Ханна Хаимович – Хранитель смерти (СИ) (страница 111)

По ночам она летала, бродила по крышам и колдовала. От собственной магии, в отличие от ковена и всего магического общества, отдохнуть не хотелось.

Она вспоминала то, что когда-то умела. Вспоминалось легко и с удовольствием, хотя Алиса все еще немного удивлялась, когда ее руки почти машинально выполняли сложный узор и магия срабатывала. То новогодняя елка на центральной площади превращалась в живой трехмерный лабиринт, а каток перемещался на отвесные стены — Алиса вспомнила, какие чары использовал Сулей в новогоднюю ночь, и попыталась повторить; то на очередной заснеженной крыше вырастал сад, и цветущие лианы вились по антеннам; то после запутанного узора всеведения Алиса видела всех магических существ и все колебания силовых потоков, насколько хватало взгляда.

Казалось, существа тоже помнили Некрополь. Теперь они словно отыгрывались за все время, которое провели обессиленными. Вокруг торговых центров роились лизни, ожидая, пока магазины откроются и можно будет полакомиться содержимым чужих кошельков. Еще больше лизней скрывалось в круглосуточных супермаркетах и барах. Время от времени из окон прямо сквозь стекло выползали сытые домашние всеядцы, до отвала наевшиеся мелкими вещами — ключами, носками, зарядками от телефонов, ножницами и заколками. Вдали на волнах реки покачивался, отдыхая, упитанный бессонник. Тонкий лед под ним растрескался. На соседних улицах, по которым он только что прошел, было особенно много светящихся окон. Ведь после визита бессонника, как известно, смертных одолевает бессонница, и нечего и надеяться задремать до утра. Невидимые полтергейсты не затихали всю ночь напролет, переговариваясь голосами, неотличимыми от звука работающей дрели, и доводя соседей до неистовства.

Потом Алиса, воровато озираясь, ликвидировала результаты своих чар и отправлялась домой.

И только на пятый день она поняла, что уже достаточно отдохнула. Стало интересно, что нового происходит в магическом мире. Она снова пожалела, что у ковена, ложи или инквизиции нет официального сайта. Как было бы удобно… Самой сделать, что ли, раз никто не хочет?

Но пока сайта не было, пришлось отправляться к тому, кто точно знал все новости. А именно — к верховному инквизитору.

В приемной у Ландау, как и прежде, восседала секретарша-дух. Над столом завис портрет президента, обозначая место, где должно было находиться лицо. Клавиши рабочего ноутбука сами собой печатали с невообразимой скоростью. Алиса опасалась, что секретарша опять не пропустит ее, но создание не отреагировало.

— Привет.

Шкаф с артефактами, который большую часть времени прятался за иллюзорным окном, был открыт. Ландау искал что-то в большом железном ящике, сидя на корточках. Услышав голос Алисы, он поднял голову.

— Привет. Нагулялась?

— Я не гуляла, — поправила Алиса, подходя и заглядывая в ящик. — Я разбиралась со своими личностями. Легко, думаешь, когда в голове появляется альтер-эго, а потом куча магических знаний, в которых не сразу можно разобраться?

— Альтер-эго? — Ландау внезапно заинтересовался, отставил ящик и поднялся. — И с кем я говорю — с Алисой или с Илоной?

В ящике оказались… когти. Или что-то очень на них похожее. Алиса взглянула еще раз. Нет, эти предметы только напоминали когти. Стальные, загнутые, длинные, сантиметров по тридцать, это были магические скобы для запирания хищных сущностей за защитными стенами. Редко используемые, потому что такие сущности редко встречались. Интересно, теперь знания Илоны всегда будут всплывать в голове, на что ни взгляни?

— С Алисой, — решительно ответила она. — Я же обещала прогнать Илону, если помнишь.

— Точно, — он усмехнулся и притянул ее к себе. — И ты обещала кое-что еще.

— Хочешь потребовать должок немедленно?

Алиса подставила ему губы. Ландау накрыл их своими. Некоторое время они целовались, не спеша, растягивая удовольствие. Алиса прикрыла глаза, отдаваясь во власть ощущений. Сейчас ей было даже лучше, чем в прошлый раз. Будто поцелуи Безымянного были дорогим вином, букет которого раскрывается не сразу, и тебя всегда ждут новые оттенки и открытия… Дыхание участилось, она жадно отвечала, а по телу разливалась волнующая дрожь. Хотелось, чтобы это длилось еще и еще.

Но через пару секунд (или минут? а может, часов?) Ландау с сожалением отпустил Алису и отступил на шаг.

— Должок я бы потребовал, но ко мне вот-вот должны прийти, — сказал он. — Придется отложить. Ненадолго… Стоп. Не шевелись.

— Что?

Алиса, все еще настроенная на романтический лад, не сразу поняла, в чем дело. Скосив глаза, она следила, как Ландау осторожно протягивает руку к чему-то у нее над головой. Вот он рывком схватил что-то невидимое и резко дернул!

