Хана Анибал – Соревнования Живых Мертвецов (страница 13)

– Алекс, – серьезно проговорила девушка. Теперь в ее глазах горела решимость, такая непокорность, что Алекс замялся.

– Что?

– Я тебя ненавижу.

Эта фраза разожгла кровь. Заставила сердце Алекса биться как бешеное. Он не знал, что такое вообще возможно. Алекс, ты нормальный? Как можно хотеть человека, который считает тебя злым обладателем тараканьего мозга?

– Я тоже ненавижу тебя, – улыбнулся Алекс и снова поцеловал Карлоту. Этот поцелуй был легким и нежным. Неразрывная цепь поцелуев спускалась все ниже и ниже. Парень расстегивал пуговицы на халате Карлоты. Девушка была тихой и цеплялась за Алекса, словно он мог убежать. Но это было не в его власти. Она ведь не знает, что Алекс нарочно лежал в больнице и вертелся около ее палаты последние пять часов. Он хотел удостовериться, что она жива и невредима. Когда Вэл рассказал Алексу о машине, тому стало плохо. Парень плевал на автомобиль. По тону Вэла можно было подумать, что Карлота пострадала и серьезно. Она могла умереть. Вполне подходящий повод, чтобы лишиться рассудка.

Нитки с пуговицами вытягивались, когда Алекс со всей силы тянул их. Почему они вообще не падали? Конец халата Алекс разорвал и сел, разглядывая Карлоту. Это заняло не больше секунды. Он видел, как Карлота начала краснеть. Алексу не хотелось ее смущать, но он не мог насмотреться на это тело. Парень коснулся кончиком языка тонкой шеи. На вкус она была как соленая карамель. Алекс трепетно сжимал девушку. Он целовал и ласкал грудь Карлоты. Цепочка поцелуев накрыла изуродованную ключицу девушки. Правое предплечье когда-то было ранено, и остался крупный шрам. Парень не стал снимать футболку. Его плечо было перебинтовано и все еще ныло. Алекс опасался сделать Карлоте больно. Девушка была в бинтах и синяках. Парень ругал себя как только мог. Даже оттолкнув девушку, он умудрился сделать ей больно. Видимо, у него особый талант. Алекс грубо стянул с Карлоты трусики. Девушка тихо постанывала под Алексом. Парень аккуратно раздвинул ее ноги и спустился вниз. Он принялся ласкать языком внутреннюю сторону бедер. Пальцы очертили знакомый длинный шрам вдоль ноги Карлоты. Даже израненная, она была прекрасна. Как же он этого ждал, сны преследовали Алекса почти два года. Он, как и Карлота, видел кошмары. Только в них не было Капитана или других живых мертвецов. В его снах была одна Карлота, и она мучила его, преследовала, дразнила. В кошмарах девушка умирала и воскрешалась сотни раз.

– Алекс, – парень застыл. Карлота старалась сжать бедра и отодвинуться. Парень слегка опешил, с ним такого никогда не случалось. Обычно девушкам нравилось, что он с ними делал. Но, видимо, Карлота во всех его списках стояла в особенной графе. Не в силах остановиться, Алекс проигнорировал девушку. Он принялся ласкать ее грудь, но Карлота оттолкнула от себя парня.

– Карла, – Алекс сел на кровать напротив девушки. Он был лохматым, а голос охрип от возбуждения. Девушка прижала к себе одеяло и осторожно потянулась к парню.

– Ты уйдешь от меня утром или когда я усну? – ей было так тяжело это спрашивать, в любую секунду могли появиться слезы. Да, Карлота старалась раствориться в Алексе, сделать его своим. Но она осознавала, что он бросит ее при любом удобном случае.

– Не нравится, вызови полицию и прогони меня, – засмеялся Алекс.

– Лучше заведи себе подружку, чтобы мучить ее, а не меня, – ответила девушка.

Алекс снова улыбнулся, и Карлоте стало не по себе. Нормальные люди так не улыбаются. Обычно, когда уголки их губ тянутся наверх, глаза щурятся сами по себе, но не у этого парня. Обнажая блестящие зубы в оскале, Алекс выпучивал глаза, становясь похожим на безумца.

– Самый настоящий психопат, – пронеслось в голове у Карлоты.

– Ты говорил, что мы должны держаться друг друга. Быть вместе несмотря ни на что.

– Это были Соревнования. Я старался помочь тебе выжить и ничего больше. Я был напуган. Мне было страшно, так же как и тебе. Я просто не хотел оставаться один. Ты не можешь требовать с меня исполнения старых обещаний. Карлота, я обязательно от тебя уйду, рано или поздно.

– Тогда, – пробормотала девушка, – уходи сейчас.

Алекс остолбенел.

– Что сидишь? Иди.

Алекс встал с постели, не понимая, что происходит. Стараясь привести себя в порядок, парень усмехнулся. Только что Карлота запускала длинные пальчики ему в волосы, прерывисто дышала и шире раздвигала ноги. На языке парня еще оставался терпкий вкус граната. Господи, девушки такие непостоянные. Сейчас они до слез умоляют остаться, а в другую секунду требуют, чтобы ты ушел. И что творится в их головах? Сделав шаг к двери, Алекс вернулся.

