Хана Анибал – Соревнования Живых Мертвецов (без цензуры) (страница 4)

Парень точно знал, что Карлота любит его, и не желал этого. Он хотел, чтобы девушка отпустила его. Она должна отпустить прошлое. Алекс усугубил положение, пригласив девушку на свидание. Но он уже придумал, как все исправить. Он не был хорошим. Алекс был Алексом. Самим собой. Ничто не сделает его лучше. Даже Карлота. Алекс боялся, что утянет ее за собой в топкое и глубокое болото тьмы и горечи.

Глава 2. Тогда.

Карлота стояла за прилавком и глядела в окно на прохожих. День в магазине тянулся бесконечно долго. Особенно после обеда, когда от еды начинало клонить в сон. Карлота не любила магазинчик, но любила свою маму. Кто-то ведь должен ей помогать. После того как отца посадили за решетку, все изменилось. Заключенный до конца жизни. Конечно, за такой проступок Киома Зов могли и казнить, но у него даже в суде нашлись союзники. Друзья друзей, у кого достаточно власти, чтобы оставить отца в живых. Карлоте и Вэлу даже не пришлось делать татуировки, которые были клеймом для всех детей мятежников. Хорошо, что брат успел окончить школу.

У друга Вэла – Джека – есть связи среди миротворцев, и парни ходят на стажировку. У брата все хорошо, и Карлоте не на что жаловаться. Но после того как отца посадили, в школе за ее спиной постоянно шушукались. И не только дети. Больше это занятие любили учителя. Отца посадили в конце весны. Мать постоянно плакала. Думала, что в городе все от них отвернутся. Но к семье Зов люди оказались добры. Даже спрашивали, не нужна ли помощь. Покупатели также захаживали в магазинчик, а соседи звали на ужины.

Летом Карлота записалась на школьные курсы. Детей и учителей было мало, и девочке это нравилось. Но, стоя сейчас за прилавком, Карлота поняла, что не хочет идти в школу. Уже конец августа. Листья начинают желтеть по краям. Карлоте хотелось остановить время. Или можно оставить все как есть, только отменить школу? Чтобы на нее больше не смотрели, как на дочь предателя. Ее отец был главным советником мэра и восседал в городской палате. И ему не нравился новый премьер-министр. Киом Зов помогал мятежникам, и правительство об этом узнало. Отец Карлоты всегда умел увиливать от проблем, но на этот раз его поймали по-настоящему.

Впрочем, в городе уже ходили другие сплетни. Именно в этот момент с мамой Карлоты разговаривала самая болтливая сплетница в городе. Мама стояла у больших весов и впитывала каждое слово лжи, а может, и правды, от миссис Сперов.

До Карлоты долетали обрывки фраз, но девушке они были совершенно неинтересны. Каждое утро Карлота и ее лучшая подружка Аги бегали на стадионе. Они не пропускали ни одной тренировки. После Карлота шла на курсы, а потом помогала маме в магазине. Под конец дня у нее уже не было сил. Девушка ожидала другого лета в свои 15 лет.

Среди прилавков смеялись мальчишки, и Карлота следила, чтобы им не взбрело в голову стащить что-нибудь. Уперев локти на стол и подставив ладонь под голову, девушка со скучающим видом смотрела на прохожих через витрину. Люди спешили или прогуливались. И так каждый день.

В таком небольшом городе многие знали друг друга или хоть раз встречались на улице. Вот идет девушка, которая старше Карлоты на пару лет. Они часто виделись в школе, в городском оркестре или парке. Вот старушка, которая выращивала большие красные цветы во дворе.

Карлота прищурилась. На другой стороне дороги шел Александр Хоул. Парень прогуливался с гордо поднятой головой, словно эта улица принадлежала ему. Карлота никогда не видела его с одной девушкой дважды. Вот и сейчас рядом с Алексом шла красивая блондинка. Она что-то оживленно рассказывала парню, но было видно, что тот ее совсем не слушает. Алекс не ждал подругу. Девушке приходилось бежать, чтобы не отстать от него.

Как бы сказали Вэл или Джек:

«В этом весь Алекс».

Он никогда не бегал за девушками, не звал их на свидания. Вел себя с ними как последний козел, но все равно глупые девицы мечтали об Алексе. Когда-то этот парень дружил с братом Карлоты. Девочка и сама любила гулять с Вэлом, Алексом и Джеком. Было весело. Мальчишки ловили змей, гоняли на велосипедах и лазили в заброшенной больнице. Раньше Алекс часто оставался в доме у Вэла. Ребята дружили с детского сада и никогда не расставались.

А потом отца Алекса посадили в тюрьму. Это случилось два года назад. Самая уважаемая семья в городе. Отец – лучший в республике хирург, а мать – ученый. Кто-то пустил слух, что отец Алекса лечит нелегалов. На всякий случай правительство решило все проверить. Доктор Хоул и вправду укрывал семью нелегалов в больнице как пациентов. Его посадили в тюрьму на 7 лет. Людей казнили и за меньшие преступления, но отец Алекса был настоящим талантом в своей профессии. В отличие от семьи Карлоты, семья Хоулов стала отвергнутой. Мать с отцом запретили Вэлу общаться с Алексом.

