Happalo – Нет покоя в "корейских лесах". (Шаг третий) (страница 63)

— Чего это с ней? — шёпотом поинтересовался ДжэУк и указал взглядом на матушку, остановив отца в момент открытия багажника.

— Если честно… не имею ни малейшего понятия, — столь же тихо ответил СуХён. — Сам никак не пойму… С утра была в прекрасном расположении духа, а сейчас…

— Откройте наконец этот багажник… — простонала ХеМи, руки которой оттягивали не такие уж и лёгкие пакеты.

СонМи, после предложения высказанного Пакпао «скататься за покупками», сразу всё поняла и «свинтила» по-быстрому из дома, бросив маму на «амбразуру» переноски тяжестей. Разумеется, сей поступок она мотивировала давними, чуть ли не столетними, договорённостями с друзьями.

— … У меня руки сейчас отвалятся.

— Извини, дорогая! — покаялся ДжэУк.

— Прости, невестка! — виновато улыбнулся СуХён и открыл-таки багажник.

Когда пакеты были сгружены внутрь, и все уселись по местам, Пакпао подала голос:

— Чего так долго возились? Я вся замёрзла, — проворчала бабушка и махнула рукой в сторону приборной панели: — Включи обогрев сидений, сын! Невыносимая холодина.

— Сейчас «включу», мам. Не переживай! Модель хоть и не новая, — ДжэУк похлопал рукой по пластиковой поверхности панели, — но сделана качественно. Быстро отогреешься.

— Быстрей бы уж… — поёжилась Пакпао, получше запахнувшись в только что приобретённое зимнее пальто. — Никак не привыкну к местной погоде.

— Ты столько лет здесь прожила, дорогая, и всё равно ворчишь каждый раз, как мы оказываемся тут зимой, — насмешливо глянув на сына, подключился к беседе СуХён. — Неужели до сих пор привыкнуть не можешь к холодку?

Надо сказать, что на улице сейчас даже не минус, а всего-то пять градусов плюса, но даже эта температура для теплолюбивой бабули российско-тайского происхождения, прожившей большую часть жизни в «тепличных» условиях Бангкока, практически невыносимая холодина.

— «Холодок»? — покосилась на мужа Пакпао и раздражённо произнесла: — Да, это практически сибирские морозы! Скажет тоже… «холодок».

ДжэУк завёл мотор, и автомобиль плавно двинулся с места, объезжая припаркованные на стоянке машины, выбираясь на дорогу. Беседа на тему «холодов» и их восприятия некоторыми присутствующими с «подачи» СуХёна была продолжена. Надо уточнить, что произошло данное событие только после того, как сидение под Пакпао нагрелось, и она несколько «оттаяла», как в прямом, так и переносном смыслах этого слова.

— Всё равно не понимаю… — задумчиво глядя вперёд по ходу движения, проговорил СуХён.

— Чего тут непонятного-то? — с благодушием в голосе спросила Пакпао.

— Да, просто… понимаешь. Взять хотя бы твоего отца. Он всю жизнь обливался ледяной водой, — от этих воспоминаний поёжились все, даже говоривший СуХён. — А тебе стоит попасть в чуть прохладные условия и всё… Мёрзнешь, будто действительно оказалась в Сибири.

— В этом вопросе я в маму пошла. Ты же помнишь, что и она не переносила холод.

— Ну да, — улыбнулся СуХён. — Особенно это было заметно на нашей свадьбе…

Пакпао улыбнулась ещё шире, припомнив тот день.

— И пиджак, что отдал ей твой отец не помог. Она стояла и дрожала, словно веточка на ветру, — продолжил тем временем СуХён.

— Помню, конечно. За то все остальные, глядя на него, начали плотнее закутываться, — сказала Пакпао и рассмеялась.

Настроение, подпорченное холодком, вернулось к бабуле с торицей.

Корейцев тем днём «по голове ударил» культурный шок, когда в практически минусовую температуру отец невесты отдал верхнюю часть своего гардероба жене и стоял всю церемонию в одной белоснежной рубашке. У него даже мурашки на коже не выступили. Надо отметить ещё то, что температура тогда упала почти до нуля. А сама церемония проходила под открытым небом. В общем, показал русский мужик, кто по-настоящему крут, а кто так… лишь подобие мужчины.

Машина неспешно двигалась по дороге в сторону района, где проживает в данное время семья Ким. Наступившая тишина разбавлялась шумами города, перемежаемыми автомобильными клаксонами, то и дело звучащими тут и там.

— Мы ведь сейчас недалеко от танцевальной студии? — задал вопрос СуХён, обращаясь к супруге.

— Имеешь ввиду ту, где внучка все вечера проводит? — переспросила Пакпао.

— Ага, — кивнул дед.

— Сынок, — обратилась к ДжэУку Пакпао, — у вас есть ещё какие-то планы на сегодня?

