Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 8 (страница 34)

— Лесь! Не стой! Беги! — подбадривает грузинка русскую барышню.

И Алеся бегом преодолевает последние пять метров, а потом бросает мяч себе под ноги под гул трибун. Зрители радуются первому голу, а его красивая исполнительница радостно крутит головкой. К девушке бросается Дарико и крепко обнимает подругу.

Я смотрю на девчонок, качая головой. Ну и позерши! А если бы «левиафаны» успели бы добежать во время этих ненужных пасовок? Эх, болотопсовки мои луковые.

Вдруг замечаю за собой, что наблюдаю с умилительной улыбкой за обнимающимися счастливыми девушками. Хех, ну Фалгор. Разнежили тебя девчонки. Как же далеко тебе до совершенства.

А у нас, между прочим, начался только второй период.

Глава 21

— Сонное царство

Второй период дается намного сложнее. Побочка от Сырья усиливается, и мне приходится перепоручить большинство игровых действий остальной ватаге. Проносы, пасы, блоки противников — всё это «фениксы» делают идеально. Сильно мешают демоники противника. Огнеглазая барышня, здоровяк с синей рукой и граф Потемкин. Троица действует в мощном тендеме. Я бы мог их всех раскидать на раз, но тогда бы вырубился. А засыпать посреди матча не лучшая идея. Тогда, с «камнями», риск был приемлем. Сейчас соперник намного опасней и непредсказуемей. Поэтому мне необходимо контролировать поле, а не спать на коленях у Лиды. Всё же на кону Кубок, который я обещал выиграть.

Розыгрыши сменяют один другой, авангарды вонзаются друг в друга, штурмовики расплываются в стремительных проносах. Трибуны буйствуют, наблюдая этот калейдоскоп игры. Я опять схватываюсь с огнеглазкой. Закрываю собой уносящегося с мячом Васю, и глаза девушки разочарованно тухнут. На месте не выспыхнувших лучей горит ярость.

— Сейчас вы получите! — ярится барышня, накидываясь на меня.

Я ставлю прямой блок, доспех выдержит, сразу же ловлю девушку в захват и броском через бедро отправляю кататься по газону.

Двух других демоников берут на себя авангардники. Пришлось усилить линию прорыва, ослабив тем самым «конверт» атамана. Но Симона умничка, блондинка за доли секунды успевает наметить получателя паса, так что риск приемлем. А вот каменная крошка Медуза совсем не лишняя в борьбе за «зачетную зону». Сейчас Потемкин столкнулся как раз с ней. Ведь у девушки мяч.

Преодолевая тошноту от «Бетономешкалки», я несусь к этим двоим. Заодно издали слежу за интересным поединком.

Фрактал у молодого графа примечательный и необычный. Потемкин облепливает багровыми, пышущими огнем лепестками всё каменное тело Медузы, и гранитная девушка превращается в живой факел. Жар ей нипочем, но лепестки также сковывают движения. И так небыстрая Медуза замедляется, чем пользуется Потемкин, пытаясь броском опрокинуть девушку. Только уж очень она тяжелая, и граф, бросив эту затею, просто ретируется с поединка. В руках у парня пылающий мяч. Неплохо. Теперь «левиафаны» в контратаке. Порядки противника живо перестраиваются в позиции для наступления. Бывшие вторая и третья линия закрывают собой Потемкина, не подпуская к нему Алесю и Дарико.

Но мне хватает выигранного Медузой времени, чтобы оказаться в кольце защиты графа. Я возникаю перед ним из ниоткуда, и он удивленно смотрит на меня.

— Боже, ты использовал свою силу? — спрашивает Потемкин, и золотые татуировки на его лице отражают свет солнца.

— Нет, конечно, — выдыхаю сквозь стиснутые зубы. В боку уж очень сильно колет от стремительного броска. — Это игра смертных. И выиграю я ее, используя лишь смертное тело.

— Но тогда как?

— Я Полковой, — подхожу к своему последователю и противнику. — Забыл, Андрей? Чтобы выдержать нагрузки высокого ранга, тело становится сильнее и укрепляется. Так что, граф, развивайся. А эту возможность я дам тебе прямо сейчас.

Хрясь. Профессиональный удар в печень заставляет графа согнуться в две погибели. Но он, признаюсь, удивил меня. Никакой бы Воин со средним доспехом не выдержал бы такой хук. А граф ничего, держится. Для школьника совсем неплохо. В будущем он мне пригодится, когда создам из Молодого света своих вассалов.

— Зря ты не упал, — ухмыляюсь.

— Русские не сдаются, — пыхтит в ответ Потемкин, отшатываясь и выпуская в меня сноп красных лепестков. Красивая у графа техника! Будто бы сакура сбросила все цветки и завязи, и ветер, подхватив каскад лепестков, понес в мою сторону.

Встречной струей пламени сжигаю лепестковый водопад. Затем снова бросаюсь к графу. Обогнув полукругом загоревшийся газон, вцепляюсь в Потемкина. Мне, в отличие от него, дальние техники невыгодны. Созидание огня больно обжигает меридианы. Для прокачки энергосетки надо по чуть-чуть пускать пламя, а то «Лопнуть и сдохнуть» меня до ручки доведет.

