и пребывает в сознании лишь с дозволения паразита. Система может просто не зачесть передачу собственности, — Эдвард продолжал наносить вред своим ногтям.
— Ну, тогда нам остается только плясать, от чего есть, — пожала плечиками Аливеолла.
Умный Еж, не проронивший ни слова за всю дискуссию, лишь сделал извиняющееся лицо, развел руками и вышел. После непродолжительного молчания его примеру последовали и остальные, кроме капитана и меня.
Я думал. Рискнуть? Не рискнуть? Все мои планы на будущее рассчитаны на Эйнингена… Сейчас можно на ровном месте одним шикарным жестом можно стать героем-спасителем ситуации. Отдам ему камень, мы спустимся на «Экселенцу», маг воплотит свою мечту, и мы полетим дальше прямым курсом на «Фее», плюя с высокой колокольни на всех подряд. Прямо к цели. Красивое решение, если не знать о том, сколько этот чертов булыжник стоит.
Пока я молчал, оружейник решил отвлечься на небольшую лекцию:
— С самого Начала множество камней были испорчены. Нашедшие их счастливчики отдавали драгоценности в обработку мастерам, либо просто размалывали в пыль и добавляли ее в изготовляемую сталь, чтобы получить инструменты, оружие, доспехи с свойством «вечности». Последнее оправдано до сих пор, других применений осколкам пока не найдено… но вот исходный продукт…
— Как оказалось, — глаза блондинистого «девочка» мечтательно блуждали по потолку, — огранка и шлифовка этих камней посторонним умельцем дает коэффициент полезного действия куда ниже, нежели чем когда за обработку материала берется будущий владелец. Значительно ниже. Да, безусловно, даже ограненный по «стандарту» вечный камень станет огромным накопителем маны и прекрасным инструментом, но это все равно будет забивание гвоздей микроскопом. Огранка и шлифовка с ориентацией на резонирующее ядро мага-ремесленника позволяют добиться результата настолько высокого, что ранее изготовленные камни будут казаться жалкими поделками. Аккумуляторами. Дубиной дикаря.
— Не пойму одной вещи, — решил я задать давно мучающий меня вопрос, — Ты же артефактор с едва ли не мировым именем, на кой черт тебе дополнительная мощь камня?
— На такой вопрос в двух словах не ответишь, — Эйнинген шумно выдохнул и совершенно нехарактерно для себя, шлепнулся навзничь на диванчик. Вытянул перед лицом тонкую руку, чье запястье было едва ли вдвое толще моего указательного пальца, и поболтал ей в воздухе, — Видишь? Тело девочки в предпубертантном периоде. В Начале, когда я только приземлился лицом в Пан, то несколько месяцев горевал о совершенной мной ошибке. Ничтожные физические кондиции, перепады настроения, неусидчивость… Да что я тебе рассказываю! Твое собственное тело и даже раса — воплощение продуманной физиологии новой аватары. Но плюсы и минусы есть у всего.
— Тонкие и упругие энергоканалы, — Эдвард продолжал крутить рукой перед глазами, — Филигранный контроль. Потрясающие возможности для тонких магических манипуляций. Я стал отличным мастером именно из-за этого тела. Но стоит мне хоть чуть-чуть двинуть вперед свои показатели Энергетики…
— Тебе придётся годами возвращать контроль и приспосабливаться к изменившимся параметрам, — кивнул я.
— Именно. Причем, это если мы говорим о незначительном скачке характеристик. Если же скачок будет значительным, к примеру, на все скопившиеся у меня очки, то я полностью утрачу свою квалификацию. Скорее всего — безвозвратно, несмотря на идеальную память. Именно поэтому мне, в основном, и нужен камень. Запечатлеть в нем существующий резонанс ядра — и моё мастерство останется при мне, просто вместо собственного тела я буду использовать камень.
— Как-то это не сочетается с «увеличением боевой мощи команды», — посетовал я, имея вид лихой и придурковатый.
— Ты вот местами вроде умный, а иногда… полный Джаргак, — брюзгливо заметил Эдвард и лежа удостоил меня взглядом уставшей студентки, — Что тебе непонятного в термине «сверхъёмкий накопитель»? Смогу произвести не десяток выстрелов с полного резерва, а пятьдесят-шестьдесят с заполненного камня. Удовлетворительно?
— Более чем, — согласно кивнул я и подбросил в руке «небесный камень покоя». Темно-синий, непрозрачный, овальный, величиной с голову человеческого ребенка. Посмотрев на исполненный Эдвардом Эйнингеном взгляд модели «какающий суслик», я коварно улыбнулся и спросил, — Обсудим перспективы?
Глава 6 Двое в драку, третий…
В полуоткрытый проём заглянул труп с торчащей из головы стрелой. Постояв секунду, бессмертный, явно пораженный своим новоприобретенным состоянием, ввалился в зал и замер на досках. Вслед за первым гостем тут же ввалились еще трое, тут же затащив труп внутрь и захлопнув дверь. «Разбойник», «вор» и… «злодей»? Впервые вижу серебряный преступный класс.
— Здрасти, — вежливо поздоровался я с вторженцами, переключая внимание на себя.
У каждого порядочного супергероя должен быть свой суперудар. У меня был только один, который можно было бы назвать «покарай бабушку», но использовать его часто по назначению жутко не хотелось. Итогом мозгового штурма на протяжении последней недели стала такая лютая банальщина, что я испытывал жгучий стыд еще до того, как впервые применил его на практике.
Когда тебя что-то неожиданно и крепко хватает за подмышки и подвешивает в воздух, быстро среагировать невозможно. За шею? Еще туда-сюда, можно размахивать мечом, пинаться ногами, метнуть что-нибудь, наколдовать. Шеи у бессмертных крепкие. С подмышками дело другое, теряются от такой подлости, да еще и цепями я цепляю вперенахлест, чтобы наверняка. А много ли мне времени нужно, чтобы подскочить к трем растерянным Бессам и вмазать каждому в открытый живот по полновесному орочьему удару, заряженному Ки? Секунда… ну, полторы.
Тела с размолотыми в кашу внутренностями и сломанными позвоночниками лежат на полу.
Да когда же у них Бессы кончатся…
Начиналось все сравнительно хорошо. «Экселенца» села в городской черте, циркачи начали ремонт, Эдвард тут же забурился с полученным камнем в мастерскую и велел неделю к нему не подпускать никого. Но вот в местных реалиях мы не знали ничего, за что и поплатились.