Happalo – Нет покоя в "корейских лесах". (Шаг третий) (страница 13)
— А-а-а, — понимающе покивал Энрике и, быстро пробежавшись взглядом по друзьям и пожав плечами, вновь пропал для окружающего мира.
— Чего ты ржёшь? — посмотрела с укоризной на своего парня Кэтрин.
— Да я так… Ничего, — быстренько отмазался Джонатан и вернулся к первоначальной теме разговора. — Каков же будет ваш ответ, мистер Сон?
— Хорошо, буду. Доволен? — наконец соглашается ДжиХун. — Только домой надо будет позвонить и предупредить, что на рождество не приеду.
— Вот и прекрасно! — улыбается добившийся своего Джонатан. — Я передам матушке твой ответ.
Намёк был столь прозрачен и прямолинеен, что говорить о каких-либо вариантах не приходилось. Мама у Джонатана была женщиной суровой и придерживалась консервативных взглядов: дал слово — держи его. Без вариантов и невзирая ни на какие там обстоятельства. Ноги есть? Значит должен быть в установленное время в указанном месте.
Учёба идёт хорошо, можно даже сказать великолепно. ДжиХуна хвалят профессора и оценки тому в подтверждение. Сделав ещё один глоток пива, парень лезет в свой смартфон, чтобы почитать новости с родины.
— Я отойду на секундочку, — оповещает всех Кэтрин.
Джонатан поднимается, чтобы выпустить подругу. И тут происходит практически невероятное — ДжиХун, углубившийся в чтение, подскакивает с воплем:
— Я так и знал! Сталкер! Предупреждал же их… «„Не может быть! Не говори глупостей!“» — кривится он, явно передразнивая кого-то.
Друзья замирают, удивлённо глядя на нарушителя тишины и покоя, воцарившихся в заведении. Кэтрин даже забыла, куда собиралась и тоже вопросительно смотрит на парня. На экране смартфона ДжиХуна красуется не очень чёткая фотография парочки в ресторане с броским заголовком:
Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва. Столовая
Время действия: тринадцатое октября. Большая перемена
С утра, слава тебе, Господи, меня «допрашивать» не стали, потому что поднялся довольно поздно, и времени у мамы не осталось. Она вообще занималась проводами отца на работу. У них это целый ритуал, сложившийся за годы совместной жизни. Вот я под шумок и «смылся». Да и, честно говоря, желания вспоминать вчерашний день и в особенности вечер не было никакого. ЧэЁн сегодня в школе нет — заболела бедняжка. Видимо на нервной почве от прослушивания. Впрочем, от её расспросов это меня не спасло. Позвонила на первой же перемене и вытребовала ответ на вопрос: где шлялась и почему её бросила? Нет, понятное дело выражения были иными, но как бы… суть-то от этого не изменилась. Пришлось рассказать о встрече с дядей и о том, как он меня уволок за собой. Про разрядившуюся в телефоне батарею также поведал, чтобы она не обижалась. А вот рассказывать о своём участии в съёмках не стал. Пусть сюрприз будет. Из-за отсутствия подруги шарюсь по школе в гордом одиночестве. Оно и ладно. Хоть время есть подумать о насущном.
Составил на поднос несколько мисочек и пошёл искать свободное место. Дело оно не простое, особенно в большую перемену. Народ кучкуется группами, и подсаживаться к кому-либо желания нет. Заметил поднявшихся девчонок и устремился к освободившемуся столику.
— Вот и ладненько, — опуская поднос на стол, пробормотал я и уложил рядом на стул рюкзачок со школьными принадлежностями.
Ем в столовой, потому как желания тащится за пределы школы нет никакого. А в округе, между прочем, есть очень даже приличные ресторанчики разной формации. В одном и европейскую кухню подают. Что странно… Хотя, припомнив что не только её, удивляться не стал, из-за подаваемой к каждому блюду кимчи. В Корее данное блюда фетиш местный, как и некоторый национализм.
Пока ел, прикидывал про себя, как буду распределять личное время после субботы.
— «Страшный день» приближается! — голосом восставшего мертвеца прошептал под нос и рассмеялся.
Понятное дело, я не один от школы участвую в соревнованиях по бегу на короткие дистанции и музыкальном конкурсе. А глядя на взъерошенных «коллег», не могу не заметить, что ребята трусят не по-детски. У одной из девочек, что готовится вместе со мной к выступлению, случился нервный срыв, и она вся в слезах убежала из аудитории прямо на уроке.
— И чего так переживают? Подумаешь, конкурс какой-то, — пододвинул мисочку с рисом поближе, чтобы не тянуться.
Пока придавался размышлениям, атмосфера в столовой неуловимо изменилась — стало как-то слишком тихо. Не замечая ничего вокруг, хватал палочками комочки риса и отправлял их в рот, предварительно макнув в соус.
— М-м-м. Вкусно-о-о!
— А я тебе говорю, это точно она! — настаивала на своём Юна, идя рядом с Джессикой.
