Грильяж – Звездюля: рождённый разгибать (страница 9)

Иначе говоря, идти на риск. Но я был готов на это, ведь новое тело будет МОИМ.

Да и со взрослым тоже может возникнуть проблема с падением развития или смертью.

Но план можно немного сдвинуть, если удастся захватить чью-то память.

Подобно отъевшемуся питону или крокодилу придётся некоторое время переваривать добычу, но рождение ребёнка Талей должно произойти нескоро.

Между тем после обеда представители Ордена уехали, а дальше были переданы три повозки выпрямленных пружин, после чего усадьбу покинули остальные.

Однако взгляды казначея уезда и вельможи маркиза показались мне достаточно странными.

Да и их разговор в карете, где я установил временное магическое ухо, не предвещали ничего хорошего моему временному логову:

– После смерти мага он нам не нужен. Да и источник пружинных деревьев неплохо бы убрать, чтобы продавать дикие.

– Эрий, здесь достаточно опасно, а они всего лишь три человека. Монстры, камни, буря, с ними может произойти всё что угодно. Я предлагаю…

К сожалению, услышать дальше не удалось, они проехали через границу с волшебными искажениями, а потому очистились от моего волшебства.

Ну, у меня было за кем проследить. Старушка и здоровяк, покинув территорию усадьбы, отправились в горы и вошли в разные пещеры.

Здесь в лабиринтах внутри гор водились самые разные создания, которые были опаснее «стражей-камней», но к людям не высовывались за редким исключением.

Я следил за этой парочкой из секты Альфии достаточно долго, в какой-то момент они встретились внутри горы, но они практически не говорили друг с другом.

Это было странно. Они могли договориться заранее, но вполне вероятно, что они могли общаться телепатически. В частности, если один порабощён другим человеком.

Так что ночью, когда тысячи летучих мышей направились в нашу сторону, я подошёл к летающему хвостатому шару и заявил:

– Если хочешь, чтобы я спас людей здесь и помог родиться наследнику, кроме твоей памяти я требую 1000 лет твоего подчинения мне.

– … нет! – после некоторой паузы, возмутился псевдопризрак, но потом добавил. – 10 лет!

– Тысяча и один год.

– Человек, так неправильно торговаться, мы должны сходиться, а не увеличивать!

– А-а-а. Точно, ты же сказал десять. Тысяча и десять лет, – задумчиво произнёс я. – Или ты имел в виду десять тысяч лет? Что же, я не против.

– *Цензура*, – шар оскорбил меня.

– Даже при моей жизни это был древний язык. Интересно, но маловероятно, что меня будут есть таким органом. Я так понял, ты согласен на десять тысяч лет, да?

– Сто лет и ни годом больше! Мне осточертело находиться в подчинении у людей! – начал истерить мой собеседник.

– Тысяча – минимум. У меня есть слишком много запасных вариантов, а ты из-за ограничений тела и контракта просто не способен убить человека. А люди сюда скоро придут.

– … откуда ты знаешь, какой у меня контракт? – гораздо тише произнёс фамильяр мёртвого волшебника.

– Ха-ха, увидеть магические запреты на десятке артефактов и даже людях, в чей разум он вмешался, легко понять натуру. Умный, добрый, но к своему родному и приёмным детям он был очень жестокий. Добр только к Джель, которую считал интересной, – заявил я, не уточняя, что получил большую часть знаний из украденной памяти местных жителей.

– Хорошо. Тысяча лет, но при одном условии! – на грани истерики произнёс шар.

– Каком? – уточнил я.

– Я хочу себе собственное и живое тело! Пусть хотя бы на правах фамильяра!

Хе. Теперь уже я взял паузу.

– Хорошо, подпишем договор душ, – заявил я.

Глава 5

«Договор душ» – заклинание нулевого ранга волшебства. Вот только кара за его нарушение – смерть вне зависимости от силы и природы подписывающих.

Для души смерть не является концом, но это полное уничтожение текущей личности и уничтожение «ресурсов».

