Ханна Уиттен – Дочь для трона (страница 10)

Она сжала руки в кулаки.

– То есть я должна целовать тебя каждый раз, когда мне нужна моя магия?

Говорить, насколько ей ненавистна эта мысль, не пришлось; жгучая ледяная ярость в голосе Нив сказала все за нее. Да она скорее поцелует ту неведомую зубастую тварь из леса.

– Это не твоя магия, Нивира. Она не принадлежит никому и ничему, кроме себя самой. – Солмир вернулся к стеллажу, докинул в сумку еще несколько горстей чего-то из горшка. – И необязательно именно целовать, хотя это и наиболее действенный способ; уж не знаю почему – вероятно, просто в силу склонности Диколесья, Тенеземья и всех их порождений к дешевой драме. Но для передачи силы достаточно и прикосновения к коже.

Это было уже лучше, но ненамного.

Бросив последнюю пригоршню неизвестно чего в сумку, Солмир закинул ее за спину.

– Я оказал тебе огромную услугу, честно. Поверь, не стоит позволять Тенеземью изменять тебя сильнее, чем необходимо.

– И поэтому ты позволяешь ему изменять тебя?

– Я знаю, что делаю, – ответил он, благополучно избежав настоящего ответа. – И мне кажется, или ты за меня волнуешься?

Нив скрестила руки, с недовольством думая о том, что одета в его плащ. От ткани пахло хвоей, морозом и снегом.

– Волнуюсь, как бы ты не отрастил клыки.

– Пока не собираюсь. – Солмир развернулся и исчез в сумраке ступеней, вынуждая ее идти следом. – Увы, метки Тенеземья во мне глубже и неприметней.

Когда она смотрела только на стволы деревьев, ей почти удавалось представить, будто они вышли на обычную прогулку в нормальном лесу. Не то чтобы Нив часто гуляла в лесах – ей хватало всю жизнь нависавшего над ней призрака Диколесья – но сейчас эти фантазии занимали мысли и сдерживали вспышки паники, притаившейся где-то у нее под ребрами.

Впереди шел Солмир, даже не пытаясь подстроиться под ее скорость. Нив шаркала босыми ногами по утоптанной пыли, цеплялась за вросшие в нее ветки и мертвые растения и едва поспевала за ним, стараясь не терять из виду длинные волосы. Солмир двигался, будто солдат в строю, уверенно и четко, держась прямо даже на неровной лесной почве. Что бы ни наполняло его сумку, оно неприятно похрустывало в такт шагам.

Ей стоило бы идти к нему поближе. Чтобы только протянуть руку, если понадобится магия.

Будь ты проклят, подумала Нив ему в спину. Провались ты, короли и тени, в преисподнюю.

Проклятье обернулось насмешкой. Невозможно было низвергнуть Солмира глубже, чем он уже оказался.

Нив бросила взгляд на свои руки, бледные, замерзшие и пустые. Попробовала сжать пальцы. В венах едва ощутимо кольнуло, но не появилось ни черноты в запястьях, ни льда на ладонях. Ей стало гадко от того, какой пустой она себя чувствовала без магии.

Она сказала Солмиру, что никогда не была и не будет беспомощной. И не солгала: она – Первая Дочь, она – королева. А Валлейда, при всех своих бесчисленных недостатках, хотя бы признавала, что не только тот, кто родился мужчиной и принимает эту роль, имеет право выбирать свой путь в жизни. Даже сейчас, когда магия – которую она не могла перестать считать своей – была скрыта в том, кого она так ненавидела, Нив не была беспомощной.

Но владеть силой и контролировать ее – разные вещи, а Нив хотела именно контроля.

Возможно, все было к лучшему, хотя мысль об этом и выводила ее из себя. Слова Солмира о том, что магия Тенеземья и Диколесья меняет людей, казались правдой.

Ведь Рэд изменилась.

От этой мысли у Нив заныло в груди, словно сердце стало слишком тяжелым и больше не помещалось внутри. Она вспомнила, как Рэд корчилась на изрезанном корнями полу Святилища, одичавшая, похожая больше на зверя, чем на ее сестру. Зелень билась у нее в венах и заливала глаза, обещая дальнейшее превращение.

Магический лес и его изнанка поглотили их обеих, одна увязла в деревьях, вторая – в тенях. Рэд связала судьбу с монстром, а Нив – со свергнутым богом.

Она прищурилась в спину Солмиру. Ей приходилось следовать за ним против воли, инстинкты заставляли держаться рядом со знакомым чудовищем, чтобы уберечься от сонма незнакомых, но чувства безопасности это не давало.

– Куда мы идем?

– Повидать друга. – Солмир не обернулся. Его растрепанные длинные волосы дымно-серым маяком светились в непроглядной черноте леса.

– Друга. – Она надеялась, что не выдала страха, что он спишет резкость тона на презрение. – Очередное чудище, или что похуже? Или, может, ты солгал про стремление убить Королей, а теперь ведешь меня прямо к ним?

– Если ты готова поверить хоть во что-то из моих слов, – сказал Солмир, по-прежнему не оборачиваясь, – пусть это будет следующее: я не на одной стороне с Королями. Пора наконец уложить это в голове, Ваше Величество.

