Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 8 (страница 40)

— Судя по болтам «Инферно», — вставляет Чугун. — Этот белобрысик может очень-очень многое. Даже гранд-крейсер за неделю.

— Нет! — пугается француз, побледнев. — Простите, милорд Ильис, но я не настолько совершенен.

— Да расслабься, паря, — хохотнул карапуз. — Я же шучу.

— Вопросы у кого-нибудь есть? — спрашиваю. Все молчат, лишь Катя помуркивает на моем плече, в то же время внимательно слушая. Прав был Баюн. Киса ты, Катюш, домашняя киса. — Вопросов нет. Тогда мы закончили. Хорошего рабочего дня вам, судари и сударыни!

Члены собрания поднимаются со стульев и покидают кабинет. Дося бросает хмурый взгляд на сидящую у меня на коленях Катю, прежде чем процокать на каблучках за дверь. Брюнетка делает неуверенное движение подняться.

— Ты куда? — прижимаю ее обратно к себе.

— Господин пожелал мне хорошего рабочего дня, — возбужденно и прерывисто вздыхает брюнетка. — Значит, надо идти работать, — грустный выдох.

Я молча смотрю на нее, и девушка, поняв и улыбнувшись, быстро начинает снимать с себя одежду. От возбуждения пальцы ее дрожат на маленьких пуговках блузки.

— Неужели ты вспомнила, что твоя работа также ублажать меня? — усмехаюсь, наблюдая за трепещущей брюнеткой.

— Простите, господин, я проявила ужасную некомпетентность, — обнаженная девушка прижимается ко меня мягкой грудью. Из ее губ вырывается горячий стон: — Больше подобного не повторится.

— Отлично, — сжав Катины ягодицы, я поднимаюсь вместе с брюнеткой с кресла. Бережно кладу ее на стол и, наклонившись, произношу ей в ушко. — Смотрю, ты уже исправляешься.

— Всё ради моего господина, — хрипло шепчет брюнетка, сдерживая бушующую в сочном теле страсть. Ее ноги обхватывают меня вокруг талии, приближая к себе. — Я буду стараться.

— Посмотрим, — усмехаюсь.

И одним толчком я сливаюсь с девушкой в единое целое.

Снова рев трибун, снова под ногами сменяются белые линии разметки. С мячом в руках я преодолеваю тридцатый аршин. Еще двадцать аршин — и мы забьем первый гол.

Ох, опять тошнота подкатила. «Лопнуть и сдохнуть», когда же ты уймешься? Да еще сегодня попробовал «Стену Плачу», и теперь весь день слезятся глаза. Болотопсы жеваные! Неужели нет Сырья, которое не сводит организм с ума. Ладно, боль и спазмы, но если я разревусь в прямом эфире из-за выпитой гадости, что подумает Молодой свет? Надо же объяснение какое-то…

— Мурр, а чего это ты позеленел, Свар? — вспыхивает рядом зеленый глаз Баюна. — Отравился что ли?

— Рррр, отвали от милорда, славянская кошка! — раздается звонкий голос из моей тени в траве. — Сегодня моя смена!!! Иди мышей лови!

Ну то, что Акура очень ревнива, совсем не новость.

— А ну заткнулись оба! — рявкаю я. — Совсем охренели?! Я на игре! Здесь зрители, камеры…Пошли прочь!

Тень, испуганно всколыхнувшись, успокаивается. А глаз, еще полетав, обиженно испаряется.

Мне же приходится резко притормозить. Путь заслоняют двое «детей императора». Обычно они штурмовики, но в защите выполняют роль третьей, последней линии.

Смаргивая пот, поднимаю глаза на противников. Оба демоники. Оба графы Трубецкие, ибо братья-близнецы. И у обоих на лицах сияют золотые татуировки. Мои верующие. Прекрасно. Посмотрим, на что вы годитесь, парни.

— Сеня! — кричит за спинами графов Дарико. — Я открыта!

Но пасовать мне не дают Трубецкие. Братья накидываются, и я уклоняюсь от размашистых боковых. Но на этом сюрпиз не заканчивается. Трубецкие — демоники, посему к их замахам прилагаются ловкость, скорость и сила Гончей. Но не только.

Вдруг кулак у Николая Трубецкого становится в разы больше. Такая огромная подушка. И этой массой граф бьет в меня. Увернуться никак, поэтому принимаю на жесткий блок. Меня всего потряхивает, но отвечаю лоу-кикоком. Перед ударом на бедре Николая распухает толстая жировая подушка, и моя атака не приносит должного урона.

Да, я читал аналитические сводки и смотрел прошлые матчи «детей императора». У Трубецких есть наследственный фрактал Фата. Каждый из братьев может растягивать жировые отложения в своем теле, делая его тело больше и толще. Причем Трубецкие способны заставить их расти в определенной области.

Крепче перехватив мяч, обрушиваюсь на Николая. Удар правой, локтем, левой, под дых, хай-кик. Ну надо же! У него даже на лбу отросла принимающая кик жировая подушка. Парень крепкий, выдерживает «парализующие» удары без проблем. Но меня выручает техника обманного удара. Качественная имитация сильного хука в боковину, а затем разворот, подскок и хай-кик в челюсть. Хрясь! Трубецкий не успевает накидать себе на лицо жир, и падает с разбитыми зубами.