В ближнем бою граф в проигрышной позиции. Он пытается огреть меня. Но мяч сильно ему мешает. Вообще, для боя с мячом есть специальные техники. И Потемкин явно им обучен, но все равно опыта маловато в телодвижениях с обузой подмышкой. Так что двумя боковыми и одним прямым я сваливаю графа и поднимаю упавший мяч. Так как мы изначально вели атаку, а «левиафаны» потом контратаковали, то у нас преимущество в этом розыгрыше и можем поднимать мяч с земли. Поэтому розыгрыш еще не закончен.

Оглядываюсь по сторонам. Защитников Потемкина отвлекли на себя мои девушки, ну и еще часть авангардников. Поэтому нам и дали спокойно разобраться с графом тет-а-тет. Но вот за кольцом дерущихся пробегает Бабушкин Вася, махая рукой. Отлично! Ему и пасую поверх голов дерущихся. Легконогий ловец принимает подачу и убегает по свободному полю. «Левиафаны» сильно понадеялись на контратаку и оставили тылы открытыми. Вот Вася и проносится спокойно до самой «зачетной зоны». Его проскок за последнюю разметку наши болельщики встречают радостным гулом.

Судейский свисток. Конец второго периода. Счет «два — ноль» в нашу пользу. Неплохо, но я рассчитывал на большее. Хотя, опять же, соперник не слабый и не обделен умом. А я, вдобавок, отлично прокачиваю меридианы, специально ослабленные под слабые нагрузки школьных игр. Так что грех жаловаться.

По обыкновению мы уходим в раздевалку. Пока «фениксы» пьют воду и отдыхают, Симона оглядывает ватагу гордым взглядом:

— Отлично, ребята! — кивает довольно наш атаман. — Давайте продлим наш успех, забьем еще пару голов. А лучше три! Два в третьем периоде, и последний в четвертом! Пускай все видят, как юные птенчики из простолюдинского лицея поднялись до пламенных птиц. Вы согласны?

— Да! — ватага дружным криком поддерживает блондинку. — Сотрем «левиафанов» в порошок!

Покричав со всеми, я облокачиваюсь плечом на косяк двери. Перевожу дух, как вдруг из моей тени на стене доносится встревоженный шепот Акуры:

— Господин! Я чувствую проникновение в задние…

Бах! Мощным пинком выносят дверь, внутрь влетают пять боевиков в экипировке. Безоружных. По крайней мере, без автоматов и прочих побрякушек. Видимо, им свинец просто без надобности. У троих горят руки, четвертый светится целиком белым светом как светлячок. А пятый просто водит в воздухе рукой, я чувствую резкую боль в голове.

Ребята вокруг с охами заваливаются на пол. Глаза закатываются, тела громко бахаются вниз.

— Сенечка… — успевает прошептать Алеся, прежде чем ее тоже вырубает. Всего пять секунд, и пол покрывает живой ковер из моих однокашников.

Ментальная атака! В школьной раздевалке? На разум накатывает привязчивая дрема. Промаргиваюсь, отгоняя непрошеный туман сновидения. Мысленным приказом ускоряю циркуляцию крови по телу, усиливаю пульс.

— Не выходит, похоже, — с разочарованием произносит боевик по-китайски. — Что ж попробовать стоило. Гасите его.

С напряжением пересиливаю приказ уснуть. «Спи, спи, спи…». Болотопсовский голос гудит в голове, как фоновый шум. Судя по всему, это психический фрактал. Слышал я о ксавьерах, тварях из Нижних миров. Еще тварей называют Внушителями. Их фрактал способен даже убить, но тогда ментальное сопротивление жертвы намного больше, не факт, что сработает. Поэтому эта сволочь в экипировке приказывает только уснуть, а потом сам попробует добить меня. Точнее, его прихлебатели. Не зря же притащил дружков. Но главный вывод — моя ватага жива. Просто уснула. Фу-у-ух. Одной трагедией меньше.

Ко мне подходит боевик с горящими руками. Я быстрым движением хватаю наглеца за шею и одним движением ломаю позвонки.

Остальные боевики застывают на месте.

— Да как вы посмели, ЧЕРВИ?! — громыхаю я, отпустив мертвеца. Со стуком тело грохается об пол. Этот тихий стук звучит в тихой комнате подобно грому. — КАК ВЫ ПОСМЕЛИ НАПАСТЬ НА БЕЗЗАЩИТНЫХ ДЕТЕЙ?!

Боевики в ужасе отшатываются.

— Спокойствие! — по-китайски кричит демоник-менталист. — Сейчас он слаб и ничего не может нам сделать, кроме как опутывать своей психической силой через голос.

— Слаб?! — реву я. — Я СЛАБ?!

Резко перемещаюсь вбок. Молниеносный удар в кадык второму огненнорукому, и тот с хрипом падает на колени. В моей руке вспыхивает Серп Ярилы. Один взмах и отсеченная голова скатывается с плеч.

Остальные боевики инстинктивно подаются спиной к дверям.

— ЭТО Я-ТО СЛАБ, НИЧТОЖЕСТВО?!

Не понимаю, на что рассчитывали эти жалкие черви. Чтобы ментальная уловка свалила Префекта Фениксов? Смешно. Мой дух огромен и обладает могучей силой. Даже галактические космопаты, покорители целых народов, не смогли свалить меня психическими бомбардировками, куда уж местным любителям.