Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 8 (страница 37)

Главное сейчас даже не забить гол, а именно медленно-медленно продвигаться по разметкам к зачетной зоне. У нас и так преимущество в два очка. Поэтому «левиафанам» выгодно самим быть в наступлении. А забрать мяч и контратаковать намного сложнее, чем провести успешную атаку от самого начала. Если мы не провалим подряд три розыгрыша, то пробудем в атаке остаток второго периода. Тем самым затормозим продвижение «левиафанов» к нашей зачетной зоне.

Следующий розыгрыш я пасую Васе Бабушкину. Ловец проскакивает между двумя «левиафанами», но дальше его пронос замедляется. Вася тоже слишком сонный еще. Надеяться на него не стоит.

Так и выходит. Граф Потемкин подстреливает нашего ловца красными лепестками, и тот бахается в траву. Ну и ладно. У нас есть еще две попытки розыгрыша на этой разметке. Я не сильно рассчитывал на Васю, просто проверил его состояние, пока розыгрыш не критичен.

Судейский свисток объявляет вторую попытку. В этот раз «левиафаны» делают упор на авангард, даже подкрепили первую линию еще и огненноглазой девушкой. Наши авангардники почти сразу сдают: парней теснят, а Медузу окружают, блокируют. Мой «конверт» оказывается под натиском трех здоровый Воинов, а за их спинами маячит и огненноглазая.

— Пригнулись! — кричит девушка.

Команда явно сотни раз отработанная — троица «левиафанов» чуть на землю не падает. Я тоже на всякий случай пригибаюсь и не зря: огненные лучи пролетают над головой. Ого, чуть не подстрелила! Я, конечно, сдюжил бы, но комфорта бы это не прибавило. Организм все еще под воздействием Сырья.

Пасануть бы мяч, но «шкафы» заслонили поле. Снова надвигаются на меня сплошным рядом, а за ними огненноглазая ждет. Делать нечего — бросаюсь прямо на парней. Лоу-кик по бедру первому, хай-кик в голову второму, фронт-кик в грудь третьему. Пока они с охами и ахами перебарывают боль от парализующих «плюшек», сигаю к огненноглазой. Та уже распахнула алые глазки. До девушки два метра, не успеваю выбить из нее дурь ударом. Тогда просто бросаю мяч барышне в лицо. Бах! Офигевшая «левиафанка» плюхается на задницу, а я, перескочив красотку, несусь дальше.

К болотопсам «конверт»! Я штурмовик? Вот и буду штурмовать.

Пронос выходит быстрым: первую линию я проскочил сразу, а вторая и третья сосредоточились вокруг альфы с бетой, как главной опасности для «левиафанов». Так что передо мной открытый путь до самой зачетной зоны.

Я несусь, не оглядываясь. На этом участке поля некому бить дальнобойными техниками, а пару Воинов слышу по шумному дыханию. Парни сигают в попытке свершить два одновременных захвата. Уворачиваюсь без проблем, и «левиафаны» грохаются мимо.

Дальше только зачетная зона. Перешагиваю разметку и швыряю мяч. Трибуны тут же сходят с ума. Электронное табло обновляет счет. Третье очко в копилку «кровавым фениксам», хех.

Неожиданно татуировки на моем лице накаляются. Я впадаю в ступор. Почему жар-эфир вдруг ожил? Кто его задействовал?

— Мурр, неплохо, — раздается мурчание возле уха.

Скашиваю взгляд, а там в воздухе висят два кошачьих зеленых глаза с вертикальными зрачками. Только глаза, больше ничего. Ни усов, ни носа, ни ушей.

— Эм, как тебе это вообще удалось? — я искренне ошарашен проникновением Баюна в наш мир.

— Вот такой я надоеда, мурр, — подмигивает левый глаз. — Слышал, наверно, что коты гуляют сами по себе.

Жеваный болотопс! Вот только не хватало еще одного наблюдателя. Мало мне Акуры…Ой, совсем забыл про ниндзю! Как там ассасинка? Она пробудилась вместе с остальными? Или всё еще дрыхает в моей тени?

Глава 23

— Ближе к Кубку

С удивлением «прайд» наблюдает, как Сеня сменил позицию в игре. Вообще, со второго периода начались разные странности — от окровавленной формы «фениксов» до их вялости в атаках и защите. Один Сеня выделяется: и одежда у него полностью красная, и играет он как живчик, и даже сменил позицию. Неожиданно Беркутов встал в «конверт». А в конце третьего периода и начале четвертого Сеня вообще и сам проносы устраивает. То есть играет также и за штурмовика.

— Он один вывозит игру, — понимает Люда. — Выдержит ли?

— Выдержит, — твердо говорит Лиза. — Хоть Сеня и выпил Сырье и его меридианы перегружены, но он точно знает что делает. Смотрите, даже лишний раз не использует огненные техники. Бережет уставшую энергосистему.

— Какая ты умная, Лиз! — удивленно вскидывает глазки Анфиса. Кроме нее, Люды и Лизы, из «прайда» больше никто не пришел на игру. Ксюша по своему обыкновению ломает кости парням на ринге войстези. А у Астры свои матчи. «Витязи» тоже в двух шагах от Кубка.

