Гюнтер Продель – Плата за молчание (страница 26)

- Есть ли свидетели?

- Почему до сих пор об этом умалчивалось?

- Знает ли об этом правительство?

Мортон театральным жестом воздел руки кверху:

- Минуточку! Не все сразу. Протоколы свидетельских показаний хранятся пока в сейфе одного банка. Фотокопии же будут вручены вам, а также государственному департаменту и ФБР по окончании настоящей пресс-конференции. А молчал я так долго потому, что для свержения диктатора необходимо нечто большее, чем доказательство, что его брат - грабитель.

С целью подольше удержать аудиторию в напряжении Мортон не спеша закурил сигарету и только затем продолжал:

- Не забывайте еще одного: страна, в которой разыгрываются подобные вещи, является членом Организации Объединенных Наций. И президент Трухильо - антикоммунист! Во всех словесных битвах Доминиканская Республика выступает яростным противником русских и с непоколебимой верностью держит сторону Соединенных Штатов, то есть сторону свободы! А настанет день, когда защищать эту свободу придется с оружием в руках. Поэтому мы заключили с Трухильо военный пакт, дозволяющий нашей армии создавать на территории Доминиканской Республики свои радарные установки, свои ракетные и военно-морские базы.

Маленький толстячок в первом ряду поднялся, демонстративно захлопнув свой блокнот, и взволнованно крикнул:

- Увольте нас от ваших политических разглагольствований, мистер! Если вам нечего сказать о самом Трухильо, кончайте этот спектакль!

Двое охранников беспеременно водворили астматического редактора на прежнее место и не слишком дружески объяснили ему, что до конца заседания никому не будет дозволено покинуть зал. Мортон постарался любезно утешить его:

- Останьтесь, мистер, не пожалеете! Свой материал вы получите!

Не следует строго судить этого типичного американского специального агента за то, что он не позволил испортить себе затеянное представление. Раз в жизни выдался ему случай стать героем сенсационных газетных сообщений, и он должен был в полной мере насладиться этим.

Волей-неволей редактор снова раскрыл свой блокнот, сердито буркнув:

- Ну, будем надеяться, что хоть на пять строк чего-нибудь наберется…

Майк Мортон продолжил свой доклад:

- Теперь, когда я вкратце познакомил вас с обстановкой, в какой мне приходилось действовать, я могу наконец перейти к самой сути и рассказать о ходе моих расследований дела Галиндеца. Как уже говорилось, мне было ясно, что, живой или мертвый, он вывезен из страны. Однако самолетик, о котором говорил Хоукинс, не мог совершить беспосадочного перелета из Нью-Йорка до Гаити. Где-то в Штатах он должен был непременно сделать посадку, чтобы заправиться бензином. Кратчайший путь на Гаити проходит через Каролину, и я прикинул, что самолет приземлялся где-нибудь в окрестностях Майами. Там много частных аэродромов, на которых можно совершить посадку, не привлекая к себе особого внимания. Поэтому я начал с того, что поехал в Майами.

Не останавливаясь более на деталях театрализованной пресс-конференции в нью-йоркском «Хильтон»-отеле, ограничимся изложением фактических обстоятельств дела Галиндеца, опубликованных американской прессой и облетевших затем весь земной шар. История эта даже в самом сухом изложении изобилует сенсациями и драматическими коллизиями.

В 120 милях к северу от Майами находится маленький ухабистый частный аэродром «Лантана». Здесь садятся и отсюда взлетают машины американских миллионеров, прибывающих на свои расположенные в окрестностях виллы. Присмотр за аэродромом был поручен 47-летнему негру Джону Лейгу, одновременно исполнявшему обязанности бензозаправщика, механика и сторожа. Майк Мортон чисто случайно наткнулся на него после того, как несколько недель безуспешно обшаривал полуостров. В закусочной, неподалеку от «Лантаны», он узнал из газет, что этому аэродрому требуется сторож. Прикинувшись, будто ищет такого рода работу, Мортон стал расспрашивать официантку, и та охотно сообщила ему последние новости: прежний сторож аэропорта, Джон Лейг, за одну ночь неожиданно разбогател и намерен уволиться. Это побудило Мортона снова посетить «Лантану». Он побывал там уже в самые первые дни после прибытия во Флориду, но сторож решительно отрицал посадку на этом аэродроме описанного Мортоном самолета. Как видно, ему хорошо заплатили за молчание.

При повторном посещении Мортон выдал себя за сотрудника ФБР, помахал служебным удостоверением и напустился на негра:

- Послушай-ка, ты что же это наврал мне? Я нашел уже троих свидетелей, которые помнят, что ты принимал здесь тот самолет. Если ты и сейчас не скажешь мне всей правды, то отправишься со мной. Понял?

