Ханну Райяниеми – Квантовый вор, рассказы (страница 37)

— Зачем загружать такую хорошенькую головку?

Я поднимаю глаза к ясному небу. Канал связи дает мне возможность разглядеть корабль — точку над горизонтом, незаметную для невооруженного взгляда. Я посылаю «Перхонен» воздушный поцелуй.

Лесть тебе не поможет.

— Я никогда не рассказываю о своих планах, пока они не сформировались окончательно. Это творческий процесс. Преступники — все равно что артисты, а сыщики — всего лишь критики.

Как я вижу, сегодня ты в приподнятом настроении.

— Знаешь, я наконец начинаю снова чувствовать себя самим собой. Бороться против банды властителей, контролирующих разум на планетарном уровне, да еще в компании скрывающихся под масками блюстителей порядка — такая жизнь мне нравится.

В самом деле? А как продвигается восстановление прежней личности?

— Это очень личное.

По словам Миели…

— Да, все верно. Раймонда раскрыла меня слишком рано. Я получил только обрывочные воспоминания. Ничего, что можно было бы назвать полезным.

Ты уверен?

— О чем ты?

Будь я более подозрительной, могла бы предположить, что ты уже знаешь, где искать то, что нам нужно. И что ты водишь нас за нос просто ради собственного удовольствия, чтобы лучше вжиться в колоритный образ легендарного вора.

— Я оскорблен. Неужели я на такое способен?

Но в словах корабля есть смысл. Я так ношусь со своими воспоминаниями отчасти потому, что это просто доставляет мне удовольствие.

У меня имеется еще одно предположение. Ты изо всех сил пытаешься произвести впечатление на эту Раймонду.

— Это, друг мой, уже в прошлом. При моей профессии отвлекаться на подобные вещи слишком опасно.

Угу.

— Как бы мне ни было приятно твое общество, но чем быстрее я вернусь к делам, в которых блестяще разбираюсь, тем лучше. Кстати говоря, мне бы не помешало немного тишины и покоя. Я пытаюсь придумать, как проникнуть в землю мертвых.

Я откидываюсь на спинку кресла, опускаю веки и прикрываю лицо газетой, чтобы спрятаться от солнца и от корабля.

Вот видишь? Об этом я и говорила. Ты весь день ждал, чтобы это сказать.

Миели чувствует себя усталой. Ее тело завершает процесс проверки и перезагрузки систем. У нее уже много лет не было критических дней, но, судя по смутным воспоминаниям, сегодняшнее состояние очень схоже с этим недомоганием. После встречи с наставниками ей нестерпимо хочется упасть на кровать, послушать нежные оортианские песни, а потом погрузиться в глубокий сон. Но ее ждет Пеллегрини. На богине темно-синее вечернее платье, волосы собраны в высокую прическу, на руках длинные черные перчатки.

— Дитя мое! — восклицает она, запечатлевая на щеке Миели благоухающий поцелуй. — Это было восхитительно! Драма! Экспрессия! И такая страстная убежденность с твоей стороны. Эти люди в смешных костюмах сразу поверили, что нуждаются в твоей помощи. Специально запрограммированный гогол и то не смог бы лучше справиться с этой задачей. Почти сожалею, что ты уже скоро получишь свою награду.

Миели моргает.

— Я думала, что мы позволим вору…

— Да, конечно, но имеются кое-какие ограничения. Несколько василевов — это еще куда ни шло, но ради достижения Великой Всеобщей Цели мы вынуждены считаться с некоторыми особенностями этого мира. В том числе и с криптархами. По разным причинам мы еще не готовы нарушить установившееся равновесие.

— Значит, мы не собираемся… их уничтожать?

— Конечно, нет. Вам следует встретиться с ними. И скоординировать свои действия. Вы должны помочь наставникам ровно настолько, чтобы получить то, что нам нужно. А потом — что ж, мы сдадим наставников криптархам. И все будут довольны.

Пеллегрини улыбается.

— А теперь, дитя мое, мне кажется, что вор готов поделиться с тобой своими новыми идеями. Иди, погладь его по шерстке. Чао.

Миели прикасается к камням Сюдян, просто чтобы вспомнить, почему ввязалась в это дело. А потом ложится и ждет стука в дверь.

Глава двенадцатая

СЫЩИК И ПРОЩАЛЬНАЯ ВЕЧЕРИНКА

В вечер перед прощальным приемом. Сад притих, словно актер, затаивший дыхание и повторяющий про себя роль.

Столы, уставленные бокалами для шампанского, выстроены стройными рядами, небольшие павильоны предлагают всевозможные экзотические наслаждения, повсюду летают еще не зажженные фоглеты-светлячки. Оркестр Спокойных настраивает свои инструменты, части тела, создавая негромкую какофонию из духовых партий. Эксперт-пиротехник в цилиндре заряжает разноцветными ракетами устройство, напоминающее миниатюрный орган.

— Итак, что вы обо всем этом думаете, мистер сыщик? — спрашивает Унру.

