Ханна Ник – А зачем цветы? (страница 7)

– Знаешь, не вижу больше смысла в этих разговорах, – сразу пресекаю его попытки сблизиться – как на ментальном уровне, так и физически.

Поднимаю с пола увесистую спортивную сумку со своим барахлом. Эдик пытается перехватить мою руку, отталкиваю его с силой. В его взгляде – удивление. Не ожидал от своей “дрессированной обезьянки” такого отпора? Зря.

Отпор мужикам мы с Ольгой научились давать еще со школьной скамьи. Не всем мужикам, разумеется, только тем, кто был – по нашему мнению, – ничтожен. И неплохо в этом преуспели. Главное – не выказывать собственной слабости. И ни в коем случае не демонстрировать страх.

Страх притягивает агрессора. Давно известно.

…Направляюсь к входной двери, попыток удержать меня Эдик больше не предпринимает. Возможно, еще оттого, что наверняка узрел во дворе Ольгину “тачку” и рядом с ней – мою лучшую подругу с мобильником в руке.

До этого мы с Оленькой обсудили, каким образом я стану забирать вещи из квартиры Эдика (точнее, квартиры, которую он снимает). Ольга сразу и категорично заявила, что одну меня к нему не отпустит и, если, не дай Бог, услышит крики или я просто долго не появлюсь, немедленно вызовет полицейских.

Предосторожность нелишняя, но в данном случае опасаться нам с ней нечего – Эд обескуражен моим уходом и, не будучи клиническим дебилом, отлично понимает – насилие ему не поможет, а лишь навредит.

Но все-таки шанса высказаться напоследок он не упускает.

Прислоняется к дверной притолоке, криво улыбается.

– Значит, снова спелась с подружкой?

Что значит – снова? Мы с Ольгой и не расставались. Правда, в последние месяцы (когда я жила с Эдиком) встречались не так уж часто, в основном переписывались в мессенджере, но теперь снова сошлись. И я осознаю, что Ольгиного общества мне реально не хватало.

– Тебе-то что? – бросаю небрежно, отпирая замки.

– Да она – первостатейная манипуляторша, – мягко говорит Эдик, понизив голос, – Если б ты слышала, что она мне о тебе нашептывала…

Резко оборачиваюсь, прежде чем выйти в подъезд.

– Манипулятор – это ты. Манипулятор и абъюзер.

Эдик краснеет. В тошнотворно голубых глазах на какие секунды снова появляется бешенство, но мне уже плевать. Пусть мебель громит, раз энергию некуда девать. Накаченный бездельник.

Небрежно бросаю напоследок:

– Счастливо оставаться, – и, захлопнув за собой дверь, направляюсь к лифту.

Бойфренд не бежит следом. Это ниже его достоинства. Но что просто так он меня в покое не оставит, я более чем уверена.

Впрочем, это уже другой вопрос.

И вообще, подумаю об этом завтра. Или послезавтра. А лучше – никогда.

* * *

…– Вопрос занятости – это вопрос приоритетов, – назидательно говорит Ольга, аккуратно поддевая десертной ложечкой горку взбитых сливок на пирожном (минимум раз в неделю подруга считает нужным баловать себя десертом, вполне обоснованно считая, что на ее весе это если и скажется, то несущественно, зато отказывать себе в маленьких удовольствиях очень вредно для нервной системы).

Я неопределенно пожимаю плечами. Пирожных мне в данный момент не хочется. Вспоминается то ли название какого-то бульварного детектива, то ли фильма (тоже “легкомысленного”) – “Бесплатных пирожных не бывает”.

Ну, положим, бывают. Правда, платить все равно приходится, рано или поздно. Как выражался “Иван Иванович”, “за всё в этой жизни приходится платить. Или РАСПЛАЧИВАТЬСЯ”.

Может быть, кто знает.

Мы сидим вместе с Ольгой в кофейне (весьма цивильной кофейне, уютной, с достаточно высокими расценками, чтобы “всякая шваль” это местечко не облюбовала) и вздыхаем – каждая по своей причине. Хотя с виду никак не скажешь, что мы неудачницы – упакованы прекрасно, мордашки симпатичные, волосы ухоженные и вообще… “Дамочки из высшего общества”. В действительности, конечно, не из высшего, но и не шалавы. Вполне себе успешные девушки, у каждой – приличная работа, каждая при желании легко подыщет себе накаченного “Эдика”… Хотя…

В действительности-то неудачницы. В том, что касается личной жизни – определенно. Ольга в настоящий момент встречается с женатым (при этом вовсе не настаивая, чтобы тот разводился. К чему ей будущий алиментщик? Пусть ее ценит как любовницу, которая в любой момент может послать его лесом.)