А теперь Вэл сам стал изгоем. Равновесие сторон пришло к одному результату.

Раньше Алекс был круглым отличником и состоял в команде по плаванию вместе с Вэлом. Но два года назад, после того как ему сделали татуировку, эмблему предателя на плече, парень перестал быть прежним. Он начал устраивать беспорядки на каждом углу, он бросил школу или еле окончил ее. Девушка точно не знала.

Алекс остановился, чтобы сказать что-то подруге и заметил Карлоту. Его темные глаза замерли на девушке. Карлота остолбенела. Она почти год не видела Алекса. У нее хорошо получалось избегать парня на улицах, но Карлота помнила все. Например, то, что его карие издали глаза на самом деле ореховые и теплые, как чашка травяного чая зимним вечером, что он ненавидит пчел и помогает в доме престарелых. Раньше помогал. Заметив Карлоту, Алекс улыбнулся и приветливо ей помахал. Рука девушки дернулась. Она подняла ладонь, но не стала махать в ответ. Что-то остановило ее.

Колокольчик на входной двери зазвенел, и Карлота дернулась от неожиданности. Мальчики вышли из магазина и, прыгая через бордюры, побрели дальше. Карлота снова посмотрела в сторону Алекса. Парень не отводил от нее взгляда, словно ожидая чего-то. Карлота ждала того же. Ее дыхание сбилось.

– Дорогая, куда ты смотришь?

– Да так, ничего особенного.

Мать Карлоты строго глядела на дочь.

– Вот и хорошо. Тогда, пожалуйста, обслужи миссис Сперов.

Карлота непонимающе смотрела на мать, пока не осознала, что перед ней уже как полминуты стоит Лукреция Сперов. Женщина выпучивала глаза от нетерпения. Пробив по кассе продукты и отдав сдачу, Карлота еще раз оглядела улицу. Алекса не было. Вместо него девушка почувствовала на себе чужой взгляд.

Неподалеку стоял припаркованный черный автомобиль. Карлота плохо разбиралась в марках, но на таких машинах ездили люди из министерства или работники служб надзора. Сидевший внутри мужчина был в темных очках, но Карлота знала, что он смотрит на нее. Поняв, что его раскрыли, человек быстро дернул головой в другую сторону. Через минуту автомобиль скрылся за углом. Карлота не смогла разглядеть номеров, но запомнила мужчину: его впалые щеки, помятую коричневую шляпу с полями, его большой нос и костлявую руку, торчащую из окна. Карлота пообещала себе рассказать об этом Вэлу, но через полчаса мужчина уже вылетел из ее головы.

Магазин находился не очень далеко от дома, но Карлота с матерью все равно укорачивали путь через соседские дворы.

– Ты слышала, что рассказала Лукреция?

Конечно же, нет. Карлота не любила сплетни.

– Нет. Что она говорила?

Но она все так же любила свою мать.

После истории с отцом у матери появилось больше седых волос и морщин. Она старалась быть сильной для детей, а Карлота пыталась во всем ей помогать.

– Она говорит, что правительство замышляет что-то грандиозное. Ее племянник работает на телевидении. Он рассказал, что сетка вещания сбилась, но никто про это ничего не знает.

Карлота поморщила лоб.

– Наверное, опять наказания в прямом эфире. Лучше не включать телевизор.

Мать обеспокоено покосилась на Карлоту. Ее дочь все принимала слишком близко к сердцу. Девочка постоянно за всех переживала и была чересчур доброй.

Но мысли Карлоты были далеко. Ее глаза ловили оттенки орехового цвета. Девушка всегда жалела Алекса. Он уже сидел пару месяцев за решеткой. Ходили слухи, что он начал выпивать.

Когда Карлота с матерью вернулись домой, Вэла еще не было. Старший брат всегда возвращался к ужину. Это его особый дар: гулять хоть всю ночь, но приходить именно тогда, когда накрывают на стол. А еще Вэл ел за троих и ничего после себя не оставлял, совсем как пылесос.

Вот и сейчас. Вэла нет дома, пока мать пытается порезать замерзший кусок мяса.

– Мам, давай помогу.

Мать посмотрела на Карлоту, как на сумасшедшую.

– Ты даже банку с медом открыть не можешь. Иди лучше в сад, нарви морковки и укропа. Помой на улице, чтобы землю домой не заносить. Я только вчера полы мыла.

Карлота быстрее вышла на улицу, закатив глаза. Она ведь не виновата, что в матери ей попалась самая ворчливая женщина. Девушка вышла через заднюю дверь в маленький тенистый садик. Живая изгородь закрывала часть солнца. Ровные грядки и большие теплицы создавали четкие линии. Даже в саду их семья соблюдала невероятную аккуратность.

Карлота с мамой возились на кухне еще два часа, пока не пришел Вэл.

Место отца за столом пустовало. Глаза Карлоты постоянно возвращались к старому деревянному стулу. Раньше за столом шутили и смеялись, болтали о том, как прошел день. Сейчас мать молчала как рыба и уходила в себя, словно она была мыслями с отцом в камере.