Его костюм символизирует Сол Джовис, последний день недели Дариского календаря. На ткани камзола полыхают цвета давно исчезнувшего газового гиганта. В тени деревьев от Унру исходит неяркое красно-белое сияние.

— Похоже на праздник эпохи Королевства, — отвечает Исидор.

— Ха! Точно. Не самый плохой способ провести последние несколько сотен мегасекунд, — говорит Унру. Он поднимает свои Часы, цепочкой прикрепленные к жилету. Это на удивление простая модель: черный диск с единственной золотой стрелкой. — Как вы думаете, когда я буду ограблен?

— Мы сделали все, что могли. ле Фламбер это или нет, но вору придется изрядно потрудиться, чтобы заполучить добычу.

В итоге вся подготовка свелась к установке нескольких выгодно расположенных агор и привлечению дополнительных Спокойных, нанятых Одеттой с разрешения Голоса. Эти воины, предназначенные для борьбы с фобоями, снабжены множеством сенсоров и мощным оружием. Исидор надеется, что этого будет достаточно. Он собирался принять более изощренные меры, включающие использование устройств с черного рынка, но в конце концов решил, что от них будет больше проблем, чем пользы.

— Вы отлично поработали, — говорит Унру, похлопывая Исидора по плечу. — Да, мы ведь так и не обсудили ваш гонорар.

— Мистер Унру, заверяю вас…

— Да, да, это очень благородно с вашей стороны. Я хочу, чтобы вы получили библиотеку. Возможно, она окажется для вас полезной. Или можете сжечь ее. Одетта уже подготовила контракт, я обязательно передам вам гевулот до конца приема.

Исидор ошеломленно смотрит на миллениэра.

— Благодарю вас.

— Не стоит меня благодарить. Лучше заставьте этого вора попотеть. А вы, случайно, не назначили на сегодняшний вечер свидание?

Исидор качает головой.

— Жаль. Ну а я намерен предаться разврату перед смертью. Прошу меня извинить.

Исидор еще некоторое время наблюдает за последними приготовлениями и расставляет Спокойных — приземистых, по-кошачьи ловких существ в черной броне — по их постам. Затем уходит в одну из гостевых спален, где приготовлен его костюм Сол Лунаэ. Костюм все еще кажется ему слишком женственным, слишком обтягивающим в самых неподходящих местах. Но Исидор все же переодевается. Возникает ощущение, что он что-то забыл, и Исидор вспоминает, что оставил кольцо сцепленности в кармане брюк. Он достает его и вешает на цепочку Часов.

Теперь я знаю, что такое предстартовая лихорадка, думает он.

Согласно обычаю мы с Раймондой приезжаем с большим опозданием, впрочем, как и все остальные гости. Паукебы вокруг нас высаживают мужчин и женщин в искусно созданных костюмах из ксанфийского шелка, кружев и интеллектуальной материи. Прием посвящен Времени, так что нас окружают индийские боги и богини Дариского календаря, планеты и звезды и, конечно, всевозможные модели Часов.

— Не могу поверить, что позволила тебе меня уговорить, — ворчит Раймонда.

Человекоподобный Спокойный в ослепительной ливрее и маске проверяет наши приглашения и провожает в сад, постепенно заполняющийся небольшими группами посетителей. Звон бокалов, протяжные мелодии современной марсианской музыки и голоса гостей сливаются в одну опьяняющую симфонию.

Я улыбаюсь Раймонде. Она кажется очень соблазнительной в наряде Фобоса, состоящем из глубоко декольтированного платья, белых перчаток и светящейся сферы на уровне живота, которая своим сиянием скрывает наиболее пикантный участок тела. Я в костюме с различными изображениями Часов, белом галстуке и с цветком в петлице выгляжу рядом с ней скромным павлином.

— Могу тебя заверить, это наименее безнравственное дело из всех, в которых я когда-либо участвовал, — говорю я. — Ограбить богатого и раздать добычу беднякам. Что-то вроде этого.

— Тише. — Она кивает в сторону проходящей пары, которая изображает Венеру и Марса. Их гевулот приоткрыт ровно настолько, чтобы окружающие могли их видеть. — В действительности все совсем не так. Все наоборот.

Свет маленького Фобоса у нее на животе подчеркивает правильные черты лица: сейчас она напоминает мне скульптуру какой-то греческой богини.

— Твоим замаскированным дружкам нужны доказательства. Мы их представим.

Я беру бокал шампанского с подноса проходящего Спокойного-слуги. При этом стряхиваю невидимую пылинку с его одежды и незаметно впрыскиваю кое-что из своего цветка. Первая часть нашего плана. Это довольно мощное средство, но его необходимо пустить в ход заранее, до начала действия должно пройти немало времени.

— Не беспокойся. Если твой приятель обеспечит нам доступ, все пройдет гладко, как по маслу.

Как обстоят дела с охраной? Я шепотом спрашиваю Миели — она осталась в отеле и координирует операцию с «Перхонен».

Меры предосторожности минимальные, отвечает она. Но все же значительнее, чем ты ожидал. Меня тревожат Спокойные-воины, они оснащены отличными сенсорами.