Ханну Райяниеми – Страна вечного лета (страница 23)

В последнее время мать зачастила со звонками. Она явно скучала, после того как отец Рэйчел отправился путешествовать.

– Ну конечно. Ты с ней разговаривал?

– Нет. Трубку взяла Гертруда. Наверное, вечером тебе стоит ей позвонить.

Рэйчел уже две недели не перезванивала матери. Она не знала даже, как приступить к объяснениям случившегося. Лгать матери на голубом глазу было сложно и до ее кончины, а теперь, когда она в буквальном смысле заглядывала Рэйчел в душу, практически невозможно. А когда мать скучала, то имела привычку тратить часть прана-пенсии на мысленные путешествия по следам Рэйчел после захода солнца. Рэйчел толком не знала, как к этому относиться – то ли ей это было приятно, то ли раздражало.

– Позвоню, когда будет время, – сказала она.

– Как там Группировка?

– Да как всегда, просто душки. Гай Лиддел спрашивал о тебе. И знаешь, мне сделали несколько предложений на будущее.

– Вот и чудесно.

Голос Джо звучал бесстрастно. Он сунул руку в клетку, чтобы поменять загаженную газету на поддоне. На мгновение вьюрки вспорхнули и заметались. От шума в голове у Рэйчел стрельнули первые лучи боли.

И вдруг поведение Джо ее взбесило. Вечно с ним так – словно собачья перебранка. Выписывает вокруг предмета спора восьмерки, и лишь когда не видит иного выхода, выплескивает эмоции одной пулеметной очередью. И даже тогда о некоторых вещах он не станет говорить вслух.

– Джо, если тебе есть что сказать, скажи. Мне нужно на работу.

Она знала, что это неверный ход. Рэйчел уже и прежде пыталась заставить его раскрыться, и это никогда не удавалось, он просто умолкал и удирал в свой клуб.

– Слушай, Рэйчел, я просто думаю…

– Что?

– Может, нам стоит взять отпуск. Ты в таком напряжении, а мы уже давно не были на атлантическом побережье. Врач говорит, это пошло бы мне на пользу.

Вошла Гертруда с полным английским завтраком на подносе. Рэйчел поблагодарила ее, но тут же поняла, что не сможет проглотить ни крошки.

– Не знаю, – сказала она, когда экономка ушла. – Мне кажется, слишком рано для отпуска, я ведь только что получила новую работу.

– Уверен, мисс Скэплхорн поймет.

– Ты когда-нибудь с ней встречался, Джо? Она не из тех, кто понимает. Я бы с радостью, но… просто сейчас неподходящее время. Прости.

Бекон пах восхитительно, и она отважилась попробовать кусочек. По горлу тут же поднялся кисловатый привкус. Рэйчел откинулась на стуле, закрыла глаза и подождала, пока желудок не утихомирится.

– Не воспринимай это неправильно, Рэйчел, – медленно произнес Джо, – но мне следует о чем-то знать? Тебя что-то здесь держит?

Уже несколько месяцев она подозревала, что Джо встречается с другими женщинами. Возможно, даже не с женщинами из плоти и крови. В Ист-Энде были места, где призраки и медиумы вызывали из эктоплазмы соблазнительных красоток для разборчивых джентльменов, беспокоящихся о заболеваниях. А может, это просто секретарша в Бленхейме.

Рэйчел точно не знала, что хуже, а потому заперла свою ревность в дальний ящик, где та сидела, пока ее не потревожат.

Рэйчел открыла глаза и болезненно улыбнулась.

– Только жуткая головная боль, дорогой. Будь добр, принеси мне аспирин, чтобы я могла предстать перед мисс Скэплхорн.

Джо кивнул, мимоходом тронул Рэйчел за руку и пошел наверх за таблетками.

Рэйчел кое-как добралась до третьего счета, когда кто-то поставил перед ней на стол горячую чашку чая. Она удивленно подняла голову и увидела Роджера Холлиса.

– Как дела, Рэйчел?

Она подняла чашку и вдохнула аромат.

– Ты заварил слишком крепкий. И без лимона. Но спасибо.

– Решил, что ты бы предпочла настоящий chai. Но всегда пожалуйста.

Рэйчел помассировала лоб и глотнула горячего чая.

– Прости за тот раз, Роджер. Я была усталой и не хотела, чтобы кто-то объяснял мне, что и как. В особенности о том, чего я не хочу слышать. Как ты здесь оказался? В этот раз без букета?

На мгновение Роджер отвлекся на болезненный приступ кашля и вытер рот платком. Другие сотрудники финансового отдела повернули головы в их сторону. Холодная погода плохо сказывалась на состоянии его здоровья. Но ему, скорее всего, было уже все равно, он просто дожидался перехода в Страну вечного лета.