— Не очень-то и похожа, — отвечала старшая по возрасту мембер группы Girls' Generation, продолжая рассматривать фото из сети в смартфоне, где всем известный и, естественно, горячо любимый Кан Ю ужинает в ресторане с девушкой, сильно напоминающей их общую знакомую школьницу.
Фотография вышла не очень, и поэтому лицо девчонки видно лишь отчасти. Но вот рыжие волосы, вздёрнутый нос и улыбка наводят знакомых с Лалисой людей на однозначный вывод.
Девушки направлялись как раз в столовую, чтобы выяснить из первых, так сказать, уст, она это или нет.
— Почему она с ним ужинала в ресторане? Они встречаются? — продолжила строить предположения Юна. — Разве она не слишком маленькая для него? Она ведь только школьница.
— Не «тарахти»! Сейчас всё узнаем.
— Ты уверена, что она здесь? — задала вопрос Юна, когда девушки зашли в общий зал, где все ученики и студенты школы принимают пищу.
— Она каждый день ходит в столовую. С чего вдруг сегодня должно быть по-другому? Они с ЧэЁн наверняка где-нибудь отдельно от всех сидят.
— «ЧэЁн»? — не поняла Юна, о ком идёт речь.
— Вторая девочка, что «зависла», когда мы их впервые увидели.
— А-а-а! Поняла…
В столовой их встретила чуть ли не гробовая тишина, перемежаемая еле слышными шёпотками. Взгляды всех присутствующих устремлены на одиноко сидящую Лалису. Девочка с нескрываемым удовольствием уплетала что-то из тарелки, стоящей прямо перед ней. Она была столь увлечена поглощением пищи, что не замечала ничего вокруг.
— Вон она, — первой, заметившей цель их поисков, оказалась Юна.
— Идём! — быстренько осмотревшись, скомандовала Джессика, и девушки устремились к одинокой фигурке школьницы с рыжими волосами.
— «Как же всё-таки вкусно у нас тут готовят, — размышлял я, запихивая очередную порцию в рот и начав медленно её пережёвывать. — Никогда не был гурманом, но…»
А вот додумать мне не дали. Подхваченный с обеих сторон в четыре руки, был поднят на ноги. Хотел было уже возмутиться, однако прикусил язык, увидев, кем были «агрессоры».
— Джессика-онни? Юна-сии? Вы чего делаете?
— Ты идёшь с нами! — безапелляционно потребовали айдолы.
Хорошо хоть рюкзачок успел ухватить, пока меня не утащили силком. Так мы и покинули столовую под любопытными взглядами окружающих, которые меня чутка насторожили.
— Да что случилось-то? — пытался выведать причину столь бесцеремонного обращения с собой любимым, пока мы двигались в неизвестном направлении. — Куда вы меня тащите?
— Подальше от лишних глаз, — излишне лаконично уведомила Джессика.
— Кое-что хотим спросить, — более развёрнуто высказалась Юна.
Разрешения обращаться к ней «онни», с её стороны не было. Поэтому приходилось использовать вежливое окончание «сии» в конце имени, когда общаюсь с ней. С Джессикой всё куда проще.
Оказавшись, непонятно каким Макаром, на улице, парочка потащила бедного меня в сторону аллеи, где не было ни души. Прямо на ту самую скамейку, на которой и произошло наше знакомство.
Усадив «задержанную» посередине, айдолы расположились по обе стороны.
— Это, — переведя взгляд с одной девушки на другую, вопросил я, — чтобы я не сбежала?
— Именно! — с предвкушающей улыбочкой заявила Юна.
— На всякий случай, — вторила ей Джессика.
— Может, наконец, поделитесь, что вообще происходит, и откуда взялся столь нездоровый интерес к моей скромной персоне? А то вы меня немного пугаете. И зачем было из столовой уходить? Я доесть не успела.
— Потом поешь, — приблизила своё лицо к моему Джессика и задала вопрос: — Откуда ты его знаешь?
— Да! — подтвердила интерес Юна, уперев руки в бока.
— Кого? — вполне искренне удивился я и перевёл взор на макнэ Girls' Generation. — Вы о ком говорите?
— Хочешь сказать, что это не ты? — вытащила свой смартфон Джессика и, быстро включив, сунула его мне под нос.
На экране была фотография, где мы с Кан Ю в ресторане сидим за столом. Он как раз рассказывал одну из историй, а я откровенно хохотал, не сдерживаясь.
— Да что б тебя…! — попытался подскочить в порыве искреннего негодования, но был ловко и деликатно возвращён на место.
Причиной столь бурной реакции были слова Кан Ю, сказанные им вчера:
— «Сюда не пускают репортёров и можно спокойно поесть. Лишних глаз здесь так же нет. Владельцы строго следят, чтобы посетителям никто не мешал».
Я тогда ещё покивал, прикинув про себя, что это правильно. Жизнь известных людей постоянно находится в объективе камеры или фотоаппарата. А сие не есть гут! Каждому иногда хочется уединения. И мне лишняя известность на фиг не упала. Понятное дело, что сегодня после выхода серии она — известность один фиг меня догонит. Но куда торопиться-то? А главное — зачем?