Хафса Файзал – Избавители звезд (страница 12)
– Ты могла погибнуть на Шарре, но тебя это не остановило. – Она сжала руки Зафиры в своих маленьких ладонях. – Мне было нечего терять.
Нет, всегда есть что терять.
– И к тому же, – Лана сморщила носик. – Амма Айя не производит впечатление убийцы. Я доверяю ей.
Зафира вздохнула. Главное, что Лана была в безопасности, а Айя не оказалась чудовищем, служившим Льву или кому-нибудь не менее ужасному. Сама Зафира тоже доверяла Айе. В конце концов, эта сафи была супругой Беньямина.
– Любой, кто умеет исцелить тело, наверняка находит процесс уничтожения этого тела не менее захватывающим, – поддразнила Зафира, и когда Лана возразила, легонько толкнула её: – Я так горжусь тобой, Лана. Так горжусь!
Девочка сияла.
– Но ведь именно ты уничтожила Арз. Ты спасла Аравию.
Зафире очень не хватало этого – быть в центре внимания сестрёнки.
– Боюсь, я не так величественна, как герои из твоих историй. И к тому же я действовала не одна, – ответила девушка. И да – они ведь не спасли Аравию. Пока не спасли.
Под пристальным взглядом Ланы Зафира накрыла ладонью Джаварат. Лана заслуживала того, чтобы узнать правду, не так ли? Правду о том, что её сестра была теперь связана с древним фолиантом. Что её сестра жила, дышала памятью Сестёр Забвения.
– И я не вернулась прежней, – добавила она, а потом рассказала Лане об их путешествии.
О том, как они встретили Ночного Льва. О Джаварате и ифритах. О Серебряной Ведьме. Лана впитывала каждое слово, и когда Зафира закончила свой рассказ, то поняла, что есть вещи намного страшнее Арза.
Она отчётливо увидела это, когда огонь светильника янтарём отразился в глазах Ланы. Когда такая миниатюрная девочка сшивала воедино плоть мужчины, не боясь крови.
Лана была далеко от своего укромного уголка для чтения в их маленьком доме, в самом сердце опасности, и всё же это было благословением, не так ли? Лев украл у них дом, родителей, селение, но Лана была в безопасности, а значит, Зафира могла завершить начатое: покончить с врагом, отыскать Альтаира, вернуть волшебство. А потом – встретиться с Ясмин, что было, пожалуй, страшнее, чем всё прочее, вместе взятое.
Сама мысль о том, что придётся рассказать ей о судьбе Дина, вгоняла Зафиру в ужас, смешанный с глубоко пустившей в ней корни печалью, от которой сжималось горло.
Лана наблюдала за ней, и Зафира с усилием улыбнулась.
– Что скажешь, Крепость Султана такая, какой ты её представляла?
На миг ей показалось, что Лана будет давить, терзать её вопросами – о шёпоте Джаварата и странствиях по снам Беньямина. О плаще Бабы, который она больше не увидит.
Вместо этого Лана ответила:
– Я боялась, что мне будет нечего здесь делать. Это ведь город султана! А я – деревенская девушка, у которой ничего нет за душой. Но знаешь, как сорняки прорастают, где бы ты их ни посадил? Вот и я такая же.
Зафира не стала говорить сестре, что та была одним из самых прекрасных сорняков во всей Аравии.
– Но я нашла себе занятие.
– Да?
Лана кивнула.
– Кажется, султан сходит с ума. Люди бунтуют и всё чаще и чаще попадают в лечебницы, а лекарей на всех не хватает. Амма Айя и я помогали им. Она занимается со мной по утрам, а с полудня мы помогаем в разных лечебницах. Мне даже немного платят. Представляешь? Я зарабатываю достаточно динаров, чтобы что-то купить, Okhti. Мои собственные деньги. – Лана подалась вперёд, вспомнив о чём-то, и понизила голос. – О, а когда я зашила мужскую руку аккуратно, словно швея, Амма Айя сказала, что у меня врождённый талант. Что когда волшебство вернётся, мой талант может стать целительством. Ты только представь!