Пока я вожусь с Николаем, второй брат Никита «распухает» полностью. То есть Николай тянул время, пока его близнец накачивал тело массой жира. И теперь этот худой парень превратился в великана три метра ростом и больше, чем автомобиль. Кот Баюн от зависти грызет свой плешивый хвост.

— Ну и большой же ты болотопс, Никит! — усмехаюсь, подняв глаза.

Огромная харя мега-жиробаса смущенно краснеет.

— Спасибо за похвалу, боже, — мямлит этот монстр.

— Да не за что, — в ахере произношу. Правда, не за что.

Второго Трубецкого уже лечит штатный Целитель. Глянув на брата, жирный Никита вспоминает, что мы тут не побеседовать собрались, и двигается на меня. Топ-топ, гремит земля под его слонотоповскими ногами.

С мячом в руках я пячусь назад. Ладно, бить ручками и ножками эту тушу бесполезно. Остаются только техники. Не хотелось бы так рано меридианы дергать, но выхода нет. Иначе эта слонятина заберет у меня мяч, словно соску у младенца.

В Никиту с нескольких сторон выстреливают линии огня, которые после столкновения соединяются в одну горящую технику. Огромный парень в ужасе пятится. На его жирном лице пляшут отблески пламени.

Техника «Огненный шквал» относится к рангу Полковоя, но по нагрузке чуть выше Рыкаря. Так что меня не вырубит от перенагрузки.

Топ-топ-топ…

Ну и всё, Никита утопал подальше от шквала пламени. Надо же: такой большой и такой трусливый, хех. Ну он не совсем убежал, а ходит вокруг и караулит, ждет, когда погаснет. Но не дождется.

Силы бежать еще тридцать аршин у меня, конечно, есть, но не хочется, — вот же Дарико просила подачу. До сих пору ручки тянет с мольбой в глазах.

Забрасываю грузинке, и, словив, она тут же срывается к зачетной зоне. Не проходит и минуты, как барышня пересекает последнюю линию.

Свисток судьи, гул трибун. Всего только первый период, а мы уже забили гол. Думал, с «детьми императора» предстоит тяжелая игра, а оно вот как. Ну зато останутся силы для Астры, хе.

В темной комнате в особняке Бесоновых Астра сидит за компьютерным столом. То и дело княжна щелкает мышкой, перематывая и останавливая игровые моменты. Когда происходит остановка, Астра берет блокнотик с ручкой и делает пометки.

— Ну Сеня, держись, — с улыбкой произносит княжна, снова останавливая плеер.

На мониторе застывает очередной матч «золотых фениксов».

Глава 25

— Перед финалом

— Ты уверена, дочка? — спрашивает София, постукивая наманикюренными пальцами по столу. Красный лак горит кровью на фоне глянцевого светлого покрытия — Будешь играть против Сени?

— Да, мама Соня, — тряхнув огненной копной волос, отвечает Астра. Княжна распрямляет плечи. — Я много лет мечтала о Кубке, и не собираюсь так просто уступать его кому-то. Если Сеня хочет стать чемпионом Лиги, пусть одолеет меня.

София приняла неродную дочь в своем кабинете. Главная княгиня выглядит как всегда идеально. Шикарная женщина с идеальной укладкой серебряных волос, идеальным макияжем, одетая в идеальный тёмно-синий пиджак и чёрные брюки с идеально отглаженными стрелками.

Астра же зашла к маме в топике и спущенных широких шароварах, над которыми сияет бронзовой полоской кожи оголенная талия. Распущенные волосы после душа пахнут ромашкой и можжевельником.

Княгиня одаривает княжну внимательным взглядом из-под густых длинных ресниц. София не проявляет ни осуждения, ни негодования. Наоборот, улыбается мягко и по-доброму.

— Конечно же, это твой выбор, — задумчиво произносит княгиня. — Я бы никогда так не поступила с мужчиной, который мне нравится. Но то я. Ты совсем другой человек. Думаю, Вика бы одобрила. Когда Леди Носорог вернется с Прикаспия, то увидит точную копию себя.

— Спасибо за понимание, мама, — улыбается обнадеженная Астра. Княжна думала, что ее будут ругать, и с самого порога кабинета готовилась выслушивать нагоняй. Но обошлось. София проявила неожиданную чуткость и внимание.

— Астра-Астра, — улыбается София. — Глядя на тебя, я вспоминаю легенду о Брунгильде. Только тот, кто тебя одолеет, станет твоим мужем?

— Слабаков не потерплю, — усмехается княжна. — Но дело в первую очередь в Кубке. Ради него я пахала несколько лет, и пускай Сеня тоже попотеет. Чемпионство всей Империи того стоит.

«Надо же, — замечает про себя София. — Похоже, она убеждена, что проиграет, и смирилась с этим. Значит, у Астры цели в финальном матче далеки от Кубка. Интересно, это стратегия по завоевыванию Фалгора? В любом случае, за последний месяц Астра сильно выросла. Наконец она действует не в лоб. Даже прямое столкновение с Сеней скрывает завуалированные цели. Остается надеяться, что она правильно их наметила».

— Когти будешь использовать? — спрашивает только София.