Гульнара Михайлова – Неравноценная замена. Или как подружиться с монстром (страница 3)

Непроизвольно подумалось: «Мама опять в садике ругалась из-за того, что я заболела ветрянкой. Теперь придется дома дней десять безвылазно сидеть, лечиться. Ура! Наконец-то, я почитаю спокойно книжки и порисую.»

И через несколько секунд: «Я нашла странную книжку с рецептом зелья в гостях у дяди, в его библиотеке.»

Мысль закончилась – Роззая в ступоре.

«Это я про кого подумала? Про себя? Так, спокойствие, только спокойствие! Видимо я перенеслась. Надо выяснить, куда.»

Голова гудела.

«Я же во вчерашней встрече с нежитью пострадала! Последний подкошенный монстр со всей дури упал на меня, а я не надела спецкостюм. Переломал мне руки, зараза!»

Роззая благоразумно решила не торопится с выводами, сначала выпила лекарство, оставленное странной женщиной. Судя по мелькающим остаточным воспоминаниям, женщина была матерью зеленоточечного ребенка неопознанной расы. Властная мамаша затюкала дочку, не давала разговаривать при людях. Не шуметь, не прыгать, вести себя тихо, не высовываться! 500-летняя Роззая сразу поняла, в чем проблема авторитарной матери – не реализовала свои мечтания, нет полёта души, вымещает все свои проблемы на единственной родной кровиночке. Пока мысли потихоньку текли, руки автоматически потянулись к маленькой коробочке, лежащей рядом. Пальцы потыкали – Роззая в изумлении увидела сменяющиеся цветные картинки. На них точно была та женщина – мамаша: она то вязала, то тесто мяла, то рисовала что-то.

«Понятно. Любишь что-то делать руками, а еще больше любишь учить уму разуму всех подряд, особенно свою дочку, то есть меня. Так дело не пойдёт, больно уж ты зацикливаешься на мне. Как тебя отвлечь?» – Роззая вспомнила ту улицу в своём городе, где находился магазинчик бывших соседей родителей. В конце улицы находилась очень колоритная гончарная мастерская, привлекающая внимание всех, кто шел мимо.

«Раз уж я оказалась тут, в теле маленькой девочки, в обиду ее, то есть себя, не дам! Обязательно придумаю что-нибудь эдакое… А пойдем-ка со мной на лепку или гончарное дело. А может тебе идею подкинуть о гончарной мастерской?» – Роззая мысленно прошлась по увиденным тогда кувшинам и тарелкам. Вдруг нечаянно всплыло: «Я почему вредный был? Потому что у меня велосипеда не было.» От неожиданности и странности всплывших бывших мыслей Розы у Роззаи широко открылись глаза, потом пришла картинка из потешного мультика.

«Надо не забыть посмотреть, хоть посмеюсь в кои-то веки! Решено, наверняка и у вас здесь есть много всяких творческих студий… то есть уже у нас. Да, надо привыкать, что я тут своя, а то ненароком проговорюсь – пошлют в какую-нибудь больничку. А мамочка расстроится, без меня она точно не выживет. Итак, начнем!»

Как только мать переступила порог квартиры, Роззая тотчас же пошла в наступление.

– Мама, нам в садике сказали принести на следующей неделе что-то интересное и не совсем обычное, сделанное своими руками. Придут фотографы из городской газеты. Если первое место кто-то займет, про него в газету напишут, – торопясь, чтобы ее выслушали, Роззая с непривычки начала задыхаться.

– Так, мы обязательно с тобой поучаствуем! Хочу в газету! Хоть бы раз про меня, как преподавателя, написали. Все про Иванову строчат, как на зло. Надо придумать, что сделать, – женщина на удивление сразу же «заглотила наживку».

– У меня чашечка разбилась, которую мне бабушка дарила, – Роззая специально потянула паузу, чтобы для мамаши дошла идея. Мысленно маму Розы магичка могла называть только так – мамаша, не иначе. Вслух приходилось «прогибаться», Роззая с трудом произносила «мама» или еще тяжелее «мамочка». Вынудила же эта родственница свою дочь решиться на переселение душ. И все-таки слово «мамаша» очень уж нервировало, надо попробовать называть ее «маменькой».

– Все, я решила! Сходим на мастер-класс, из глины слепим, сваяем, сварганим супер чайную пару, займем первое место в детском саду. Я уж переговорю с заведующей, наверняка у нее или у знакомых есть кому поступать, кто школу заканчивает, может в наш институт собирается. Договоримся, обменяемся информацией.

Роззая…, нет, хорошо бы привыкнуть звать себя Розой! Новоиспеченная Роза закатила глаза, таким образом выражая свое «фу» такому плану матери: «Глаза загорелись у маменьки! Неинтересно просто так, надо обязательно интригу свернуть улиткой! Мдааа, а что такое улитка? Так, пока без лишних вопросов. Всему свое время!»

И… решительно отвергла идею переименоваться: «Пусть меня назовут сумасбродкой, но я буду настаивать, чтобы звали меня Роззаей!»