Зафиру охватил прилив гордости и лёгкое чувство… потери. Словно сестра больше не нуждалась в ней. Словно она нашла собственную цель, тогда как Зафира свою потеряла.
– А как там Сахар? Он… – девушка не успела закончить. Лана нежно улыбнулась.
– Он в безопасности. Он ведь был с нами, помнишь?
Прежде чем девушка успела расспросить, что с её конём, снова раздался стук в дверь – такой же тихий и неуверенный, как раньше.
Глаза Ланы заблестели:
– Это же он, да? Принц. – Она подтолкнула Зафиру: – Ну ты собираешься открывать?
– Нет.
Лана спрыгнула с кровати.
– Тогда я…
– Нет, ты тоже не откроешь. Сядь. – Зафира строго посмотрела на неё, но взгляд Ланы был неумолим. Девушка стиснула зубы. – Ладно.
Зафира открыла дверь. Сердце колотилось где-то в горле. Взгляд Насира скользнул по её влажным волосам, по мятому камису и остановился на лице. Принц по-прежнему был полуодет.
– Ты устала? – спросил он.
Она нахмурила лоб:
– Нет. Полагаю, я достаточно отдохнула на корабле.
– Пойдём со мной.
Насир уже отвернулся, и девушка однозначно не потерпела бы таких приказаний, если бы не уловила свет, блеснувший в его глазах. Лёгкую неуверенность. Вспышка тени вырвалась из его пальцев, прежде чем Насир сумел остановить тьму.
– Куда? – спросила девушка, пропустив мимо ушей, как Лана, устроившаяся на кровати, шепнула её: «Yalla!»
Зафира не должна была потакать ему. Не должна была потакать себе самой!
– Хочу показать тебе кое-что.
Принц редко использовал слово «хочу». Скорее всего, он и делал то, что хотел, очень редко.
– Но моя сестра…
Лана зашипела. Небеса, да Лана же принца даже не знала!
Зафира, нахмурившись, отступила в комнату.
– Я думала, ты скучала по мне.
– Конечно. И если вы не слишком увлечётесь, – добавила Лана, усмехнувшись, – то быстро вернётесь.
– Увлечётесь? – переспросила Зафира, вскинув брови.
Не то Ясмин нашла новую слушательницу для своих любимых историй, не то кое-кто теперь читал не только о приключениях.
Лана лишь пожала плечами.
Зафира завернула Джаварат в шарф и спрятала в углу.
– Не трогай его.
– Конечно, sayyida, – серьёзно ответила сестра.
Зафира последовала за Насиром в его комнату. Её взгляд скользнул с его халата, висящего на спинке кресла, на полотенце, аккуратно развешенное на вешалке, там же, где сушился тюрбан, а потом на кровать, где простыни были смяты в беспорядке после бесплодной попытки уснуть.
– Где сердца? – спросила девушка. Он держал сердца последним.
– У Кифы, – ответил принц и притворил за ней дверь, отсекая комнату от остального мира. Все тревоги о Лане, Льве и Джаварате истаяли, осталось лишь обжигающее тепло внизу живота.
Насир замер, осознав то же самое, коротко вздохнул и прошёл мимо неё.
У окна он передал ей два предмета из мягкой телячьей кожи – нечто среднее между носками и туфлями. Его рукав сдвинулся, и когда принц не поспешил скрыть татуировку в виде слезы так же поспешно, как когда-то, Зафира почувствовала… Она не знала, что именно почувствовала, но чувство это было смешано со страхом.
С тем страхом, которого она жаждала.
– Ты умеешь лазать по стенам?
Зафира выглянула наружу. Холод пустыни обжигал. Ясные звёзды ярко сияли, такие близкие, что казалось, можно дотянуться до них рукой. В ночи возвышались силуэты зданий, бдительных, точно совы, которых она иногда видела в Пустом Лесу.
Сейчас они находились на высоте двух или трёх этажей от земли, но девушка пожала плечами, пытаясь усмирить бешеный ритм пульса.