Григорий Завьялов – Принтматы и Злодеи (страница 4)

Автоматика шлема подсветила корабль, только что вынырнувший из тени. Это был лунный транспортник, обвешанный противометеорными орудиями.

— Цель захвачена! Цель — вы! — пробормотал синтезированный голос скафандра и умолк. Он выполнил свою функцию, предупредив носителя об опасности. Остальное было в руках Странника.

— Спасибо кэп.. — брякнул Сталкер нацеливаясь на транспортник. Пока он это делал, чужая оторванная рука выскользнула и медленно начала падать на поверхность Луны.

Тем временем, корабль противников разогрел орудия, и повернулся к Страннику. Надавив на спуск, Сталкер с горечью осознал, что оружие его больше не слушается. Он надавил на спуск ещё несколько раз. Безрезультатно. Отбросил бесполезную штуковину в сторону, он ринулся, куда глаза глядят. Ему было понятно, что уйти не получится. Шансы не равны. Да и спрятаться тут было негде — Странник специально выбрал плоский участок Луны для своего развлечения.

Что-то больно ужалило его в бок, а затем в ногу. Скафандр начал затягивать прорехи, делаясь ещё менее гибким, в местах попадания. Странник с ужасом подумал: “Это конец, мне не уйти…”. Скафандр что-то бормотал Страннику в ухо, сообщая о его физическом состоянии, но человеку было не до этого. Сейчас нужно было спасать свою шкуру, хотя шансов на это было мало. Ещё никогда Странник не был так близок к смерти. И это его напугало.

— А ну руки прочь от моего кожаного! — ворвался в эфир знакомый синтетической голос, — Получи, п@длина, якорь в сраку!

Странника накрыла тень. Подняв взгляд, он увидел над собой брюхо “Пифона”. “Вовремя!” подумал Странник.

Над его головой произошёл быстрый бой. Транспортник оценил, что ему не справиться с фрегатом в одиночку, и принял единственно верное решение — ретироваться. Но ИИ лихо заложил вираж, перекрыв убегающему кораблю путь. “Пифон” был в несколько раз больше транспортника, и смотрелся как огромный дракон, играющий со своей беззащитной жертвой.

Транспортник несколько раз выстрелил в корпус фрегата, но его атака не оставила даже следа на обшивке. ИИ лишь расхохотался, по связи. Последнее, что успел сделать противник — дать залп из всех орудий, накрывая Странника и область вокруг него смертоносными зарядами. После этого, транспортник превратился в маленькую звезду, от выстрела “Пифона”. Быстро погаснув, остатки корабля стали разлетаться и падать на поверхность Луны.

— Эй, ты как там? Живой? — спросил по связи, как всегда, жизнерадостный ИИ.

— Не очень… — прохрипел Странник, зажимая ладонью разбитый щиток шлема. В груди что-то сильно болело, и Сталкер почувствовал, что силы быстро покидают его.

— Эй, ты чего там? — испуганно воскликнул ИИ.

Из резко раскрывшегося люка, навстречу раненому Страннику, спешила фигура. Последнее, что запомнил Сталкер — Конда облачённая в скафандр. Она тащила Странника обратно на корабль, осыпая всё и вся ругательствами.

— А ну тащи свою электронную задницу в Прайм, и быстро! Странник ранен! Малыш — подготовь медкойку! — в голосе Конды чувствовалась неподдельная тревога.

Странник закрыл глаза и отрубился.

Солнечную систему трясло от последствий теракта. Меры безопасности были усилены на всех космических объектах. Это же коснулось и Прайма, хотя Совет не хотел допускать паники среди населения, и потому старался сделать всё “по-тихому”. Были активированы все имеющиеся датчики слежения. Повышены меры безопасности прибывающих и покидающих станцию. Но никакого “почётного” караула выставлять не стали, чтобы не пугать народ. Станцию накрыло колпаком заботы о безопасности граждан, даже если они и не подозревали об этом.

Медбот вколол последнюю ампулу противовоспалительного в руку Странника, и, отъехав в угол, перешёл в режим ожидания. Свет ударил по глазам. Сталкер попытался закрыться рукой, но у него это не получилось. Конечности ещё плохо слушались. Оглядевшись, Странник понял, что находится в медотсеке Прайма. Врачи в белых костюмах, с масками на лицах, ходили между койками, и делали больным какие-то процедуры.

— Очнулся, парень? — позвал Странника знакомый голос.

Повернувшись, Странник увидел перед собой, слегка заспанного Палкана. Тот только что проснулся, и потирал глаза пальцами, отгоняя кошмары. Старик выглядел не очень. Он провёл у койки Странника всю ночь. Сталкер оценил этот жест, и протянув руку, пожал её Палкану.

— Да, вроде нормально. Чем это меня? — язык Странника чуть заплетался под действием лекарств.

— Так, так, так, — Палкан барабанил пальцами по подлокотнику кресла, в котором сидел, собираясь с мыслями, — Пара мелких осколков, в ногу и в бок. Ничего страшного. А вот проникающее ранение в грудь — это уже не шутки. Хорошо, что скафандр затянул дыру. А то ты залил бы своей кровью всю Луну. Ну, и небольшая утечка воздуха.

