Харитон Мамбурин – Атомная лопата: Лучезарное Завтра (страница 71)
— Ну-у-у… как скажешь, Жора, — с явным сомнением протянула Светка, — Но приглядывай за ним!
— Естественно, — хмыкнул я, протискивая Автобус между двумя длинными и заковыристыми блоками домов.
— И как обратно…
Договорить Светка не смогла — раздался грохот, пробившейся даже сквозь звукоизоляцию. Перед нами, с грохотом и трещинами на дорожном покрытии, образовался контейнер, свалившийся с одного из домов. И плотно перекрывший дорогу.
— Вот придурки, свои же дома рушат… — начал было праведно ругаться я, как меня прервал новый грохот, уже сзади.
— Замуровали, сволочи, — констатировал я, оглядываясь, — Вот не зря я армейских батарей прихватил-поставил, сейчас просто оттолкнём этот контейнер, — попробовал поднять себе и подруге настроение.
Подал Автобус к контейнеру, со скрежетом, грохотом, пробуксовкой, начал его двигать, благо, отвал делал на совесть и повредить наше транспортное средство не опасался. Только вот процесс неожиданно пошёл куда тяжелее, чем можно было рассчитывать. Контейнер определенно не был пустым.
— Тяжёлый, зараза, — весело констатировал я, — Набили камнями какими или еще чем. Видимо, планировали подобное заранее, сукины они, нехорошие дети. Но ничего. справимся… Не понял, — убрал сцепление я.
— Что такое, Жора? — довольно напряжённо спросила Света.
— Встал намертво, — констатировал я.
Снова упёрся, поддал газу — нулевой эффект. И тут Светка, время от времени поглядывающая на дисплей, остальное время оглядывая округу из башенки, крикнула:
— Жор, в щелях — тросы!
Вгляделся я в приоткрываемые между контейнерами щели и констатировал, что Светка стопроцентно права. Эти сволочи не просто уронили контейнер, он ещё был скреплён с обоими домами по бокам толстыми, на десятки тонн на разрыв, металлопластовыми тросами. Да и не одним, скорее всего. И задний контейнер, скорее всего, так же.
— Ну вот же неймётся, уродам, чтоб их подняло и прихлопнуло! — возмутился я такому подлому коварству. — Ну хорошо, — перестал я давить на газ, — Ну вот заперли нас эти казлы мутантские. А дальше что?
— Огонь? — предположила огнемётная Светка. — Зальют горючим чем-то, подожгут.
— Задолбаются жечь, Свет. Металл не расплавят, биофибра покрышек до тысячи двухсот держит. А у нас четыре атомные батареи, турбина. Просто врубим теплоотвод шасси. Нет, это практически не страшно, разве что расплавим по результатам часть отопительно-радиаторной системы Автобуса. Ну не часами же они жечь будут! Не говоря о том, что они и свои дома сожгут быстрее.
— На что им, судя по всему, плевать, — отметила Светка.
— Ну да, психи. И… слышишь?
— Скрип?
— И движение. Они нас раздавить хотят, скоты, — констатировал я.
Видимо, у местных обнаружился второй трактор. И теперь оба контейнера, со скрипом, медленно, двигались на нас. Передний даже немного двигал Автобус назад.
— Выйдет? — обеспокоилась Светка.
— Чёрта с два они армейское шасси раздавят, да и кузов у нас на совесть. Знаешь, что самое обидное? — досадливо ударил я рукой по рулевому колесу.
— Что? — заинтересовалась Светка. — Кстати, на глаза они не показываются, — уточнила она.
— Да понятно, что не показываются, — кивнул я, — Обидно вот что: если бы не эти сволочные тросы, хрен трактор с Автобусом в мощи бы потягался. Мы бы его просто оттолкнули, вместе с контейнером, переселили. Там турбина слабее, батарей всего три…
— Да уж, неприятно, — протянула Светка. — Жор, что делать будем? Раз они нас не жгут… — выразительно недоговорила она.
— Тут контейнеры, нам вообще топлива намного хватит? — задумался я.
— Вообще — нет, — бодро и девично отрапортовала рыжая. — Треть бака уже сожжено.
— Пироманьячка…
— И этим горжусь!
— А поэкономнее было никак?!
— Нет!
— Ну и чёрт с ним. Не лучший вариант, — констатировал я, наблюдая за медленно сдвигающимися контейнерами. — Свет, надо эти тросы рубить к чертям. Иначе мы тут застрянем, чёрт знает на сколько. А, главное, если они сомкнут контейнеры вокруг Автобуса, нас реально будет поджарить: площадь уменьшится.
— Жора, что-то мне начинает это не нравиться. Ты наружу хочешь?
— Похоже на то. СЛУшка с ними в виброрежиме за пару минут справится, да и если ещё есть — перерублю. А то мы тут застрянем, в реальной опасности. И есть варианты получше?
— Я пойду…
— Нет, Свет, пойду я. Броню мы вовремя подготовили, — постучал я по кирасе из бронефибры, — И одень свою. Может выйти придётся, но скорее всего — ты тут нужнее.
— Прикрывать пулемётом и огнём?
— Ну да, толку больше выйдет, если эти уроды появятся.
— Жор, давай, всё-таки…
— Свет, ты СЛУшку в руках держала?
