Гвей Лардж – Крик (страница 8)
По улицам волокут, руки выламывают, тела разрывают пулями и ударами.
…
Они начинали с того, что ставили лавочки в городах – благоустраивали парки, аллейки… Потом муниципалитеты предоставляли Им лавочки для установки всё хуже и хуже, ещё и заявляя, что бюджет наоборот вырос, и лавочные активисты стали интересоваться. Что идёт и куда идёт. Кому, точнее.
«Если кто-то начинает вторгаться в обычную жизнь обычных людей, то кто-то и пойдёт дальше», – говорили Они. Время шло, Они росли, Их люди росли, и уже полстраны возмущалось убогостью городов. А когда полстраны чем-то недовольны, становиться легко понять, где нужно искать этого кого-то…
Арм долго пытался понять, как Они смогли пробить этот простейший, но недоступный никому прежде уровень защиты гос данных. Потом кое-что откопал.
«Компания, нашедшая картошку в условиях засухи юга, просит грант».
Не Они пробивали – целые слоеные пироги прикрытий, которые ещё и в конечном итоге приводили к самим госам.
Арм именно у них научился круговым шифрам. Именно они создали базу, без которой никого доступа никому и не светило бы…
…
– Александр Петрович, вы понимаете, что вас убьют?
– И что?
Улыбаться в лицо сотруднику Гинина сложно. Но качаться на стуле у них сложнее…
– Тебя за гаражами, как тряпку прострелят, делись пока, чем можешь!
Против двух сотрудников улыбка уже не выстоит. Ещё и перед грубияном…
– Нет.
Полузакрытые глаза смотрели на руки. Руки на коленях. Тянули, перебирали пальцы жёлтую ткань и так растянутой белой майки.
– Гинину Царь-батюшке при…
Ой. В затылок насквозь.
…
Арм стал выходить очень часто. Свежий воздух у сосен уже можно было и не искать, так что он направлялся прямо в центр города.
Кожаные ботинки оказались крайне удобными и практичными. Как и несколько тканевых накидок от солнца. Как и сильнейший, который только можно было найти, крем…
Белый не самый незаметный цвет, однако на улицах, особенно в центре, его очень много: трупы заворачивают именно в эту ткань.
А Арм – светлый призрак, плывет по улицам, по морю засохшей крови… Бу-у-у…
То, что казалось раньше руинами, обломками жизни, оказалось первыми этажами жилых домов, в которых люди живут… Как они не рухнули, интересно… Хотя, если даже красная выгоревшая краска не слетела, люди ещё не должны от безысходности с окон слетать. Однако, слетают. Но таких прикрывают быстро.
По ногам можно было понять, что женщина. У этих же ног ткань красная. Старая кровь, видно. Запах Он не чувствовал: платок. Волосы растрепаны…
"Их так шокируют новости из злого материка, которые просочились в сеть недавно…"
Конечно, Злововик, с которым вы никаких дел не имеете несколько лет уже, виноват в "шоке" ваших граждан.
Вообще, ему нужно было достать "официальную газету" для Вики: радио временно не работало. И на улице не было никого, умеющего ходить, кто хотел бы купить Арму эту бумажку.
Ничего, уж простит.
Одну сторону дороги было не видно.
Низкий дом, всего три этажа, белая крыша домиком… И три тела у первого.
Какая-то собака у них копошилась… Удивительно, домашняя, наверное, чья-то… Ну, уже уличная.
Из-за Злововика люди, охваченные страхом, оставляют всё.
Дорога дальше была всё хуже. Идти тише было все сложнее.
Из-за Злововика люди не имеют никакого представления о планете, на которой они живут.
Даже вверх смотреть не хотелось. Небо было серое. Не облака, это не дождь приближался. Это небо было серое. Арм на секунду прикрыл глаза…
"Злововик защищает только своих граждан, приветствует у себя свободу слова, а мы тут из-за него страдаем, бедные!"
Конечно-конечно, "Белая Газета", конечно… Ха, люди определенно падали для того, чтобы хоть сегодня кто-то газету не достал…
Он решил вернуться, обойдя город кругом. Центральная улица останется так в стороне…
Только завернул в переулок и споткнулся. Сухая палка. Рука, точнее.
Он немного отошёл, встал рядом. Замер. Смотрел.
Красная ткань скомкана на груди, лицо открыто.
Рыжий парень лет пятнадцати. Знакомый нос видно, знакомые глаза видно…
Из-за Злововика даже школьники не выдерживают, бошка блином по дороге размазана. Из-за Злововика больные уроды глядят на лица других больных «уродов», чтобы хоть что-то остановило их от… Остановило.
Рядом с рукой что-то блестело. Одинокая, без лезвия, рукоятка зелёная.
Из-за Злововика школьники боятся всего. Да и из-за него же по карманам трупов лазят.
Из-за Злововика череп был в крошку раскрошен. Из-за Злововика мозг не вытек полностью. (Это он камешек положил рядом.) Из-за Злововика кровь до сих пор плескала из разорванных вен, переломанные кости хрустели, как ветки кустов, ребра торчали из тела и были видны через ткань, которая из-за Злововика дешёвая, из-за него просвечивает!
Из-за обыкновенной страны, границы которой за три девять земель от Эры, обыкновенные рыжие школьники Эры с горбинкой на носу боятся, что они окажутся в руках сотрудников из-за зелёной рукоятки ножа в кармане.
Вдруг труп кашлянул кровью прямо себе на грудь. Арм зажмурился. Потом аккуратно оттолкнул блестящую штуку куда подальше. Чёрт их знает, сотрудников…
Сердца не было.
Он пошёл дальше.
А Эра, конечно же, обеспечивает своим граждан вечный покой на улицах города, под чистейшей, новой белой простынёй.
Белый призрак плыл по улице. Бу-у-у…
"Это чистейшая страна. Это белая страна, и наступила лучшая эра Эры"
***
«Does anyone know what the green handle means?»
«Пылаев».
…
Стреляют во всех. Убивают всех. Страшно всем.
Хоть ты каждый день слушаешь радио, хоть ты носишь что-то зелёное и блестящее в кармане.
Ненавидят и лидеров, которые совсем недавно открыто выступали в СМИ, и ораторов, которые вещают на улицах городов. Ну, правда, какой хороший Царь-батюшка не будет пытаться ликвидировать законную оппозицию? И тех, кто песенки поёт и про музыку рассказывает, сначала блокируют, потом на улочке встречают с жаром. И тех, кто своё мнение высказывает, увольняют сначала, потом воспитывают. И продающего картошку Александра Петровича, у которого в кармане блеснул зелёный, может, и фантик, привозят в участок, а за буйность… ой. И рыжего школьника в окошко загоняют, конечно.
Потому что они – люди.
***
«Эту страну погубит коррупция».
Так говорили Они, когда узнали, на чём в Эре строится власть, когда стало ясно, куда лавочки хорошие девались. Хотя, если бы они дошли до людей, через пару лет стали бы изуродованы взрывами на улицах.