Растерявшийся Лейг испуганно пролепетал:

- Да, да, мистер, теперь и я вспомнил! В тот ваш приезд я плохо себя чувствовал. И я еще подумал: что ему за дело, какие машины здесь приземлялись? Да знай я, что вы из ФБР, я, конечно, сразу же все вам сообщил бы…

Тоном истинного комиссара ФБР Мортон перебил:

- Кончай болтать! Они заткнули тебе рот несколькими бумажками. Мне все известно. Сколько они тебе уплатили?

Захваченный врасплох негр послушно признался:

- Да, мистер! Пилот дал мне три тысячи долларов. - И жалобно прибавил: - Я так и знал, что нагрянет полиция. Я с самого начала видел, что дело нечисто. Но что мне было делать? Пилот вылез из машины с пистолетом в руке и стал угрожать мне.

- Как звали этого пилота? Ты ведь обязан заносить в книгу фамилии пилотов и номера их удостоверений.

Негр поднял руку, как для присяги:

- Парень сунул мне под нос свой кольт и не дал даже посмотреть опознавательные знаки самолета.

- Ты хоть запомнил, как он выглядел, этот пилот? Или три тысячи долларов совсем отшибли у тебя память?

На этот раз ответ последовал мгновенно:

- Молодой, стройный, очень нервный. Что мне бросилось в глаза, так это его очки с толстыми стеклами.

- Что мне это дает? - Мортон был разочарован. - Все пилоты таких маленьких машин носят защитные очки. Ты не запомнил чего-нибудь более примечательного?

- Нет, мистер, это были не защитные очки, а такие, как у людей, которые очень плохо видят. Стекла толстые-толстые.

Близорукий пилот! Мортон насторожился. Это уже было важно. Хорошее зрение - одно из непременных условий для получения прав на самолетовождение. Человек, пользующийся при пилотировании очками, - явление весьма необычное, и разыскать его среди других летчиков должно быть нетрудно.

- Видел ты, кто еще был в самолете? - довольный полученными сведениями, дружелюбнее спросил Мортон.

Негр облегченно вздохнул:

- Да, там был еще один человек, мистер. Он был привязан к носилкам и лежал так неподвижно, точно под наркозом.

Мортон вынул из кармана групповой снимок, изображавший Йезуса де Галиндеца в кругу его студентов.

- Здесь есть тот, кто лежал на носилках?

Сторож взял фотографию обеими руками, долго рассматривал ее и наконец ткнул в Галиндеца вымазанным машинным маслом указательным пальцем:

- Вот он, третий в нижнем ряду.

Мортон дал ему еще поглядеть на фотографию, но негр твердо стоял на своем:

- Третий в нижнем ряду. Это совершенно точно!

- Вы готовы письменно подтвердить ваши показания в ФБР, а в случае необходимости дать присягу перед судом? - как настоящий сотрудник ФБР, в заключение

спросил Мортон.

Джон Лейг почтительно, но прямо посмотрел на мнимого сотрудника разведывательного управления:

- Это мой долг, мистер! И я могу присягнуть, что все сказанное мной правда и что человек на фотографии тот самый, что был в машине.

Джону Лейгу не пришлось подтверждать свои показания ни перед ФБР, ни перед судом. Он умер через два часа после беседы с Майком Мортоном.

«Трагическая смерть на работе… - сообщали утренние газеты. - Около полудня на аэродроме «Лантана» приземлился частный самолет, у которого заклинило винт. Механик Джон Лейг (47 лет, холост, негр) попытался устранить неисправность. Однако едва он взялся за винт, как тот вдруг снова заработал, оторвав у достойной сожаления жертвы руки и голову. Джон Лейг умер мгновенно». Полиция, давшая эти сведения репортерам, не смогла, однако, сообщить никаких подробностей ни о пилоте, ни о машине, явившейся причиной несчастья.

О скоропостижной смерти своего второго коронного свидетеля Майк Мортон узнал только к исходу второго дня в баре отеля «Ярагуа» - одного из самых фешенебельных и дорогих отелей доминиканской столицы. Сразу после посещения «Лантаны» Мортон на ближайшем рейсовом самолете панамериканской авиакомпании вылетел из Майами на Гаити.

Рядом с Мортоном в баре сидел худощавый веснушчатый человек лет сорока. Помешивая соломинкой лед в своем бокале, он молча наблюдал за уткнувшимся в газету соседом. Этого веснушчатого человека звали Норман Кертис, и был он капитаном канадской полиции. Отдел по расследованию особо серьезных преступлений направил его в Сьюдад-Трухильо со специальным заданием - расследовать дело по ограблению филиала канадского королевского банка.

Правительству Доминиканской Республики, по понятным причинам стремившемуся замять это дело, Кертис был представлен как финансовый контролер и консультант по налоговым вопросам при банке. Майк Мортон, одновременно с ним получивший задание расследовать ограбление «Юнайтед фрюит компани», тоже значился не американским частным сыщиком, а инженером-ирригатором компании.