Ну, а я… Я заблокировала номер своего “красивого и злого” и вовсе не горю желанием отправиться на поиски более достойного.

Единичный инцидент с загадочным незнакомцем так и остался инцидентом.

Сергей мне так и не перезвонил. И не в моих правилах звонить мужику первой. Даже если мужик заслуживает внимания.

– Никто не бывает СЛИШКОМ занят, – продолжает нудить подруга назидательным тоном. – Если даже и занят, все равно найдет возможность связаться с тем, кто ему или ей нужен.

– Оль, хватит душнить, – вертится у меня на языке. Отлично понимаю, к чему та клонит.

Незачем мне ждать звонка от того, кто почти наверняка не позвонит. Вторая неделя пошла после нашей нечаянной встречи. Вряд ли человек настолько занят, что не нашел свободной минуты, чтобы набрать мой номер. Набрать номер и просто сказать: “Привет, как дела?”

Ольга переводит взгляд на стеклянные двери кафе. И чуть сощуривается. Она сейчас напоминает кошку, изготовившуюся к прыжку. У нее даже в глазах загорается зеленый хищный огонек.

Я тоже поворачиваю голову. И замираю.

– Черт, – еле слышно говорит Ольга, – Породистых собак разбирают еще щенками, породистых мужиков тоже.

Я почти не обращаю внимания на ее слова. (Да и стоит ли на них обращать внимание?)

Вошедших в кофейню “породистых” двое. Оба высокие, спортивные, но не чрезмерно накаченные. Один более светловолосый, даже в некоторую рыжину, бородка небольшая, аккуратная, холеная. На вид лет тридцать – тридцать пять. Другой скорее темно-русый и без бороды. С узким лицом и насмешливыми глазами.

Не узнать его невозможно, хотя в настоящий момент на нем не кожаная куртка, а пальто (впрочем, какая разница?)

Да, для меня невозможно его НЕ узнать.

Он же лишь скользит по мне рассеянным взглядом. И только через пару секунд в его глазах тоже появляется УЗНАВАНИЕ.

А на губах – легкая улыбка.

Чувствую, что краснею. Краснею! Как девочка-подросток. Да что со мной, в самом деле?

Натуральный кринж.

Поспешно отвожу глаза и подношу к губам чашку с отвратительно теплым кофе.

Пожалуй, лучше всего сделать вид, что его не узнала.

Так и разойдемся. “Мы странно встретились и странно распрощались…”

– Добрый день, – Сергей приближается к нашему столику. Его бородатый спутник останавливается у стойки, но тоже бросает взгляд на нас с подругой. Вполне доброжелательный, во всяком случае не холодный, не равнодушный и не наглый.

– Добрый день, – тянет Ольга кокетливо, – Мы знакомы?

– Увы, только с Валерией, – отвечает мерзавец, ничуть не смущенный нечаянной встречей, и уже обращается лично ко мне, – Здравствуйте, Лера.

Велико искушение отвернуться и вообще сделать вид, что приветствуют не меня.

Но, разумеется, я этого не делаю. Тем не менее, отвечаю намеренно холодно.

– Здравствуйте, Сергей.

Ольга моментально всё просекает и на ее пухлых губках (сексапильных, хотя ни грамма силикона) появляется чуть ироничная улыбка.

– Должен извиниться, что не позвонил, – непринужденно говорит этот гад. При более ярком освещении заметно, что ему скорее все-таки к тридцати пяти, нежели тридцати. А также, что он красив. Неброской, сдержанной красотой. Без лишней брутальности. Черты лица тонкие, но опять же, не чрезмерно. – Как-то закрутился, а потом не мог вспомнить, куда подевал вашу визитку.

– Не страшно, – отвечаю как можно небрежнее. – Вообще не критично. С охранной системой у меня проблем нет.

Он улыбается. С улыбкой тоже порядок, зубы ровные и не испорченные. Следит за собой, кто бы сомневался. Машинально бросаю взгляд на его руки. Чистые, ухоженные. Определенно, не руки работяги.

Обручального кольца нет. Вообще нет колец.

Ольга решает напомнить о себе. Подруга у меня та еще проныра. О таких в старину говорили: “На ходу подметки режет”.

– Кстати, я Ольга. Подруга Леры.

Серые (серые? Или серо-зеленые?) глаза Сергея перемещаются на нее, и я немедленно ощущаю укол ревности. Оленька хороша, особенно если стремится понравиться. А сейчас она определенно ХОЧЕТ понравиться моему “спасителю”.

– Сергей, – моя подруга и мой "спаситель" обмениваются рукопожатием.

– Присоединитесь к нам? – обаятельно улыбаясь, предлагает Ольга, – Вместе с товарищем.

Сергей оборачивается на “товарища”, который как раз с двумя чашками кофе в руках отходит от стойки.