Гульшат Абдеева – Ловушка в библиотеке (страница 11)
Виола встала за спиной Люка и начала нервно грызть ногти. Ещё один крик, и все четверо побежали к лазарету. Если там кому-то нужна помощь, можно потом всю жизнь жалеть, что струсил!
Дверь медицинского коттеджа была нараспашку, свет изнутри лился в дверной проём, в котором чёрным, графитным силуэтом стоял доктор Таб. За его спиной валялась вешалка.
– Их было четверо! – голос доктора дрожал. – Они пытались вломиться внутрь.
Рядом с ним уже стояли вожатые лагеря во главе с Сущим Кошмаром. Она резко обернулась, Четвёрка не успела скрыться в кустах, из которых выскочила несколькими секундами ранее.
– Я звоню дедушке! – звонко крикнула Роза.
Сущий Кошмар пошла на неё, как ледокол, в темноте её рост казался великанским.
– За мной! – рявкнула она. – Пока вас тут не увидели!
Глава шестая
Учитель плохого не посоветует?
Комнатка Сущего Кошмара в коттедже для сотрудников была крохотной: кровать-полуторка, узкий шкаф да комод, вот всё, что в неё помещалось. Как и во всём «Олимпусе», здесь пахло свежим деревом и краской. Верхний свет включать не стали, хозяйка комнаты потянулась к торшеру, который незаметно примостился у кровати, и велела всем садиться. Артур, Виола, Роза и Люк кое-как уместились на ярко-розовом покрывале. Каждый был готов обороняться. Виола первой открыла рот, но не успела ничего сказать.
– Я знаю, что это не вы, – ошарашила Четвёрку Сущий Кошмар.
Гигантская сова-брошь на её груди успокаивающе сверкнула стеклянными глазами.
– Тогда скажите об этом всем! – в голосе Артура звучала тревога.
Роза мягко взяла его за руку, и он притих. Все четверо выжидательно смотрели на учительницу.
– Директор знает мою позицию. – Сущий Кошмар стояла у противоположной стенки, как второй шкаф: в этой комнатке она казалась ещё выше и шире. – А также то, что, если мы привлечём чьё-то внимание, мы можем навредить вам. И не только вам. Если вы позволите на этот раз мне во всём разобраться…
– Но если… Если на нас заявят? – Впервые на памяти друзей у Виолы дрожал голос.
Сущий Кошмар выпрямилась, тень за её спиной выросла.
– Ну уж нет. Я никому не позволю обижать моих детей!
– С… то есть миссис Робертс. – Роза смутилась, что чуть не назвала вожатую по прозвищу. – Почему за Эмилем не приехали родители? Ведь он серьёзно болен, Виола видела.
– Видела? – Сущий Кошмар нахмурилась. – Его родители в международном круизе. И, на мой взгляд, с ним всё будет в порядке. Я давно взяла на себя эту ответственность.
Артур поднялся первым, поправил съехавшую на бок поясную сумку, где сиротливо висел брелок с Кальцифером, ведь четырёхлистник – символ Четвёрки – был украден. Прокашлялся.
– Спасибо вам. Понятия не имеем, кто пытается нас подставить.
– И за что… – Роза встала рядом с ним.
– Одно знаю точно, попадись он мне! – Виола сжала кулаки.
А Люк искоса бросил на неё восхищённый взгляд. Ему никогда не нравились принцессы в фильмах, а вот супергероини – очень. Даже если они высокие и тощие.
– Я провожу вас до коттеджа. – Сущий Кошмар была непреклонна, несмотря на возражения ребят.
Вечерний «Олимпус» оказался наполнен уютным гулом цикад, от их трескотни даже звон стоял в ушах. На фоне чернильного неба кроны деревьев казались вырезанными из чёрной бумаги. Фонарики вдоль дорожек мягко светились, будто вот-вот собирались заснуть и передать свою работу первым звёздам, что проклёвывались тут и там. Голосов не было слышно, после инцидента у лазарета дежурили вожатые, которые разговаривали шёпотом. Всех ребят развели по коттеджам и велели не высовывать наружу нос.
– Это вы, – с облегчением произнёс директор Дуб, шагнув к идущим из темноты.
– Я скоро вернусь, – пообещала Сущий Кошмар.
