Happalo – Жизнь - только держись! (Шаг второй) (страница 26)
- Лалиса, - обратился ко мне Антуан на английском, - как же ты выросла! Поднимись, пожалуйста. Я хочу рассмотреть тебя получше.
Пришлось подниматься.
- Когда я видел тебя последний раз ты была совсем крохой, - разглядывая меня как манекен в витрине магазина продолжал говорить Антуан. – Какая же ты красавица!
Попросив меня обернуться вокруг своей оси, старый знакомый отца видимо вспомнив про СонМи обратил внимание и на неё.
- Бог мой! А это должно быть СонМи?
Онни смущённо улыбнулась и тоже поднялась.
- Просто невероятно!
- «Дурдом какой-то! Чё вообще происходит?» - пытался я осмыслить начавшуюся движуху.
- Простите, госпожа Ким, - повинился ТоЮн перед Пакпао, приблизившись и кивнув на товарищей. – Мои друзья. Они…
- Перестань, ТоЮн, - остановила бабуля мужчину. – Они русские. Можешь мне ничего не объяснять. Я сама наполовину русская. И поверь мне видела ещё и не такое.
- Ещё раз извините, - всё же попытался попросить прощения ТоЮн, чувствуя себя довольно неловко.
- «Интересно, а если сейчас схвачу печёнку рукой и затолкаю себе в рот это вообще кто-нибудь заметит?» - думал я, бросая взгляды на кусок одного из внутренних органов невинно убиенной животинки.
Глава 9
Место действия: ресторан отеля The Plaza Seoul
Время действия: время ближе к вечеру
По итогам дискуссии к нам за столик передислоцировались деятели культуры плюс один совсем не пацифист. Пока все определились с местами посадки, пока расселись, затем Семён Владленович приготовился к исполнению местное бессмертное творение какого-то Стейна. Имя я так и не запомнил. Да и пёс с ним! Я если честно думал, что меня оставят в покое хотя бы на пару минут. Но куда там? Заставили подняться и подойти поближе к инструменту, за который величественно уселся «даритель». Семён Владленович ещё раз прошёлся по клавишам после объявления и наконец начал играть. Я стоял, рядом немного облокотившись на инструмент и молча слушал то, что играл мастер. А то, что этот человек является виртуозом в этом деле у меня не осталось ни малейших сомнений. Мелодия показалась мне отдалённо знакомой и пока Семён Владленович играл, я мучительно пытался вспомнить на что это похоже.
- «Ведь точно было что-то на моей земле? Что-то такое же пусть и не совсем, но очень близкое к этому произведению по звучанию.»
Тем временем музыка лилась, заполняя собой всё пространство ресторана и наполняя его какой-то свежестью и радостью бытия.
- «Просто удивительно!» - думал я, разглядывая как нежно касается клавиш пианист.
В какой-то момент исполнения Семён Владленович прикрыл глаза, и уже сама музыка вела его. Она несла исполнителя по волнам. Только когда мужчина закончил играть, я наконец вспомнил какое произведение эта мелодия напомнила мне.
- «Ну конечно! Вот безголовый! Как же можно было забыть? Это же почти что Клод Дебюсси и его нетленная Clair de lune. Прямо фантастика какая-то!»
Из зала послышались аплодисменты и одобрительные негромкие слова на разных языках. Видимо не я один являлся здесь искушённым слушателем.
- Semplicemente fantastico! (Просто великолепно! – Итальянский)
- Es war unglaublich! (Это было потрясающе! – Немецкий)
- Unbelievable! It's just incredible! (Невероятно! Просто невероятно! – Английский)
- Спасибо большое, Семён Владленович, за такой удивительный подарок, - вполне искренне улыбнувшись поблагодарил я исполнителя. – Вы потрясающе играете!
- Я рад, что тебе понравился мой подарок, девочка, - поднявшись со своего места и раскланявшись невольным и вольным слушателям ответил мужчина и мы уже было собрались идти за свой столик как подала голос СонМи.
- Лалиса, а сыграй что-нибудь своё, – стоя хлопая в ладоши предложила онни и бросила взгляды на родню, ища у нах поддержки.
У Семёна Владленовича в удивлении приподнялись брови, и он с лёгким недоверием посмотрел на меня.
- «Вот ведь зараза! Да это ж подстава!» - думал я, глядя на сестру застыв на месте как соляной столб. – «Блин, а чего народу то так много?»
Пока маэстро исполнял произведение давным-давно усопшего композитора людей в зале ресторана и правда прибавилось. Не то чтобы яблоку негде упасть, но всё же их стало значительно больше.
- Да, внученька, сыграй для нас! – подключилась Пакпао, предварительно толкнул сына локтем, чтобы он обратил внимание на именинницу, оторвавшись от беседы с Антуаном.
- Просим!
- Просим!
Полетело из разных уголков ресторана, а я всё ещё находился в зависшем состоянии. Тут мне на помощь пришёл Семён Владленович.
- Не волнуйся, - зашептал он, наклонившись к моему уху. – Я тоже волновался, когда первый раз выступал перед публикой.
