Гульшат Абдеева – Ловушка в библиотеке (страница 26)

– Второй год я задаюсь этим вопросом, – печально улыбнулся Артур, – видимо, судьба!

– Упс! – У Виолы расширились глаза.

Амалия ходила взад и вперёд по дорожке рядом с липами и с кем-то нервно говорила по телефону.

– Не нравится мне это, – меланхолично заметил Люк.

Глава двенадцатая

Концерт

Артуру, Виоле, Розе и Люку казалось, что они близки к развязке, но последующие два дня оказались довольно монотонными. Весь «Олимпус» внезапно вспомнил, что на носу финальный концерт, и буквально везде шли репетиции. Диана с подругами ставили восточный танец и бренчали юбками с монетками с утра и до вечера. Толстячок Бах осмелел после прошлой неудачи и решил зачитать стихи.

– Хочу передать, что у меня на душе, – объяснял он каждому, кто хотел слушать.

Софи, которой так и приходилось дежурить в столовой вместе с Эмилем, Марком и Бахом, выучила песню. Нет, не о несчастной любви, как подумала сначала Роза, а о том, что рассчитывать в жизни нужно только на себя. Припев там был такой: «Я у себя одна, навсегда, навсегда». Директор Дуб жаловался Сущему Кошмару, что во времена их молодости таких текстов не было.

– Всё было как-то лиричнее, тоньше. Вы ведь помните, миссис Робертс? – спрашивал он.

Сущий Кошмар кивала и вспоминала, что в юности обожала совсем новое тогда музыкальное направление – панк-рок. Но Дубу о том не рассказывала, у него и так нервы были не в порядке. Он помнил своё обещание передать дело полиции после финального концерта и сам боялся этого решения.

– Ну не могу я пустить всё на самотёк, не могу! – жаловался он сам себе в зеркало перед сном.

И всё равно не мог заснуть чуть ли не до утра. Забывался на пару часов и бормотал едва слышно:

– Лишь бы всё было мирно!

Художники готовили выставку рядом с эстрадой, кто-то разучивал современные танцы, в общем, суматоха стояла полнейшая. Четвёрка решила выбрать отрывок из знаменитого детектива «Еловые веточки», тиражи которого давно превысили мыслимые и немыслимые масштабы. Не хватало только актёра на роль пожилого детектива. Зато под предлогом репетиций можно было не ходить на занятия, только купались ежедневно, потому что погода наконец позволила это сделать. Солнце прогрело озеро у берегов настолько, чтобы Анна, инструктор по плаванию, смогла, соблюдая нормы, допустить детей к купанию.

Четвёрка пряталась за пирсом, куда остальным было лень ходить, ведь место купания было в другой стороне. И в сотый раз принимались обсуждать по кругу.

– Это точно Рат, – говорила Роза, – не зря он поселился в лазарете. Там ему удобно было следить за Эмилем.

– А ещё он появился внезапно, – соглашался Люк, – как раз, когда у Эмиля начал проваливаться его план.

– Ну и звонить мог он. Хоть Эмиль и говорит, что не знает точно, похож голос или нет.

– А ещё Дуб его побаивается, вы заметили? – говорил Артур.

Директор действительно менялся в лице, стоило мистеру Рату появиться в столовой. Хотя сам «детектив» вёл себя тише воды ниже травы.

– Как я не замечала, что у Амалии искусственная улыбка? – сокрушалась Роза.

С того дня, когда Четвёрка первой отыскала флаг, Амалия больше не заговаривала с ребятами и едва здоровалась, проходя мимо.

– Она знает, что мы знаем. Подозреваем, точнее, – был уверен Люк.

Амалия будто искала поддержки, её постоянно видели с кем-то из сотрудников. Даже со сторожем Кайлом. Он, правда, девушку не жаловал и всё норовил вернуться к своим рукописям.

За день до финального концерта, когда друзья так и не смогли найти достаточно зацепок, чтобы спасти свою репутацию и указать на истинного преступника, к ним внезапно подошёл мистер Рат.

– Я тут… Э-э, шёл мимо.

Люк поглядел на тупик за пирсом, у которого они расположились.

– Ну, я к вам шёл, – признался Рат, – сдаётся мне, дела у вас плохи. У Дуба нет других под… Ну, на кого он думает. Мальчик этот, Эмиль, раскололся. А из улик только ваши вещи на месте пожара. Что они там делали, кстати, вы так и не рассказали никому…

Роза пожала плечами, Виола враждебно фыркнула, а Артур изучал Рата, склонив голову набок.

– Только зная вас… Читал я о вас, что вы ребята непростые.

Люк посмотрел на друзей, и в его взгляде явно читалось: «Зубы заговаривает». Остальные были склонны с ним согласиться.

– Вы можете на меня подумать… Что это я, того… Вас пытаюсь в плохом свете выставить.

Роза судорожно вздохнула. А Рат продолжил:

– Не я это. Я вообще тут не за вами. Как Дуб мне рассказал, что и как, я понял, дело нечисто. Вот и приехал.

– А почему Дуб вас боится? – дерзко спросила Виола.

Мистер Рат рассмеялся:

– Он сам по себе такой. Дело любит всей душой, детей любит, но разборки терпеть не может. И проверяющих вроде меня.

Друзья молчали, глядя на Рата. Никто не знал, что сказать. Тогда он продолжил:

– Если вы расскажете мне что-то важное, здорово поможете.

– Например? – робко спросил Люк.

– Что-то необычное, я же читал о вас. Может, у вас есть какие-то зацепки, улики?

Виола не выдержала и написала в секретный чат: «Ловушка?»

«Возможно», – ответила Роза.

– Если вы сначала ответите на наши вопросы, – поставил условие Артур, – тогда, может быть…

– Ну хорошо. – Рат сел на лавочку, стоящую у кострища.

– Почему вы поселились в лазарете? – спросила Виола.

– Действительно неспроста. Я подозревал Эмиля и хотел узнать, кто им управляет. Потому что методы такие, не детские.

– Вы что, прослушку у него в палате поставили? – восхитился Люк.

– Не совсем. У меня там чемодан… С техникой. Она хорошо сигналы ловит…

– А почему вы летом носите плащ? – не удержалась Роза.

Рат вздохнул:

– Привычка. Удобнее прятать. Ну, вы понимаете, – и он похлопал себя по боку.

Глаза у ребят расширились. Оружие? Это же ужас!

– Всё? Теперь расскажете? – напомнил Рат.

– Мы думали, что это вы! – выпалила Роза и тут же покраснела.

Рат затрясся мелко, не в силах удержать смех:

– Так я и думал.

И тогда друзья рассказали Рату о звонках и странном поведении Амалии.

– Мы думали, она ваша помощница. Эмиль уверен, действуют двое.

Где-то послышался крик:

– Амалия! Где Амалия, тут художники в истерике!

Все переглянулись.

– Сбежала, – коротко выдохнул Рат, – з-з-зараза. Я утром её разговорить пытался…

У художников действительно была паника. Они не могли решить, где и чьи картины будут висеть, а Амалия, которая ими руководила, как сквозь землю провалилась.

Но включиться в поиски Четвёрке не удалось. Их перехватила Анна, инструктор по плаванию: