Ханну Райяниеми – Квантовый вор, рассказы (страница 87)

— Кого?

— Я все время забываю, что это вымысел. Не обращайте внимания. Суть в том, что мы начали экспериментировать. И дело закончилось Драконами. Существами без сознания, без модулей. Один только двигатель, самомодифицирующийся эволюционирующий оптимизатор. Мы так и не смогли их уничтожить и только поместили внутрь виртуальных машин, изолировали. Как вы думаете, для чего существуют губернии? Это клетки для монстров. Все остальное — только видимость.

— Вы уверены, что должны все это мне рассказывать?

Таваддуд вспоминается молодой человек в оранжевом одеянии, политический астроном. Она уверена, что ни один обитатель Сирра не слышал ничего подобного.

— А вы думаете, что не должен?

Уголок губ Сумангуру слегка приподнимается.

— А что произошло потом?

— Мы боролись с ними. В Глубоком Прошлом война длилась несколько тысяч лет. Они были лишены морали, лишены внутреннего голоса, просто голый разум. И мы проигрывали. До тех пор, пока не начали отсекать от себя определенные части. Язык жестов. Теорию мышления. Сочувствие. Для победы над Драконами мы сотворили гоголов, которые были зеркальным отражением мерзавцев. Таких, как я.

Таваддуд смотрит на Сумангуру. Он холодно усмехается.

— О, я вполне могу прилично вести себя в обществе, но вы должны понять, что моей мимикой просто управляют гоголы-рабы. Мои эмоции позаимствованы со стороны. А мои личные цели и желания… очень отличаются от ваших. Поэтому, храня свои тайны, Таваддуд из Дома Гомелец, подумайте, стоят ли ваших забот те, кого вы защищаете, или они уже пересекли границу? — Он наклоняется ближе, и запах машинного масла в его дыхании становится настолько сильным, что Таваддуд испытывает тошноту. — Неужели вы хотите солгать тому, кто убивает Драконов?

Он берет отставленную Таваддуд миску и с удовольствием доедает остатки таджина.

Дальнейшее ожидание проходит в молчании. Наконец на площадь медленно опускается ковер, и с него сходит Дуньязада, сопровождаемая длинной и тонкой мыслеформой Кающегося. На сестре Таваддуд официальный костюм Совета в цветах Дома Гомелец: черное платье с золотой цепью в волосах.

Она кланяется Сумангуру и в ужасе сжимает руки.

— Господин Сумангуру! — восклицает она. — Вы серьезно ранены? Мы немедленно доставим вас в дом моего отца и позаботимся о лечении.

Сумангуру пожимает плечами.

— Плоть исцелится, — отвечает он. — В противном случае ее придется отсечь.

Дуни снова кланяется и поворачивается к Таваддуд.

— Дорогая сестра, — говорит она, крепко обнимая ее. — Благословен Аун, ты жива! — Не выпуская ее из своих объятий, Дуни торопливо шепчет на ухо: — Отец хочет тебя видеть. Лучше бы тебе снова убежать из дома.

Затем Дуни отстраняется и одаривает их сияющей улыбкой.

— Следуйте за мной, пожалуйста. Нам надо обсудить так много вопросов.

Глава пятнадцатая

ВОР И САУНА

Накануне отбытия вора на Землю Миели готовит оортианскую пищу. Он в хорошем настроении: много рассуждает, расточает улыбки, но Миели то и дело краем глаза замечает в его лице какие-то перемены. Какую-то жестокость.

Видишь? Пеллегрини шепчет ей на ухо. Она присутствует на корабле во время приготовлений, следит за ними.Надо верить, и тогда все получится.

Миели не реагирует на слова богини и продолжает накрывать на стол. Паучьи яйца в маленьких съедобных гнездах. Очищенные плоды водооткачивающих деревьев. Колбы для напитков. И сауна уже греется.

— Все это весьма изысканно, — говорит вор. — Но разве нам не следует провести оставшееся время за подготовкой к проникновению на самую, по моему мнению, охраняемую планету Системы?

— А мы и занимаемся подготовкой, — отвечает Миели. — Земля — это мрачная обитель боли. Высаживаться на нее — все равно что спускаться в преисподнюю. И мы должны очиститься.

— Что ж, вэтомя с тобой согласен. Честно говоря, я предпочел бы очиститься изнутри.

Он отпивает из сосуда и морщится. Миели выхватывает у него из рук колбу.

— По вкусу это настоящий деготь, — жалуется вор.

— Вкус не имеет значения. Напиток предназначен для поминовения усопших. И ужин будет только после сауны, так что сдерживай свои инстинкты.

Вор внимательно смотрит на нее.

— Не знаю, как насчет мертвых, но я жду этого с нетерпением. Я рад, что мы наконец пришли к соглашению.

Миели не отвечает. Она видит, как усмехается Пеллегрини, и прикрывает глаза. Но лицо богини не исчезает.

