Ханна Сэнс – Райдер для Принцессы (страница 10)

Я решила, что набросок тоже может подождать, поэтому рассказала ей обо всем, начиная с той самой пробежки в этом самом парке.

– То есть, этот красавчик- тот еще король сарказма и колкостей, да? – подытожила Мила, ухмыляясь. – Люблю таких!

– А я ненавижу! Он всегда ставит меня в неловкое положение и перед Ремом, и перед самой собой. Но я сдаваться не намерена! И я не скажу ему свое имя, пока не услышу его. Это война, Мила. Без вариантов.

– Так, а твой Рем, кстати, знает вообще историю твоего имени? – она пыталась уследить за ходом моих мыслей. – Потому что, если он знает, то сам и расскажет ему…

– Нет, – отрезала я. – Знаешь только ты и мама. Рем знает только то, что это сокращенное имя, меня так зовут все с начальной школы, он привык и никогда не задавался вопросом. И все было хорошо, пока не появился этот… нахал. Который каждый раз делает на этом акцент, словно забавляясь, но он не понимает, что это каждый чертов раз возвращает меня к воспоминаниям об отце.

– Скажи ему. Попроси не поднимать эту тему, – предложила Мила, грызя карандаш.

Я сказала Миле свое настоящее имя, когда она поделилась со мной своим секретом. Эта улыбчивая и сильная девушка сбежала ото всех в другой город, чтобы никогда больше не пересекаться с отчимом. Ее мама вышла повторно замуж, когда Миле было пятнадцать. А через год отчим стал приставать к Миле. Мама не верила ей, а оставаться под одной крышей было больше невозможно. Поэтому она просто уехала к бабушке с дедушкой, а после окончания школы переехала как можно дальше. И больше не общалась с матерью. После совершеннолетия она сменила фамилию в паспорте и во всех соцсетях, взяв одну из самых распространенных в России – Петрова. У меня тоже есть своя история, и я поделилась ей с Милой и надеюсь, когда-нибудь открою свое настоящее имя любимому человеку – тому, в ком буду точно уверена. Потому что мое имя – это ….

– Слабое место. А Шлем никогда не должен знать, что у меня есть слабые места.

– Интересно было бы с ним познакомиться! – воодушевленно воскликнула Мила. – Хоть кто-то оказался с тобой на равных в колкостях.

– Я вообще-то как раз и хотела сосватать его тебе, ты же любишь таких парней.

И тут, словно по мановению волшебной палочки тишину вокруг разрушил до боли знакомый звук моторов. Сначала материализовался Шлем. Вспомнишь солнышко, вот и лучики. Правда, к Шлему другая поговорка больше подходит, но она не такая приличная…

– Принцесса.

Шлем сделал импровизированный поклон – получилось не очень. Мила незаметно ткнула меня локтем в бок, прошептала вопросительно: «Принцесса?» и подняла брови. Нахал же ловко спрыгнул со своего Шермана, снял шлем и протянул руку Миле.

– Фокс, приятно познакомиться.

А потом он мило улыбнулся ей так, как улыбаются довольные жизнью коты, и … поцеловал ее руку. Вот наглец! Создает слишком хорошее впечатление о себе. Мила не купится на этот фарс. Надеюсь…

– Мила, – подруга включила все свое обаяние и прикусила нижнюю губу, глядя на него из-под густых черных ресниц. – Рада познакомиться! Лина столько о тебе рассказывала.

Она клюнула или просто флиртует? Но меня-то сдала с потрохами. Хочет поймать его в сети или посмотреть, как я буду выкручиваться? В любом случае, у меня своя игра. Я демонстративно закатила глаза.

– Тоже рад тебя видеть! – улыбнулся мне Шлем как ни в чем не бывало. – Ты же в курсе, что моя названная в соцсетях девушка вполне может сделать вид, что тоже рада меня видеть.

Я почувствовала еще один вопросительный взгляд Милы на себе, но оставила его без внимания.

– Я знать не знаю, что происходит у тебя в соцсетях, Шлем. Но можешь и дальше фантазировать по ночам, тебе ничего не светит, – жестко отчеканила я.

После той его выходки с фото мне меньше всего хотелось поднимать эту тему снова. Шлем наклонил голову, внимательно вглядываясь в меня, а потом молча достал сигарету и закурил. В этот момент подъехал Рем и парочка Ли и Ви. Рем обрадовался, увидев меня, припарковал свое Зло и бодро зашагал ко мне. Я встала ему навстречу, и мы обнялись, но он, словно чувствуя на себе взгляд Шлема, мягко взял меня за подбородок и поцеловал в губы. Долго, нежно, чувственно. Наступила неловкая пауза, потому что мы никому не говорили о том, что наши отношения стали чем-то большим, чем дружба. И я даже еще сама словно в этом сомневалась.

– Рем, роль Принца тебе не к лицу.

Шлем не смотрел в нашу сторону, а разглядывал плывущий по воздуху дым.

– Тут других кандидатур нет, – коротко парировал Рем и крепко прижал меня к себе за талию.