ХеМи глянула на мужа и сделала большие глаза, намекая на то, что таки да, планы у них с мужем имелись. Хоть они их и не «афишировали». ДжэУк извиняюще улыбнулся супруге и ответил:

— Особых планов не было. А что?

— Поехали, поглядим, как Лалиса тренируется. Адрес ты знаешь.

ХеМи молча закатила глаза.

— «Знаю», — покивал ДжэУк и перестроился вправо, для совершения поворота в нужную сторону.

(Танцевальная студия. Несколько позже.)

Соревнования, устроенные для определения самого везучего среди присутствующих, подходят к концу. В полуфинал вышли пары: Лалиса против Юри и ДжонГук против ВиЧана. Четвёрка участников заняли позиции друг напротив друга и готовы продолжить. Выбывшие стоят полукругом, оживлённо обсуждая прошедшие поединки и делая ставки на предстоящие. ДжонГук произвёл неизгладимое впечатление на всех, потому что разделывался с соперниками будто орехи щёлкал. Ему всего один раз пришлось туго, когда против него стоял ЮнХо. Но и он после четвёртой попытки обыграть макнэ выбыл.

— Ничего не успел сделать. Она так резко махнула, — делится впечатлением от проигрыша Лалисе ХоВон, — что я не сообразил.

— Не ты один, — указывает подбородком на взгрустнувшего МиЧжуна, не ожидавшего столь быстрой расправы над ним.

Он «отлетел» от Лалисы во втором раунде, словно кегля от шара для игры в боулинг.

— Давай, ДжонГук! — командует ВиЧан, приготовившись.

— Чам-чам-ча-а-ам, — замедлившись под конец произносит макнэ, ведя руку в левую сторону.

Вслед за ней, под общий смех, туда же начинает двигаться лицо ВиЧана. Да и сам парень не может сдержать улыбки, понимая, что уже проиграл. Юри с Лалисой, наблюдая за поединком, веселятся наравне со всеми. Атмосфера в помещении царит жизнерадостная.

— Победил ДжонГук! — выкрикивает ДжэДжун и, схватив руку парня, вскидывает её вверх.

Выписав щелбан другу, макнэ отходит в сторонку. На «сцену» выходят девчонки.

— Готова? — задаёт вопрос Лалиса.

Ей пришлось наклонится вперёд, чтобы оказаться на одном уровне с соперницей. Та всё же была несколько ниже.

— Готова, — кивает Юри.

— Камень, ножницы, бумага! — быстро произносит старшая из соперниц.

«Младшая» выкидывает бумагу и начинает восторженно подпрыгивать на месте, потому что Лалиса выбросила камень.

— Эй! Ну ты чего? — возмущается ЮнХо, сделавший ставку на троюродную сестру «лидера» группы.

— Ха! — жизнерадостно вскрикивает продувший уже два обеда ДжинСу и подбадривает победительницу в выборе начинающей стороны: — Я в тебя верю, Юри-ян! Ты её сделаешь! Файтин!

— Файтин! — сжимает оба кулачка девочка и пытается изобразить зверское выражение на лице.

Получается это у неё, откровенно говоря, никак. От столь умилительной моськи впору смеяться, но никак не испытывать страх. Лалиса кивает, признавая первоначальное поражение, с улыбкой.

— Готова? — теперь вопрос задаёт Юри.

Все вокруг замерли, ожидая скорой развязки. Соперница кивает, и «младшенькая» начинает:

— Чам-чам-чам! — словно из пулемёта выстрелила, протараторила Юри и замерла, глядя на лицо подруги повёрнутое в левою от неё сторону. В то время как рука девочки указывает вправо.

Лалиса, глядя на соперницу круглыми глазами и с поджатыми губами, начинает кивать, намекая на то, что Юри «продула» вчистую и должна приготовить лоб для получения «приза».

— О, не-е-ет, — стонет девочка и умоляюще смотрит на старшую подругу.

Вокруг происходит «броуновское» движение. Кто-то смеётся, кто-то горюет, схватившись за голову, а иные самодовольно кивают, осознавая, что сделали правильный выбор, поставив на Лалису.

— Да, не может быть, — выдохнул ДжинСу и покосился на довольную рожу обладателя уже трёх бесплатных обедов.

— «Может»… Ещё как «может»… — скалится ЮнХо, наслаждаясь очередной победой в споре.

Получившая лёгкий щелбан, Юри отходит в сторонку, уступая место ДжонГуку. Парень сосредоточенно нахмурен и явно собирается показать «класс» в данном противостоянии.

— Ты ведь знаешь, что у тебя нет шансов? — подтрунивает Лалиса, намекая на постоянные поражения в их соревнованиях по бегу.

К тому же, были ещё разного рода споры, которые постоянно выигрывала девчонка. Что неимоверно злило ДжонГука, но поделать с этим ему ничего не удавалось. И вот он — шанс всё расставить по своим местам. По итогу розыгрыша в «камень, ножницы, бумага» начинает ДжонГук. Лалиса стоит, улыбаясь глядя на соперника, спокойная как слон.