— Угу, обычный день на службе в Корпусе, — попытался пошутить Странник, но зашёлся кашлем.

Раненый ощупал себя, пытаясь оценить полученный ущерб. Нога и бок уже не болели — даже шрамов не осталось. А вот на груди была прилеплена компрессионная повязка, закрывающая ранение. При малейшем движении, рана отдавалась болью, во всем теле. Палкан подождал, пока Странник ощупает себя, и продолжил:

— Хорошо, что ребята доставили тебя в медпункт быстро. Врачи всё пофиксят, не беспокойся. Через пару дней, будешь как новенький. Всё спасибо Конде — она к тебе никого не подпускала, по началу. Всё колдовала над тобой сама. Когда угроза твоей жизни миновала — она, таки, позволила местным врачам заняться своим делом. Серьёзная женщина!

— А как остальные? Всё в порядке?

— В целом да. Только Малыш всё ходит и рвёт волосы на жопе. Орёт мол, что был бы он там, всех бы голыми руками порвал бы и расхреначил.

— Он в своём репертуаре, — ответил Странник и поморщился от боли. Он попытался встать с кровати, но ему это не удалось.

— Мы все сильно переживали за тебя, даже Рикошет. Хотя по нему и не скажешь. Но больше всех переживает ваш ИИ. Кстати, как его называть? ИИ — как то грубо.

— Он и сам пока не определился, как его называть. Говорит — это часть становления его личности, — ответил Странник и выпил немного воды, через трубочку. Сглотнув и облизнув губы, он продолжил, — Как приятно, что все надо мной хлопочут…

Палкан засмеялся и хлопнул подчиненного по плечу. Ему нравилось жизнерадостное настроение Странника, особенно после ранения. Это означало — тот быстро вернётся в строй.

— Падок же ты до внимания! — шутканул Палкан, вставая. Он прошёлся вокруг медкойки, размяв ноги, — Ты жив, а это самое главное.

— Удалось установить, кто на меня напал?

— В процессе, — устало ответил Полковник, — Ты пока отдыхай, набирайся сил. А мы разберемся, что к чему. Как только встанешь на ноги — устроим полный разбор полётов.

Странник удовлетворенно кивнул. Рана ещё давала о себе знать. Его клонило в сон. Немного послушав болтовню начальника, Странник повернулся на другой бок, и мгновенно заснул. Палкан не обиделся, и тихо, чтобы не нарушать покой пациента, вышел из медблока и направился в оперативный штаб. “Пусть отсыпается, скоро ему будет не до отдыха”.

Прошел ещё день, пока Странник приходил в себя. Благодаря способностям Древних, его раны заживлялись быстрее, чем у обычных людей.

Утром, когда Сталкер уже изнемогал от скуки, валяясь на больничной койке, в палату завалились его друзья.

Первой в палату ворвалась Конда и устроила допрос всего медицинского персонала. Когда она увидела, что Странник уже очнулся, и даже пытается встать с койки, то направилась к нему. В её взгляде читался гнев. Но её успел опередить Малыш. Обладая такими большими габаритами, он как-то ухитрился проскочить по узкому проходу быстрее Конды. Здоровяк сгрёб Странника в объятья, хотя и очень аккуратно.

— Живой! Смотрите все, он живой! — Малыш был очень доволен встречей, и не скрывал своих чувств.

Подошла Конда. Процессию замыкал Рикошет, с каким-то свёртком в руках. Конда, бесцеремонно отпихнула Малыша от пациента, и начала тыкать в него разными медицинскими сканерами. Когда осмотр был закончен, Конда набрала побольше воздуха в лёгкие, и выдала в адрес пострадавшего:

— Ах ты! Паршивец! Помереть собрался! Гад! Я тебе помру! Только не в мою смену! А ну ка вставай, я надеру тебе твой голый зад!!! Ишь, чего удумал! Отпустила я тебя одного, поразвлечься, не успела и глазом моргнуть — в тебе три новых дырки!

Странник пытался протестовать, но он явно проигрывал в позиции. Конда нависала над ним, уперев руки в бока, и отчитывала его, как салагу:

— Сам знаешь, ранения в невесомости или при пониженной гравитации очень опасны. Даже кровью истечь не сможешь, как полагается! А он! Посмотрите на него! — Конда обвела взглядом весь медблок, и не найдя поддержки, продолжила, — А ты ещё и в обычном скафандре туда ломанулся. Ну что, поиграл в гольф, а?

— Да, поначалу было здорово… — попытался оправдаться Странник.

— Цыц! Разговорчики! А ну признавайся, где ты нашёл компанию, и что сделал, что они тебя убить хотели? Кого ты на этот раз разозлил?

— Да я, как бы…

— Молчишь? — Конда пропустила оправдания мимо ушей.

Перепалка могла перейти в драку, а точнее, в избиение младенца, если бы не вмешался Рикошет. Он кинул свёрток в руки Малыша, а сам крепко обнял Конду сзади, блокируя ей руки, которые она, несомненно, хотела пустить в ход. Это спасло Странника от побоев. Правда, он не сомневался, что Конда лишь показушничала. За маской крутого и строгого доктора был скрыт страх и забота о товарище.