— Да не такая уж, — чуть розовеет щечками княжна Бесонова. Всё-таки княжна Волконская к ней всё время относится настороженно, это, конечно же, не укрылось от Лизы, и потому восторг Анфисы вдвойне ценен. — У меня же есть созерцательный фрактал Жамбы. Я вижу всё, что происходит внутри Сени.

— И как он? — живо подаются к подруге Анфиса с Людой.

— На пределе, — честно говорит сереброволосая княжна, вглядываясь вниз. — Сетка нагружена, меридианы кипят и пульсируют, словно живые. Другой жива-юзер на его месте бы уже слёг.

— Бедненький, — Анфиса теперь совсем по-другому смотрит на то, как ее любимый с мячом в руках совершает разгром противников на пути к зачетной зоне «левиафанов». Сеня удивителен! Могучая воля и целеустремленность в одном флаконе. — Зачем же так нагружать себя?

— Чтобы стать сильнее, — объясняет Лиза, внимательно созерцая пульсацию меридиан Сени.

Люда с Анфисой ошеломленно переглядываются.

— Лиз, а ты можешь, пожалуйста, для нас подробнее объяснить? — с досадой просит Анфиса. — Ты явно понимаешь больше нас.

— Конечно, Фиса, — серьезно кивает Лиза. — Гроновские матчи — универсальные тренировочные зоны. На поле игроки напрягают все энергетические узлы, группы мышц, органы чувств, а также интеллект. Ситуация максимально приближена к боевым условиям. Только здесь никто не умирает — ни противник, ни ты сам. И поэтому получается продолжительный бой длиной около часа. Настолько долгая стимуляция помогает меридианам и фракталам развиться. Поэтому, думаю, Сеня и борется за этот Кубок. Но есть одно «но» — Лиза выпрямляется — прекрасная, статная, фигуристая, с распущенными серебряными волосами. Вдохновенной валькирией она стоит перед подругами. — Все эти «левиафаны», «волки», «камни» и прочие, словом, все эти фавориты Лиги не соперники для Сени. Поэтому он искусственно — путем приема коктейлей Сырья — ослабляет себя примерно до их уровня. Только так, когда имеет место быть настоящий риск проигрыша, Сеня сможет использовать Грон себе на пользу.

— Ого! — Анфиса распахивает ротик от удивления. Но тут же берет себя в руки. — Нет, конечно, я знала, что Сеня круче всех, ничего удивительного.

Но все равно Княжна Волконская и боярыня Гуднова выглядят обескураженными. Поразили девушек подробности и нестандартный характер тренировок Сени, вызванные его неординарностью.

«Что же будет, когда вы узнаете, что Сеня это инопланетный военачальник? — улыбаясь, думает Лиза. Но княжна тут же отвечает самой себе. — Ай, да ничего не будет. Всё останется как прежде. Девочки хорошие, проверенные и, по большему счету, им всё равно кем был Сеня до Российской Империи. Как и мне, впрочем».

А затем Лиза вспоминает о более насущных вещах. Как раз ей на глаза попадается окровавленная футболка Сени.

— Стелс, ты выяснил, откуда эта кровь? — негромко произносит княжна Бесонова.

— Да, Елизавета Артемовна, — из тени под стеной выходит демоник в капюшоне. — Мне удалось подглядеть, как дружинники Беркутовых убирали в мусорные мешки куски тел.

Едва «фениксы» вышли из своих раздевалок в кровавых одеждах, Лиза отправила демоника выяснить в чем дело.

— Тел? — вскидывает брови Лиза. — Где?

— Совсем рядом, — демоник кивает на техническую зону. — В раздевалке «золотых фениксов». Видимо, напавшие проникли с черного входа, но Арсений Всеволодович перемолол всех в муку.

— Кто они? Мама уже в курсе? — всполошилась княжна Бесонова, да и Люда с Анфисой тоже.

— Лица азиатские. Опыт подсказывает мне, что это китайцы. Выдает характерный разрез глаз. А Софии Александровне я передал информацию через нашу СБ. Тела, кстати, тоже везут в наш Дом на опознание. Эту информацию я уловил из обрывков разговора безопасников Беркутова.

— Фу-ух, — только сейчас выдыхает Лиза.

«Очень хорошо, мама уж точно разберется. А если нет… — на глаза княжны наворачивается лиловая нафта. — … я сама займусь виноватыми».

И тут снова поднимается гул трибун!

— Забил! — радостно улыбается Анфиса рядом. — Сеня снова забил!

Табло обновило счет «четыре — ноль», до конца периода остается еще пять минут.

Последние пять минут я играю на последнем издыхании. Поэтому убавляю пыл. Ну забьют «левиафаны» один гол и пускай. Мы уже выиграли, остается только держать защиту в полсилы. Если переусердствую с наступлением и контратакой, могу вырубиться. А это рискованно — вдруг еще китайцы вылезут или эта кошара-людоед меня сожрет.

— Муррр, — будто услышав мои мысли, мурчит парящий рядом кошачий рот. Баюн поочередно достает из Анреалиума разные части морды. — Какие люди вкус…интеррресные.

Вот-вот, и как тут уснуть? Нет уж, пускай Потемкин забивает гол, заслужил.

Так и происходит. Я больше не выхожу из «конверта», а сонные «фениксы» сами не способны удержать графа-демоника, и он скоро проносит мяч в зачетную зону.