* * *

Роззая, сгорая от любопытства, подсматривала, чем это занимается маменька вечером. Садиться за стол, открывает какую-то плоскую коробку со шнурками. Та начинает светиться, как бешеная, мелькать – аж голова у Роззаи начала кружиться с непривычки. Любознательность, разбуженная неожиданным перемещением души, так и гнала девушку вперед, к познанию этого мира. Роззая все чаще без спроса лазила в маменькин ноутбук. Особое очарование и даже восторг вызывали таблицы, упорядочивание данных в компьютере. Итак уже любимые цифры теперь приобрели в ее глазах еще большее очарование. Роззая посмотрела все в том же ноутбуке, что, когда вырастет по земным меркам, может работать бухгалтером или аналитиком. А пока восхищалась возможностями техники этого мира. Когда дома оставалась одна, Роззая строила себе всевозможные таблицы, изучала, как можно с ними еще эффективнее работать. Иногда просто от души расцвечивала разными красками столбцы и строчки, и умилялась. Вот бы такую машинку протащить в ее родной мир Карраморан! Насколько бы упростился учет в магазинчике соседей. Да и всем не помешало бы освоить такие штучки.

4.Не знаю, как это получилось, но ура!

Роза чувствовала себя так, будто температура поднялась до 38 градусов. Она помнила эти болезненные ощущения, когда тяжело пошевелить, руками, ногами и даже головой. Да что уж там, глаза не могла открыть – до такой степени было худо.

«Эх, не надо было заморачиваться с этим зельем. Наверное, где-то умудрилась простуду подхватить. Теперь мама будет ругаться, в угол поставит, может даже ремнем мне попадет. Как в прошлый раз, когда я забыла предупредить, что еще чуть-чуть погуляю во дворе.»

От этих дум голова заболела еще сильнее. Роза через силу открыла глаза, скосила их вниз, чтобы посмотреть, переоделась она или так и упала в кровать в уличной одежде. Увиденное так поразило Розу, что она от испуга подскочила, села и начала себя ощупывать. Она не пухленькая малышка… она взрослая тетенька! Бумс! Спасительный обморок перешел в глубокий сон.

Утро… встречает прохладой.

«Одеяло опять во сне скинула, и как это у меня так получается? Ой! Я ж теперь тетенька!»

Роза, будто и не болела накануне, чувствовала себя замечательно, непроизвольно подумалось: «Я вчера выпила магический отвар. Во вчерашней встрече с нежитью пострадала только я, и то по невнимательности. Мелочь пузатая вчера выплыла, быстро с ней покончили. Последний подкошенный монстр со всей дури упал на меня, а я не надела спецкостюм. Переломал мне руки, зараза. Ну да ладно, отвар быстро поднимет меня в строй.»

Мысль закончилась – Роза в ступоре.

«Это я про кого подумала? Про себя? Так, спокойствие, только спокойствие! Я перенеслась. Надо выяснить, куда. Чувствую себя взрослой, но пока глупой.»

Голова гудела.

«Я же заболела ветрянкой! Теперь дома дней десять надо сидеть, лечиться.»

У Розы была хорошая привычка – раскладывать все по полочкам. Это касалось не только одежды, но и мыслей. Если не знаешь, что делать – наведи порядок. Так что отбросив с детской непосредственностью лишние раздумья, Роза начала с исследования своего нового жилища. Что тут есть? Большая комната, разделенная на части. За занавеской удобная невысокая кровать, на которой Роза уже успела полежать. Кусочек помещения отведен под кухню. Судя по ее пустоте, можно сказать, что бывшая хозяйка себя не баловала домашними завтраками-обедами-ужинами. Роза почувствовала, что от голода сейчас съела бы и слона: «Когда я все-таки наберусь смелости и пойду разведывать этот мир, надо озаботиться какой-то едой. Похоже это придется сделать как можно быстрее, а то получится, что я зря перенеслась.» Взгляд уперся в какой-то ящик у окна. Руки вдруг сами по себе будто всплеснули, пальцы прищелкнули – ящик открылся. «Ура! Не знаю, как это получилось, подумаю потом. А сейчас кушать!» – Роза вытащила тарелку с чем-то, похожим на вареную курицу с картошкой. На вкус примерно оно и было. Бездумно, просто с удовольствием человека, который вместо мучительной голодовки вдруг получил спасительный подарок, Роза сидела за столиком и жевала. В комнате неисследованными остались всего лишь два угла, в одном пылился неподъемный сундук, в другом – что-то типа шкафа со странными дверцами, немного напоминающими плохие зеркала.

«Итак, что мне досталось? – Роза обвела взглядом свое богатство. – Невыразительная комната с минимумом вещей. Моя! Собственная! Комната! А еще я волшебница!» Если бы не дурацкая привычка сидеть тише воды, ниже травы, Роза давно бы уже пустилась в пляс от переполняющего ее восторга. Кстати, в окно-то она еще не выглядывала. А там виден густой… оранжевый лес.