Как бы хотелось Четвёрке услышать, о чём будет говорить вожатая с директором! Но пришлось довольствоваться секретным чатом: мальчики ушли в свою спальню, девочки в свою. Диана демонстративно не замечала Виолу и Розу, остальные держались в сторонке. Девочки немного жалели, что в коттедже для старших так мало ребят из Трясины. Школьные знакомые снизили бы градус напряжённости. А вот Артуру и Люку, наоборот, досталось много внимания. В голосе толстячка Баха слышалось восхищение:
– Да вы совсем безбашенные! Натуральные мстители. Только кому вы мстите? Я никому не расскажу!
Артур усмехнулся: то, что знал Бах, разлеталось по «Олимпусу» с космической скоростью. Долговязый Марк не пропускал ни слова, да и остальные казались заинтересованными.
– Это не мы, – в сотый раз отвечал Люк и параллельно строчил сообщения в секретный чат:
«Сколько мы должны ждать, пока Сущий Кошмар во всём разберётся?»
Виола гневно писала:
«Я вообще против того, чтобы ждать. Прямо сейчас бы написала маме!»
Роза грустила:
«Я домой хочу».
Артур же был уверен:
«Уедем, и все решат, что это были мы. Преступники залягут на дно, и тогда нас точно будут считать виноватыми. Даже если ничего не докажут, всё равно».
Несколько минут молчания, и потом Артур добавил:
«Виола, у тебя тетрадка та с собой?»
Она тут же ответила:
«Не уверена, но мне нравится ход твоих мыслей. Если мы решили согласиться с Сущим Кошмаром и не сообщать ничего родителям, значит, нам пора взять все в свои руки».
– О нет! – это Роза сказала уже вслух.
Соседки, которые и не думали ложиться спать, удивлённо на неё посмотрели. Зато Виола понимала, в чём дело, и громко ответила:
– О да!
И работа закипела.
Артур: «Улики?»
Виола: «Украденные вещи. Записки. Сегодняшнее шоу. Интересно, кстати, почему их не успели поймать? Тот ящик с жидкостями и проводами. Что ещё?»
Люк: «Стикеры на телефонах. Драконы Розы на рисунке в мастерской».
Роза: «А ещё это тот, кто точно был в коттедже и запер его изнутри в ту ночь».
Розе так не хотелось устраивать разборки! Вот бы все дружили просто так, ведь в жизни и без того много поводов для огорчений. Например, бока и живот и то, что K-pop-группы никогда не приедут в Трясину с концертом. Виола подмигнула подруге и достала из-под кровати сумку. Выудила оттуда помятую тетрадку.
– Хорошо, что всё-таки взяла, – шёпотом сказала она, – интуиция подсказала.
В прошлый раз, когда ребята искали пропавшую учительницу, они решили использовать для записей обычную тетрадь, чтобы никто не мог взломать онлайн-записи. Виола отыскала в выдвижном ящике своей тумбочки ручку и уселась на кровать по-турецки. Написала в чат:
«Всё записываю. Пишите, что вспомните».
С тетрадью не расставались. Её носили по очереди: то девочки в рюкзаках, то Артур в своей поясной сумке. Не доверяли хранение только Люку: он терял всё на свете.
На следующее утро дети, которые почти не выспались (вожатые дежурили у лазарета, а кто-то из них долго сидел в кабинете директора, и никто не отправил воспитанников в постели вовремя), кое-как попрыгали на зарядке и отправились на завтрак. Артур, Виола, Роза и Люк сразу после спрятались в кустах сирени за хозкорпусом (он, в отличие от других построек, был старым и весь утопал в зелени).
– Давайте как в прошлый раз? – предложила Роза. – Начнём расследование официально. Давайте мизинцы. Хватайтесь.
Даже меланхоличный Люк почувствовал волнение. День только начинался, было солнечно, ночью прошёл дождь, и воздух наполнился свежестью. Ветерок доносил аромат озёрной воды, пахло цветами и стриженой травой. Сейчас Четвёрке казалось, что дело плёвое, смогли ведь они в прошлый раз спасти целый город? А может, всё потому, что на завтрак подали нутеллу и джем?
Сцепившись мизинцами, ребята сидели в тесном кружке, а Артур бормотал что-то вроде заклинания:
– Мы – Четвёрка из Трясины, и мы сможем выяснить правду и найти преступника…
– Или преступников, – перебил Люк.
Виола шикнула на него, а Артур продолжил:
– Легко и просто, потому что мы это мы!
– Да! – сказали все хором и расцепили пальцы.