Мой Гамлет, до отказа начиненный
Ста тоннами взрывчатки,
Он — один.
Один он спасся в сей резне кровавой.
Все продано. Не стоит вспоминать
Приличные манеры джентльменов
Прилизанных
И длинные колонны
Несбывшихся, пустых, бесплотных снов.
ПРОБЕЙ ЖЕ, ЧАС ВОЗМЕЗДЬЯ!
Зверь тщеславья
Крадется, алча крови, по тропе,
Сонм сытых людоедов
На столы
Куски сырого мяса изрыгает.
ПРОБЕЙ ЖЕ, ЧАС ВОЗМЕЗДЬЯ, ЧАС ОТМЩЕНЬЯ
Униженных и оскорбленных!
Люди,
Стучите кулаками в дверь столетья —
Окопы уж смердят от рваных ран.
Уже нельзя дотронуться до горла —
Виденье переполненного кровью
Бокала
Мне покоя не дает.
Но ведь гнусит во здравье кровососов
Хор пастырей,
Меж тем как спекулянты
Идейками
Сгребают чистоган,
Меж тем как спекулянты барахлишком
Хихикают над нами, простаками.
Но простаки — уже выходят в бой.
Бьют в колокол возмездья!
ЛЮДИ, ЛЮДИ,
Доколе нам насильников терпеть?
Так вырвите из головы поэта
Сознание беспомощности духа,
И равнодушья лягушачий хор,
И клевету ленивцев,
И тирады
Опустошенных, смятых, нищих духом.
СТУЧИТЕ, БЕЙТЕ КУЛАКАМИ В ДВЕРЬ!
Мы здесь,
Посланцы бедных, безземельных,
Сюда, к принадлежащим нам по праву
Полям,
Согбенные от назиданий:
«ТЫ ПРАХ ЕСИ И ОБРАТИШЬСЯ В ПРАХ,
Земля подобна гире арестантской
На наших в кровь разодранных ногах.
И тщетно биться головой о стену,
А за стеной —
Лишь долгий волчий вой».
ПРОБЕЙ ЖЕ, ЧАС ВОЗМЕЗДЬЯ,
ЛЮДИ, ЛЮДИ!
СТУЧИТЕСЬ В ДВЕРЬ СТОЛЕТЬЯ,
ЛЮДИ, ЛЮДИ!
Вы слышите: без устали клокочет
Теорий ультрамодных скороварка
С дарующим бессмертие клеймом.
Встревожьтесь:
Память предков,
Кровь людская
Распродаются в розницу и оптом
Бесстыдною оравой торгашей.