— Пойдем в сауну, — приглашает она.

Сауна расположена в одном из грузовых модулей «Перхонен». За все годы на службе Пеллегрини Миели пользовалась ею всего несколько раз — сауна пробуждала в ней слишком сильную тоску по дому. Но для настоящего очищения это самый верный способ, и «Перхонен» все подготовила для этого случая.

Это крошечная отделанная деревом комнатка с большим шаром воды в центре, который удерживается полупроницаемой мембраной и нитямивяки. Он выглядит как капля росы в гигантской паутине. Если щипцами взять раскаленный камень и бросить его в воду, комната наполнится горячим паром. Камни будут крутиться в пузыре и заставят его раскачиваться, словно живое существо.

«Перхонен» присоединила модуль к основному жилому отсеку, и деревянная дверца люка выглядит весьма заманчиво. Но вор посматривает на нее с опаской.

— И как же это работает? — интересуется он.

— Раздевайся, — командует Миели.

Он медлит.

— Прямо сейчас?

— Не мешкай.

Резко выдохнув, вор начинает возиться с пуговицами пиджака и брюк.

— А можно взять полотенце? — спрашивает он.

Но Миели уже сбросила одежду и шагнула в теплые облака лёюлю.

Вор нерешительно следует за ней. Его взгляд не отрывается от ее тела. Затем он устраивается по другую сторону от водяного пузыря, опускается на сиденье и ставит ноги на деревянную подставку. В другом люке, выходящем в космос, имеется стеклянное окошко, и лицо вора в свете звезд и мерцании киуас[74] кажется невероятно молодым.

— Прибавь немного лёюлю, — просит Миели.

Вор берет щипцы и осторожно вынимает самый маленький камень из металлической корзины на стене. В мире из кометного льда и пыли камни для пара считаются настоящей драгоценностью, и этот очень хорош: круглый, черный и пышущий жаром. Вор бросает его в воду, и камень сердито шипит.

Миели довольно вздыхает, берет веник из ветвей водооткачивающего дерева и легонько бьет себя по спине. Шрамы от крыльев слегка пощипывает, присоски листьев приятно льнут к коже.

— Я знаю, что ты склонна к самобичеванию, но не думал, что ты воспринимаешь его настолько буквально, — говорит вор.

— Ш-ш, — останавливает его Миели, сверкнув глазами.

Затем она берет один из самых больших камней голыми руками и бросает его в воду. На этот раз клубы лёюлю окутывают ее с ног до головы, как утренний свет кото, и пощипывает уже все тело. Вор испускает сдавленный крик и, пытаясь спрятаться от пара, поворачивается спиной, но от этого ему становится только хуже. Он пробирается к дверце люка, но она надежно заперта.

— Скажи честно, — ворчит он, — это наказание?

— Нет, не наказание. Прощение.

Миели бросает в воду один из голубых камней. Сауна наполняется легким ароматом мяты, но жар становится еще сильнее. На дереве проступают крошечные янтарные капельки смолы, которые прилипают к коже, когда Миели прислоняется к стене. Вор непривычно долго молчит и только тяжело дышит.

— Итак, — начинает она, — «Перхонен» сообщила мне, что у нас появились цель и план.

Вор забирается на свое место, опирается локтями на колени и смотрит, как тускнеет брошенный в воду камень.

— Давай начнем с цели, ладно? — отзывается он. — Я до сих пор не знаю, что это и для чего оно нужно, но это нечто, имеющее отношение к Вспышке. Тигр называл его камнем Каминари.

Он делает паузу и осторожно бросает в шар довольно большой камень. Вода шипит. Дерево стонет: это единственная преграда между ними и Человеком Тьмы. Как ни странно, но Миели чувствует себя как дома.

— Камень находится у Матчека Чена, — продолжает вор. — Пеллегрини хочет его заполучить. И мы должны ей его доставить. Все сводится к этому.

— А Земля?

— Ну, чтобы украсть что-то у Чена, надо стать им. Вот только ты этого сделать не можешь. У нас нет доступа к Кодам Основателя Чена. В прошлый раз я попытался украсть их прямо у него, и ничего хорошего из этого не вышло. Так что придется найти другой способ. Поэтому надо попасть на Землю. Понимаешь, где-то там внизу есть гогол Матчека Чена. Но не действующего правителя Соборности, не бога-короля. Это ребенок. Своего рода страховка. Но в нем достаточно много от Чена, чтобы разгадать его Код.

— Откуда тебе это известно? — спрашивает Миели.

— С твоей Пеллегрини я знаком очень давно. Я работал на нее, как сейчас работаешь ты, но тогда она еще была обычной женщиной. Для Основателей и особенно для Чена она являлась своего рода покровительницей. И потому, прежде чем лечь с ним в постель, она поручила мне очень внимательно изучить его прошлое. И я обнаружил кое-что интересное. Насколько тебе известна история загрузки?

Миели молчит.