В теории круговорота душ ценится баланс положительных и отрицательных поступков, но кроме него ещё существует энергия, которая позволяет становиться крупнее. А размер души даёт ей продержаться куда дольше в плохих условиях.

А терпение – добродетель, а потому позволяет править баланс.

Однако в моей памяти есть только два факта: души возникают там, где стоит их метка якоря. Происходит это как во время беременности, так и гораздо позже.

Моё первое воспоминание было почти в два года. Это оценивалось мной достаточно высоко, чтобы не стирать.

При этом первое воспоминание у разных людей возникало по-разному. Но здесь приходится учитывать такой факт, что при жизни память тела первичнее памяти души. Иначе говоря, плоть при синхронизации тел ограничивает остальные, магическое и духовное.

Сила души влияет на таланты и склонности. Но наследственность крови в не меньшей степени.

Так что в дело снова идёт «синхронизация плоти и души».

Поэтому договор требуется подписывать тогда, когда ты полностью уверен в возможности его исполнения.

Пусть внутри каменного тела я мог сравниться лишь с первой ступенью, но душа была куда сильнее.

Пусть я не могу использовать известный мне максимум просто из-за отсутствия такого объёма волшебства, я всё равно не слаб. Когда получу воплощение в кого-то живого, моя сила рухнет до обычного человечишки, а ведь младенец близок к нулю.

Ожидание слабости угнетало меня.

– Ты выглядишь как-то неуверенно. Помни о контракте! – заявил шар с хвостом, нервно наблюдающий за облаком летающих созданий, среди которых было множество простых животных, но встречались даже первые и вторые ступени.

Я не стал отвечать этому куску маны.

В данный момент работал барьер, который был поставлен мёртвым графом. Он успешно блокировал большую часть созданий, но временами образовывались бреши, и в них устремлялись монстры.

Я был бы слепцом, если бы не видел следов ментальной магии.

Причём наверняка она принадлежала наместнице, а не здоровяку.

Впрочем, мне их нет смысла осуждать, они не слабо мне подыграли, создав угрозу. Иначе этот хвостатый трус не пошёл бы на мои условия.

Первая крупная живность долетела до барьера усадьбы, где я и поджидал.

Я не стал усиливать сон у местных жителей. При всей моей самоуверенности расставаться с маной просто так я не видел смысла.

Да, они мне могли помешать, но проще убрать помеху по мере появления.

Ха-а-а-а…

Я ожидал битвы, но без бурления крови это оказалось серьёзно иначе. Никакого наслаждения или страха.

Пока я не добавлял в бой истуканов, а выпускал жгутики своей энергии и подчинял монстров.

Сквозь магическую защиту пробивались в основном самые сильные, достигшие второй или хотя бы первой ступени.

Так что я просто перехватывал чужое управление созданиями, после чего усиливал его и ждал. Это требовало даже меньше энергии, чем просто поработить чудовище или прожить день в каменном теле.

Барьер между тем всё медленнее восстанавливался, а всё больше летающих тварей залетало внутрь.

Конечно, магическую преграду возможно было подзарядить. Я уже успел изучить этот артефакт и удивиться некоторым неразумным решениям. Вот только барьер – огромный объект, требующий колоссального количества маны.

Я, конечно, внёс в него изменения, которые повысили эффективность сбора волшебства из окружающего пространства, так как планировал изъять из него энергию в случае потребности, но насыщать было глупо. Всей энергии истуканов не хватит, чтобы удовлетворить требования преграды хотя бы на четверть часа.

Уверен, что текущая атака нацелена именно на уничтожение защиты. Основная атака должна быть не слабее третьей ступени. Ведь призыватели и укротители отличаются от большинства магов тем, что легко могут увеличить свою боевую мощь через подчинение монстра равного или даже большего ранга.

Мой предел без тела по количеству подчинённых был достигнут быстро. Всего 256 монстров. Остальных пришлось убивать или хотя бы лишать магической энергии. Можно, конечно, было стравить цели, но уж больно хорошее войско я собрал, а энергия лишней сейчас не была.

После летучих мышей пошли крупные наземные грызуны.