– Я уйду. Только еще один вопрос.

Алекс сжал челюсть. Ему не хотелось спрашивать это, но в мыслях парня вертелись картинки, и одна была хуже другой. Он сел на край постели и осторожно коснулся ладони Карлоты. Девушка сильнее сжала одеяло, но не убрала руку. Ещё один шрам. Он тянулся через всю ладонь Карлоты. Алекс сплел ее пальцы со своими. Этот родной жест заставил девушку задержать дыхание.

– Когда ты съехала с дороги, – Алекс замялся, Карлота шумно втянула в себя воздух, – ты ведь не нарочно?

– Ты думаешь, я хотела выехать в озеро по собственному желанию? – вспылила девушка и дико посмотрела на Алекса.

– Ну… Я просто…

– Нет, – ответила Карлота. Ее голос был тихим, но казалось, что она кричит. Алекс давно не видел такой ярости в ее глазах. – Нет. Да как тебе такое в голову пришло? Я бы в жизни так не поступила. Это самое ужасное в мире. Я бы никогда не пошла на такое из-за тебя и никогда не поступила бы так со своей семьей.

Алекс задрожал всем телом. Перед его глазами вспыхнул образ загона и высокой изгороди.

– Если вы призовете смерть, то она придет за вашей семьей. Так говорил Капитан.

– И ты до сих пор в это веришь? Глупышка, – засмеялся Алекс. – Если ты не собираешься выкинуть одеяло и станцевать для меня голой, то я пошел.

Схватив Карлоту за шею и прижавшись к ее губам, Алекс вложил в поцелуй всю силу. Так же резко отдалившись, парень встал и пошел к двери.

– Дурак, это я тебя прогнала. Я не хочу тебя видеть. Убирайся! Алекс, ты мне не нужен. Вэл был прав, от тебя одни проблемы. Я тебя ненавижу. Ненавижу!

Карлота швырнула подушку в парня, но тот ее поймал и положил у двери.

– Я тоже тебя очень ненавижу. И поэтому я ухожу.

Карлота сглотнула и отвернулась от Алекса. Ее бессмысленные вспышки гнева быстро прекращались и оставляли после себя оглушающую пустоту.

– Тогда это конец, – прошептала она.

– Конец, – отразился мужской голос от стен. Карлота очнулась, когда дверь захлопнулась.

Не в силах сдержать себя, она скорее спрыгнула с кровати и начала одеваться. Еще чуть-чуть, и он уйдет. Карлота не знала, что ему скажет, если догонит. Что будет, если он снова ее оттолкнет. Ее самоуважение капля за каплей исчезало, перерастая в отчаяние.

Хромая, Карлота выскочила за дверь, оглядываясь в поисках Алекса. Темный коридор был пуст. Старые лампы гудели, как улей осенних пчел. Девушка остановилась. Она не знала, в какую сторону идти. Перед глазами мелькали коридор, темнота, лицо Алекса и мутные картины прошлого. Карлота пошла в одну сторону, но тут же вернулась. Схватившись за голову, она прижалась к стене и сползла на пол. Она могла позвать Алекса. Закричать что есть сил, и он бы ее услышал. Он бы вернулся. Но Карлота не будет этого делать. Ни ей, ни ему это не нужно. Будет лучше, если все останется на своих местах. Но это так невыносимо. Карлота поднялась с холодного пола и вернулась в палату.

«То, о чем я мечтаю, это же такая мелочь. Просто быть с тем, кого я люблю. Видеть, как он дышит и не бояться потерять это дыхание. Наверное, это желание самое простое в мире, но не всем суждено его увидеть. Жить с этим, – думала Карлота, – так легко быть одинокой, но трудно жить, осознавая свое одиночество».

Алекс снова лгал, причем он лгал сам себе. Его опять посетила мысль, что, отталкивая и обманывая Карлоту, он делает только хуже. Парень не стал подниматься к себе в палату, а сразу пошел домой. Карлота ответила на главный вопрос, который его мучил: она не нарочно съехала на машине в озеро.

Там, на Соревнованиях, если кто-то решал закончить жизнь таким образом, то за это отвечала и его семья. В самом начале один паренек так и поступил, а потом всех ребят собрали у экрана и заставили смотреть, как казнят его семью: мать и отца.

Страх – это даже не привычка, а укоренившаяся в мозгу догма. Правил у Живых Мертвецов было не так много, но все их исполняли.

Морозный воздух ворвался в легкие Алекса, когда тот вышел из больницы.

– Скоро пойдет дождь, – сказал водитель скорой Алексу. Мужчина курил у входа, вжавшись в куртку.

– Как будто я не в курсе, – пробубнил парень и медленно пошел домой.

Карлота сидела в больничной столовой и пыталась накрутить на вилку разварившиеся макароны. Ей дали новый халат и поменяли простыни на кровати. От вчерашней ночи остались только воспоминания. Они искрились буйством красок и шаровых молний в сознании Карлоты. Алекс всегда был рядом. Его поцелуи порхали по телу, а ядовитые слова жалили сердце. Девушка не могла остановиться. Она прокручивала в памяти каждую минуту ночи.

Карлота вернулась в палату и хотела почитать, когда нагрянули гости.