- «Да не в этом дело!» - покосился на мужика. – «Причём тут волнение? Просто онни – зараза!» - додумывал я, уже усаживаясь на стул. – «А что сыграть то? Я кое-что, разумеется, уже откатал до более или менее приличного уровня, но выбор у меня невелик. Да и выступать после такого исполнителя в любом случае сложно. Чёрт! Ну хоть рука более или менее работает уже. И то хлеб.»
Тем временем за столиком.
- Как думаешь, хальмони, что она исполнит? – наклонившись поближе задала вопрос СонМи.
- Не знаю, но полагаю получиться у неё не хуже, - очень уверенно ответила Пакпао и обратила всё своё внимание на младшую внучку.
ХеМи сидела ни жива ни мертва. Женщина сильно разволновалась, когда услышала предложение старшей дочери.
- «А вдруг у неё не получиться?» - думала она, глядя на Лалису, нервно теребя салфетку. – «И что она вообще может сыграть?»
- Твоя дочь играет? – спросил Антуан обращаясь к ДжэУку.
Мужчина не торопился отвечать. Он сам слегка нервничал. А я сидел в этот момент за пианино и мучительно соображал, что же мне сыграть?
- «Что-то очень сложное? А я смогу? Чёт не уверен в этом если честно. Совсем простенькое тоже не стоит. Мне, конечно, это простят. Скажут: ну, что ещё можно было ожидать от мелкой девчонки? Чёрт! Онни - зараза!»
- Просто сделай глубокий вдох, а затем медленно выдохни, - прозвучали рядом с моим ухом успокаивающие слова, сказанные Семёном Владленовичем.
Я так и поступил, отбросив все ненужные мысли в сторону, а затем опустил руки на клавиатуру. Почувствовав знакомый холодок лакированных клавиш, невольно улыбнулся.
Семён Владленович стоял и наблюдал как нерешительность, только что глодавшая девочку, исчезла. Лалиса коснувшись клавиш улыбнулась и повернувшись к мужчине неожиданно озорно подмигнула.
- «Замечательная девочка», - подумал Семён и приготовился слушать.
Нет, он не завышал ожиданий. В конце концов это не первый ребёнок на его жизненном пути, что готовится исполнить на пианино какую-нибудь композицию. Все они вели себя одинаково. Кто-то нервничал и переживал больше, кто-то меньше, но так или иначе все они волновались.
Большая часть присутствующих в зале людей стали возвращаться к своим разговорам. Некоторые из привлечённых игрой мастера потянулась на выход и в этот момент зазвучала удивительно лёгкая и такая жизнерадостная мелодия, что все без исключения обратили свои взоры вновь туда, где находилось пианино.
(Звучит: Yiruma - River Flows in You)
Лалиса играла полностью увлечённая процессом и лишь одна деталь отличала её в данный миг от Семёна Владленовича, на лице девочки играла жизнерадостная улыбка. Она была настолько погружена в процесс, что не заметила, как приоткрылся рот у её соседа, а в зале наступила абсолютная тишина. Мелодия лилась и лилась, наполняя всё вокруг теплом и светом.
- Oh, mon Dieu! (О, мой бог!) – произнёс кто-то еле слышно по-французски.
По всей видимости это был Антуан, удивившийся не меньше остальных. Им ТоЮн сидел и не верил своим глазам и ушам.
- «Как?» - думал мужчина, поставив свой бокал на стол. – «И что это за композиция? Я её раньше не слышал. Стоп!» - резко оборвал он свои размышления. – «Всё потом, а сейчас лучше просто послушать.»
А девочка всё играла и играла, не замечая ничего вокруг себя. Но рано или поздно всё подходит к концу. Вот и эта мелодия подошла к своему логичному завершению. Когда в тишине угасла последняя нота никем ещё не слышанного в этом мире произведения Южнокорейского автора в зале на короткий миг установилась абсолютная тишина.
Семён Владленович стоял молча и рассматривал свою новую знакомую, которая сильно удивила его сегодня. Девочка опустила руки на колени, а затем повернув ладони вверх начала их рассматривать.
- «Удивительно! Так хорошо у меня её ещё не получилось исполнить ни разу», - думал я, глядя на маленькие ладошки. – «Нет, я само собой старался достичь необходимого уровня, но тут прям вообще шикарно вышло. Странно как-то?»
Затем я посмотрел на Семёна Владленовича и увидел на его лице одобрение. Мужчина одними губами проговорил: браво! И тут же зал ресторана взорвался выкриками и аплодисментами. Поднявшись, я обернулся и поклонился благодарной публике. Найдя взглядом, семью о которой так долго мечтал не удержался и губы сами расплылись в улыбке.
- «Мои первые аплодисменты, которыми одарили меня совершенно незнакомые люди», - размышлял я, двигаясь в сопровождении Семёна Владленовича за наш уже общий стол. – «Приятное чувство, чёрт побери!»
- Это было очень красиво, Лалиса, - садясь на своё место услышал слова Пакпао.
- Да, дочка. Просто изумительная музыка, - поддержала ХеМи свою свекровь.