– Вообще-то я пришел к тебе, – наконец сказал Роджер.

– В таком случае, ты ясно видишь, что я последовала твоему совету.

– Естественно, я слышал про вчерашний вечер. Я не должен был тогда тебе этого говорить. Но хотел как лучше.

Ну конечно. Филби уже превратил ее вчерашнюю эскападу в притчу во языцех всего Бленхейма, с его-то талантом трепать языком.

– Ладно, – сказала она. Мисс Скэплхорн внимательно смотрела на них поверх толстой оправы очков. – Давай пойдем куда-нибудь в другое место. Осталось всего несколько минут до обеденного перерыва.

Они притулились на диванчике в углу общей комнаты для персонала – пустой, поскольку все отправились в столовую. Рэйчел допила чай и предложила Роджеру несколько сухих крекеров из банки. Три штуки она взяла себе, а потом и четвертый – желудок сумел их переварить.

Роджер осторожно надкусил коричневый кружок.

– Рэйчел, прежде чем ты что-нибудь скажешь… Я слышал версию Филби. Он любит все приукрашивать, и потому я оставлю место для сомнений в твою пользу. Я тут подумал и, возможно, сумею тебе помочь.

– Что ж, у меня тут несколько сотен счетов, на которые нужно шлепнуть печать, если у тебя есть свободное время.

– Я серьезно, Рэйчел. Я поразмыслил над твоими словами и знаю кое-кого в Летнем управлении, кто согласился заняться предполагаемым кротом. Один из младотурков. Это все… неофициально, но он считает, что в этом что-то есть.

– А почему бы твоему приятелю-жмурику просто не запросить мой рапорт?

– Да, но ты же знаешь, как это бывает, не все попадает в отчеты. А кроме того, как я и сказал, все это неофициально. Вот я и подумал, может, ты еще что-то помнишь про Феликса, что угодно.

Рэйчел уставилась на знакомое мальчишеское лицо Роджера, его дружелюбную улыбку.

«Я могла бы сказать, – подумала она. – И пусть этим займется кто-то другой. А я бы пошла к Лидделу, согласилась бы на перевод обратно в Ирландский отдел и подчистила бы за собой, так что никто никогда не узнает».

После снова накатила злость, как у Харрисов. Блум – неприкасаемый, так сказал Макс. Насколько она знала, Роджер работает на тех, кто решил прикрыть Блума. Это ее операция, подарок от Кулагина, ее шанс доказать Секретной службе, на что она способна, и получить назад свою работу.

– Нет, боюсь, ничего не припоминаю, – ответила она. – Как ни больно это признавать, Харкер, вероятно, прав относительно попытки подсунуть нам дезу. Даже сломанные часы дважды в день показывают правильное время.

А кроме того, вполне в стиле Роджера сделать ей одолжение, чтобы заслужить теплые чувства перед переходом в мир иной, и плевать на давнюю платоническую дружбу. Порой ей казалось, что Роджер с такой легкостью выставляет напоказ свою интрижку, чтобы вызвать ее ревность. Может, она просто себе льстила.

Да, немного лести не помешает.

– Рэйчел, ты ведь понимаешь, что это не худшая должность. Я и правда хочу тебе помочь. – Он нахмурился. – Хотя бы с внешними приличиями. У тебя крошки на губах. Вот тут.

Он протянул ей платок. На мгновение оба схватились за ткань, и пальцы почти соприкоснулись. Потом Рэйчел потянула платок и промокнула шелком губы. Нелепо, но от этого прикосновения она почувствовала себя виновато. Она положила платок на низкий столик между ними, рядом с пустой чашкой.

Даже если его предложение искреннее, она не могла его принять. Это означало бы подобраться слишком близко.

– Спасибо, Роджер, я это ценю. Я понимаю, что ты хочешь вскарабкаться на самый верх мира призраков, и желаю тебе самого лучшего. Но просто не могу в этом помочь. Прости.

Роджер нахмурился и резко встал.

– Думаю, ты совершаешь ошибку.

В его голосе звучала обида.

– Я всю жизнь совершаю ошибки, Роджер, – вздохнула она. – Как бы то ни было, я буду скучать по тебе, когда тебя здесь не станет.

– Ладно, старушка, – сказал Роджер и подавил приступ кашля рукавом. – Тогда, наверное, это прощание.

– Прощай, Роджер!

Макс Шевалье склонился к птичьей клетке и рассматривал вьюрков. Самка угрюмо забилась в угол, нахохлившись, а самец скакал вверх-вниз и радостно клевал семечки.

– Боюсь, самки более хрупкие. Посматривай, не появится ли вздутий на брюшке.

– Может, перейдем к делу? – спросила Рэйчел, хотя птица и впрямь выглядела больной.