— Только видела…
— Так вот, Света, рубить сталь в виброрежиме — непросто ни разу! Может заклинить, там тросы, металлопласт, Свет, крученый! Отскок может быть такой, что тебя перешибет! В учебке теории на СЛУшку и её использование месяц уходил, не считая практику!
— А почему ты меня не учил?!
— А потому что забыл, балбес я в этом! — возмутился я, — Так тебе проще?!
— Совсем не проще, Жора.
— Ну… простите, погорячился, — признал я, надевая шлем. — Так, Свет, прикрывай, но меня не поджарь, пожалуйста.
— Постараюсь, Жорик, — выдала Светка, — И удачи тебе, — всё же дрогнула голосом она.
— Не киснуть, товарищ Радужная, всё хорошо будет, — посулил я.
Ну… волновался, конечно, да и опасался. Только дурак не опасается, прямо скажем. Но костюм — космотеховский, биофибру я расположил удачно, гель амортизирующую функцию выполняет исправно. В общем, много времени мне не понадобится. Стрелять — будут. И скорее всего — будет больно. Но не смертельно, а других вариантов и вправду нет.
Так что не стал я брать даже карабина. В одну руку СЛУшку, в другую — “гада”, обоймы на гадские поменял, “бронефапочку”, внезапный подарок от кибертоварища, натянул, встряхнулся и сиганул в люк.
И тут же схлопотал пулю, в грудную кирасу. В одно из окон контейнера-третьего этажа дома показался местный скалящийся урод с ОКОм, вроде бы. Больно, как я и ожидал, но пробития нет, а дальше…
А дальше третий этаж залила волна огня. Светка жжёт, хмыкнул я, а сделав пару шагов, получил ещё одно попадание, и тут огнемёт просто залил верхние этажи облаком пламени, аж самому жарко стало. Но уже не стреляли, так что кинулся я к щели между контейнерами, получая, попутно, пулю уже в пузо. Потом еще и еще — местные уже с нижних этажей стреляли по мне, не просто так чтобы больно, но отбрасывая и мешая.
— Достали! — уже всерьез разозлился я, став работать по сволочам “гадом”. Мутанты, получая по пуле в горло, а то и голову, хрипели, плевались кровью, да и просто помирали, исчезая в проёмах окон. Когда попадал, конечно, а с этим были проблемы.
Попадания раздражали, сбивали прицел, но приноровился я быстро, начав и сам попадать по гнусным тыквам. А Светка, переключившись, пошла короткими, по два-три патрона, очередями пулемёта постреливать в нижние этажи, прикрывая меня. Огнемётом-то тут, не спалив меня нафиг, не поработаешь.
В общем, вражеский огонь, вроде, притих. Я отлепился от автобуса, куда меня впечатывало попаданиями из “КАГов”, огляделся, убедившись, что вроде цел. Только отбит как котлета, подумал я, ощутив злобно занывшие места, куда наприлетало. И только сделал шаг, как двери контейнеров-первых этажей распахнулись, и на меня кинулись местные. Здоровые, тощие, они рвались вперед, стреляя на ходу и вновь откидывая меня! Я начал стрелять в ответ, Светка тоже — но эти уроды озверело, почти в полной тишине, всё равно пёрли! Мало того, что мутанты, так ещё психи!
В общем, обойма кончилась, врубил я сапёрку в виброрежим, стал отбиваться и психов пластовать, как вдруг почувствовал резкую боль в предплечье, еле удержав пистолет.
У этих мутантов лишний сустав! На первый взгляд я вроде и в безопасности был, но один из окруживших меня психов вогнал в неприкрытую биофиброй часть на руке арматурину вредительскую! Он НЕ МОГ нанести этот удар, будь он обычным человеком! Я его за опасность в текущий момент, не считал, но лишний сустав позволил этой сволочи нанести удар из невозможного для человека положения! Комбез он мне не порвал. Он ВБИЛ комбез арматуриной мне в руку, сволочь!
Дело резко запахло керосином — на меня навалилась целая куча озверелых мутантов, вовсю пытающихся меня опрокинуть, попутно ткнув чем-нибудь куда-придётся! Один попытался вцепиться зубами в бедро, второй, повиснув на груди, подбирался рукой к горлу…
Так, мне сейчас будет пи…ц, остро промелькнула мысль, и, по-моему, на рефлексе, я обратился к ассистенту.
Боль моментально перестала ощущаться болью, став сведениями о повреждениях, в голове прояснилось, время замедлилось. Пинками откинув напирающих уродов, попутно ломая им кости, я разжал руку, отпуская ядерную лопату, перезарядил ГАДа со страшной скоростью, а потом поймал свою СЛУ раньше, чем она пролетела десяток сантиметров. И вот тут началось.
Я, слегка озверев, резал, рубил, стрелял и пинал тех, кого не мог достать серьезнее. Психованные уроды, просто-напросто заблокировавшие дорогу, выстроенную моей Родиной для нас, для советских людей, умирали один за другим. Кто от обычной пули в лоб, кто распаханный вибролезвием чуть ли не на две части, а кто-то из-за сломанных моим пинком рёбер, проткнувших легкие и сердца. Я уже не думал, не жалел, не пытался найти другой выход, не желал проехать мимо — просто убивал всех этих фанатиков как… тараканов! Сколько смогу и как смогу!