Сердце забилось, я обняла Рема в ответ, но чувствовала себя неловко, проявляя свои чувства вот так, перед другими людьми, чувствуя, что за нами наблюдают. А может, я просто забыла, что значит «быть с парнем»?

Лаки тоже обрадовался встрече со знакомым и вился у наших ног. Ли и Ви познакомились с Милой и теперь наглаживали моего балдеющего пса. Кажется, кому-то сегодня перепало слишком много радостей! Лаки ластился и к Шлему, но тот отодвигал его ногой, приговаривая:

– Я люблю кошек, прости, братан.

Кто бы сомневался!

Хорошо, что я наделала сэндвичей с запасом, потому что ребята явно были голодны. Они налетели на них, как самые настоящие спортсмены после соревнований, располагаясь на нашем пледе. Что ж… все как-то в моей жизни идет не по плану, но, похоже, пора с этим смириться. Разговор завязался сам собой и, вот, Ви уже болтает с Милой о том, почему именно моноколесо ее привлекло в свое время:

– Ты знаешь, на нем я чувствую себя свободной., – слышу я обрывки фраз. – Свобода в движениях. В мыслях. И то, в какое коммьюнити я попала, однажды встав на колесо…Это бесценно!

Мне кажется, или Ви даже прослезилась? Может, мне тоже стоит попробовать освоить эту штуку? Все-таки я спортсменка по жизни, много на чем катаюсь, у меня должно получиться! Но уж точно не сегодня.

Рем тем временем пристроился рядом со мной, жевал сэндвич с курицей и болтал о покатушках с Ли. Похоже, они обсуждали какие-то технические моменты предстоящего заезда, в которых я точно была не сильна. Я легла на спину и смотрела на небо. Сейчас так редко получается просто остановиться в моменте. А в детстве я могла часами лежать вот так и смотреть за бегущими облаками. Но моему желанию расслабиться сейчас не суждено было сбыться. Белые облака загородило лицо. Темная щетина, мокрые от пота кудрявые волосы, а на левой щеке шрам. Не замечала раньше его.

– А есть что-то мясное, Принцесса? Или вы с подружкой только святым духом и минералкой питаетесь? – раздался до боли знакомый голос, а моя зубы сразу заскрежетали друг об друга.

– Ты загородил мне небо, – процедила я, закрывая рукой глаза.

– Еще никто не жаловался, когда я был сверху, Капитолина.

Может, он признается наконец, что он тренируется по ночам не с горячими девчонками, а с книжкой имен, чтобы выцепить все, достойные сокращения до «Лина»? Вот в это я точно могу поверить. Хотя и в другое тоже придется поверить, судя по тому, как Мила растаяла как мороженое перед ним. Видимо, девчонки ведутся.

– Все бывает в первый раз, Шлем, – холодно ответила я, но добавила: – Тебе, видимо, достался вегетарианский сэндвич, тот, что для Милы. Мясные правее в корзинке.

– Спасибо.

О, оказывается, приятно услышать от него благодарность. Редкое явление. Запомню этот момент. Моему взору снова открылось голубое небо.

– Фокс, – через несколько минут заговорила Мила приторно-сладким голосом. – Не покажешь, как кататься на этой штуке? Я слышала, ты очень опытный в этом вопросе.

А подруга явно не промах: хочет взять в оборот. Сможет ли она приручить этого скакуна?..

– Конечно, Мила, – дружелюбно отозвался Шлем.

Ее имя он запомнил. И не стал лезть к ней с расспросами. Я приоткрыла один глаз, надеясь, посмотреть на это мероприятие.

– Лина, а ты хочешь попробовать? – спросил Рем, аккуратно касаясь моей руки. – Вместе веселее.

– Может, в другой раз? – мягко спросила я, не желая вникать в эти тонкости баланса и маневрирования.

– Она – консерватор до мозга костей, – пробубнил Шлем. – Кроссовки и велик – ее предел.

Я резко села и бросила на него испепеляющий взгляд. Какого черта?

– Дай свое колесо сюда, Шлем.

Провокатор. Но я же какого-то черта ведусь на это…

Глава 8. Командная работа

Он молча затоптал сигарету и протянул мне колесо: не то, что было на соревнованиях, а какое-то полегче и меньше.

– У тебя разные колеса на все случаи жизни? Как платья у девушек? – язвительно спросила я, пытаясь удержать колесо, по ощущениям, оно было около двадцати килограммов.

– На все случаи жизни, – ухмыльнулся он и пожал плечами. – Я же спортсмен.

Тоже мне спортсмен. Пока я все еще не понимаю, в чем тут спорт.

Одежду, надо сказать, я выбирала утром, исходя из пикника. Я никак не рассчитывала на обучение на моноколесе, поэтому надела тот самый белый сарафан, который можно охарактеризовать как свадебный. Но что поделать – дороги назад нет.

Шлем принялся снимать с себя защиту. Он аккуратно положил шлем на землю. В этот момент я испытала даже какой-то восторг, что наконец-то смогу сама побыть в шлеме – закрыться ото всех. А надеть ЕГО шлем – это как побыть немного в его шкуре. Хотя… с каких пор мне вообще это нужно?!

– Стой смирно и подними платье, – спокойно произнес он, подойдя ко мне с наколенниками.