– Прекрати меня так называть. – Нив хотела, чтобы это прозвучало приказом, но ее словам никогда не хватало веса. – Прекрати меня так называть, если собрался использовать это как насмешку.

– Ты – королева, Нивира. – Ее имя в устах Солмира прозвучало резко, и он наконец обернулся к ней, остановившись посреди тропы. Даже под личиной Арика он почти никогда не называл ее просто Нив. – Тебе принадлежат корона и трон. Можешь считать меня старомодным, но я верю, что это требует от меня некоторого почтения.

У Нив что-то свело в животе.

– А ты – король.

Он плотно сжал губы.

– Был.

Нив не нашлась, что ответить.

Солмир сделал шаг назад, прочь от нее. Застыл, прижав опущенные руки к бокам, с непроницаемым лицом. Они зашли в тупик, два правителя, не согласных на уступки.

Он сдался первым. Поднял ладонь, потер шрам на виске, отвернулся обратно и продолжил шагать, снова почти беззаботно.

– Я понимаю, что это нелегко принять, – произнес он ровно. – Но все, что я пытался сделать – да, даже на поверхности, притворяясь бедным незадачливым Ариком, – действительно было ради убийства Королей. Ради того, чтобы обезвредить их прежде, чем они вернут себе власть и силу, противостоять которым ваш мир не готов. И никогда готов не будет. – Он мельком оглянулся через плечо, будто пытаясь увидеть ее реакцию и одновременно злясь на себя за это. – Все – Кири, Арик, та роща – было средством достижения цели. Как только остальные Короли оказались бы на той стороне, я бы их уничтожил.

По земле снова прокатилась дрожь, слабее, чем тогда в башне, но все равно сильная. Нив схватилась рукой за ближайшее перевернутое дерево и прижалась коленями к изгибу ствола. Солмир ни за что не держался, но все мышцы в его теле напряглись, Нив видела это по тому, как натянулась рубашка у него на плечах, а темная ткань штанин плотно обхватила бедра.

Будь проклята эта его красота. Насколько проще жилось бы, если бы все чудовища выглядели сообразно своей природе.

Едва земля успокоилась, Солмир тоже расслабился. Только губы теперь кривил не насмешливо, а встревоженно.

– Все хуже, – пробормотал он тихо. – Похоже, и правда осталось лишь трое.

Нив поднялась на подрагивающих ногах.

– Кажется, Тенеземье само себя прикончит, надо только подождать.

Она не думала этого всерьез, но Солмир поднял на нее крайне мрачный взгляд.

– Даже если оно рассыплется вместе с Королями, те не погибнут. Не до конца. – Он развернулся на пятке и широко зашагал через ветки, рассекавшие пыльную землю. – Нужно нечто большее, чтобы одолеть богов.

Они продолжили идти в тишине. Нив задрожала от холода и плотнее закуталась в плащ Солмира прежде, чем сама поняла, что делает. Ей тут же захотелось съежиться и отпихнуть ткань, но для этого она слишком мерзла.

Через некоторое время Солмир вздохнул, будто ее молчание на него давило.

– Я правда пытался сделать все самым щадящим способом, – сообщил он. – До того, как твоя сестра и ее Волк полезли под ноги.

Если он заговорит о Рэд еще раз, Нив разорвет его на части, упиваясь тем фактом, что он не может здесь умереть.

– Не думаю, что ты когда-либо в этой жизни делал что-либо ради чужого блага.

– Все бывает в первый раз.

– Ты для этого забрал всю мою магию? Чтобы доказать свои благородные намерения?

Он взглянул на нее вполоборота, полыхнув синим огнем глаз в серой дымке. Вздернул уголок губ в гримасе, ничуть не похожей на улыбку.

– Я не говорил, что сделал это из благородства, Нивира. Я знаю, что я такое.

Нив сжала губы в тонкую линию.

– Я забрал ее, потому что здешняя магия разлагает душу и может превратить тебя в монстра. – Он снова двинулся вперед, быстро и ловко перебираясь через сучья, скрытые под землей искаженного леса. Одна ветка проросла наружу; Солмир встал на нее и посмотрел на Нив сверху вниз. – Я не жду благодарности, не волнуйся.

Нив бросила на него взгляд исподлобья.

– Хоть на это тебе хватает ума.

Солмир в который раз скривил губы в злой не-улыбке. Учтиво склонил голову, спрыгнул на тропу и снова ушел вперед за перевернутые деревья. Протягивать Нив руку и помогать ей перебираться через ветку он не стал; она чуть не упала, ударившись босым пальцем о светлую кору.

– Если ты так хочешь уберечь мою душу от гнили, – Нив сверлила его спину взглядом и пыталась не замечать боли в ноге, – то почему не бережешь свою? Если она у тебя вообще есть.

– Есть, конечно. – Он ответил почти сердито. – Хотя и давно иссохшая и жалкая. Но я смог отвязать ее от магии в свое время. – Голос у него стал глухим. – Тот еще подвиг, если хочешь знать. Магия здесь склонна проникать до самого нутра, подчинять себе полностью. Так же, как и в Диколесье, насколько я знаю. Но я научился быть осторожным и не давать ей сливаться с душой.