— Ай!

Казалось, он выдергивает из волос большой комок репейника. Репейник держался за мелкие пряди и не думал отцепляться. Ландау прошипел короткое заклинание, и крючья исчезли. Алиса нервно пригладила волосы — ей почудилось, что неизвестное создание проделало на макушке обширную плешь.

Ландау встряхнул добычу и продемонстрировал Алисе:

— Узнаешь?

Она узнавала. Из его руки свисало нечто, напоминающее черный бархатный мешочек. Внизу у мешочка болталось несколько десятков тонких шнурков, но если присмотреться, можно было различить на концах крошечные цепкие пальчики. Хлоп-хлоп — мешочек открыл круглые красные глазищи и заморгал.

— Бзик начальственный, — определила Алиса. — Заводится в кабинетах руководителей, питается здравым смыслом. Ну и что ты здесь развел? Мало нам было одного верховного-самодура!

— Это не я! — открестился Ландау. — Это завелось при Сулее.

— Ну да, надстройка Сулея разрушилась, а бзики остались. Верю, — протянула Алиса и рассмеялась. Ландау развеял созданьице коротким антимагическим жестом. Она бы даже пожалела незадачливое существо, если бы не знала, что через час оно материализуется снова, только выберет более подходящий кабинет.

— Значит, из администрации президента переползло, там их всегда были полчища. Да и у инквизиции к таким иммунитет.

Ландау подобрал ящик с «когтями», поставил его на стол и закрыл шкаф с артефактами. Окно, тихо скрежетнув, встало на место, а за ним появились два кресла для посетителей и журнальный стол.

— Я тогда вернусь позже, раз ты занят, — сказала Алиса с некоторым разочарованием.

— Оставайся, — велел он. — Ты не помешаешь. У меня нет времени разыскивать тебя, когда пропадешь еще на неделю.

Она усмехнулась, сбрасывая куртку и усаживаясь в кресло.

— Ну куда это годится? Как это — нет времени? Ты что, не знаешь, что должен откладывать все дела и отменять встречи, чтобы догнать меня, пока я не обиделась на всю жизнь?

Судя по недоумению в глазах Ландау — не знал. Алиса прыснула. Она все еще смеялась, когда у него зазвонил телефон. Ландау взял трубку, выслушал кого-то — собеседник оказался немногословным — и принялся за узор для стабилизации портала.

Через минуту из портала появилась эффектная молодая женщина в короткой зеленой шубке.

По мягкому меху живописно разметались рыжие волосы. Облегающие джинсы подчеркивали длинные стройные ноги в сапожках на каблуке. Алые губы красавицы изгибались в приветливой улыбке. Она откинула с лица блестящие пряди тонкой рукой с модным зимним маникюром.

Следом за ней вышел… Стефан Лещинский. Портал закрылся.

Алиса с изумлением разглядывала странную парочку.

— Добрый день, — сказал Ландау и жестом призвал откуда-то два стула. Рыжеволосая красавица невесомо опустилась на один из них, расстегивая шубку.

— Жарко здесь у вас, — пожаловалась она. Голос звенел, как серебряный колокольчик. Гостья непонимающе покосилась на Алису, Лещинский кивнул ей, как старой знакомой.

Ландау устроился за своим столом и выжидательно уставился на пришедших.

— Итак? — сказал он. — Стефан, я что-то не припоминаю, чтобы вы переводились в другой город.

— Семен Никитич перевелся, — поспешно объяснил Лещинский. — Из нашего регионального управления его назначили в город К. Поэтому Элен попросила меня ее сопровождать.

— Как интересно, — прокомментировал Ландау. — Кто подписал приказ о переводе господина Муравьева в К.? Елена, у вас есть оригинал или копия приказа?

— Нет, — захлопала глазами красотка, явно не очень довольная, что ее назвали Еленой.

— Достаньте. Погодите, не прямо сейчас. У вас есть подтверждения, что Муравьев связан с появлением хищных подземников?

— Не с появлением. Он перевелся где-то через неделю после того, как мы заметили, что они проснулись, — принялась рассказывать Элен. — Мы, конечно, сразу начали проверять силовые потоки. Их схема исказилась, но было похоже, что естественным путем. У нас так бывает, когда просыпаются твари, у нас же…

Ландау сделал нетерпеливый жест, показывая, что помнит о тварях. А жаль. Алисе становилось все любопытнее. Какие необычные твари живут в этом К. и почему она о них не слышала?

«Потому что Илона не застала их пробуждения», — подумала она. Да, Илона помнила что-то о мрачном северном городе с его легендами об огромных хищных созданиях, живущих под землей, на улицах и по берегам реки. О том, что эти создания уникальны, и город уникален, что он стоит на каком-то незримом энергетическом разломе, и оттуда-то и лезут невидимые и бесплотные, но очень коварные и прожорливые существа, которых не встретишь больше нигде на земле. О ночной охоте тварей и о том, как важно не смотреть им в глаза — даже если ты не видишь никаких глаз…